Чтение онлайн

– Вы имеете в виду Наваза Шарифа?

– Не только, – невозмутимо заметил Питер. – Под ваши знамена встали, например, лидер партии «Техрик инсаф» Имран Хан, руководитель националистической пуштунской партии Вали Асфандиар, глава радикальной религиозной группировки Кази Хуссейн Ахмад. А ведь они ваши давние политические противники.

– Вы неплохо изучили политические реалии Пакистана, но, как большинство западных наблюдателей, делаете фундаментальную ошибку: считаете экстремистами всех приверженцев ислама, – сказала Беназир.

Тактика Питера оказалась вполне успешной. Щеки Беназир разрумянились от негодования, и она стала еще больше походить на разгневанную восточную царицу.

– Возможно, я неточно выразился, – охотно согласился Питер. – Многие западные исследователи делают различия между умеренными и радикальными исламистами.

– Вот это правильно. Сообщу вам один секрет. Прихода оппозиции к власти больше всех опасаются экстремисты. Они прекрасно уживаются с военными. Вся администрация коррумпирована сверху донизу. Пакистанское общество устало от терроризма и от произвола властей. Мы предлагаем единственную разумную альтернативу.

– Однако распространено мнение, – проявил неуступчивость Питер, – что несколько месяцев тому назад вы заключили с генералом Мушаррафом тайное соглашение. Он якобы разрешил вам вернуться в страну, рассчитывая узаконить свое пребывание на посту президента, и предложил вам стать главой правительства. Так ли это?

– Я не признаю тайные соглашения. Они всегда обречены на провал потому, что никто их не может проконтролировать. Соглашение может быть прозрачным или никаким, – устало сказала Беназир.

– Значит, ваш политический союз с Мушаррафом невозможен?

– Уже невозможен. По политическим соображениям. Подобно исламским радикалам, он не хочет допустить оппозиционные партии к выборам. Вы упомянули Имран Хана и даже назвали его экстремистом. Он единственный оппозиционный деятель, который отказался уехать из страны в изгнание. Недавно он выступал на митинге в студенческом городке в Лахоре. Его встретили овациями. И что же было дальше? Не поверите! Студенты из радикальной группировки «Джамаат ислами» захватили его, скрутили и передали в руки полиции. Вот вам пример союза между экстремистами и властями. Мушарраф не понимает, что если оппозиция откажется от участия в выборах, то ему придется опять вводить чрезвычайное положение. Далее – всеобщее возмущение. Чем обязательно воспользуются самые отъявленные и безумные экстремисты. Именно они в этом заинтересованы. Это же надо видеть и понимать!

«Она потрясающе убедительна», – невольно отметил Питер, хотя у него была совершенно другая точка зрения на происходящие события и на роль самой Бхутто.

– И кроме того, у меня имеются к Мушаррафу личные претензии, – увлеклась Беназир. – Он говорит одно, а делает другое.

«Он абсолютно такого же мнения о вашей тактике», – подумал Питер, но от комментариев воздержался.

– Я не доверяю ему и его приспешникам. Поэтому я обратилась к ЦРУ, Скотленд-Ярду и израильскому МОССАДу с просьбой оказать содействие в обеспечении моей безопасности. Они готовы помочь, но власти не дают им этого сделать. Выделенная Мушаррафом охрана не защищает мою жизнь, а скорее наоборот – делает ее более уязвимой. Почему они не разрешают использовать в машинах затемненные стекла и оборудование, которое находит взрывные устройства? Я написала уже несколько писем протеста и направила их Мушаррафу. Никакого ответа!

– Получается, что основная угроза вашей жизни исходит от Мушаррафа?

– В действиях властей я вижу злой умысел.

Питер знал, что Мушарраф предупредил Бхутто – ее хотят убить. Для этого в Пакистан прибыли боевые группы талибского полевого командира Бейтуллы Мехсуда и Хамсы бен Ладена, шестнадцатилетнего сына «террориста номер один». Автономно действуют «команды смертников» руководителя организации «Аль-Кайеда» в Пакистане Аймана аль-Саварихи.

На эту харизматичную и яркую женщину объявлена «большая охота». Но она об этом молчит.

«Видимо, есть веские причины», – решил Питер и не стал углублять тему.

– Госпожа Бхутто, лидер движения «Талибан» мулла Омар управляет операциями боевиков из пакистанского города Кветта, а предводитель «Аль-Кайеды» Усама бен Ладен действует на территории Пакистана в приграничной с Афганистаном «зоне племен». С таким заявлением на условиях анонимности выступил один из представителей администрации США. На этом основании Вашингтон требует, чтобы американским войскам дали возможность провести крупную операцию на территории Пакистана. Выдвигаются даже идеи вторжения в Пакистан и его оккупации. Как вы к этому относитесь?

– Я против иностранной оккупации в любой форме. Конкретные вопросы будет решать законное правительство, которое сформируют после парламентских выборов. А вас я также хочу спросить. Если американцы знают, где прячется Усама бен Ладен, почему они его не захватят? Мушарраф ведь разрешил американцам проводить спецоперации в приграничных районах. Пусть захватят «террориста номер один»! – торжественно заявила Беназир.

– Не возражаю, – поддержал ее мысль Питер.

– А я вам скажу, почему его не могут найти, – неожиданно сказала Беназир. – Он мертв. Его убийца – некий Омар Шейх!

Питер внимательно посмотрел в глаза Беназир.

Она была далеко отсюда.

Питер возвращался в Исламабад уже поздно ночью. В редакции журнала будут счастливы получить интервью с Беназир Бхутто.

Почему Беназир «похоронила» вполне живого бен Ладена, так и оставалось для него загадкой. Может, она хотела намекнуть, что Шейх намного опаснее «террориста номер один», а из предосторожности вместо Анвара назвала его Омаром. Над этим еще предстоит поразмыслить, решил Питер, еще не зная, что это будет невозможно.

Сравнивая высказывания Беназир и полученную ранее разведывательную информацию о ее договоренностях с Мушаррафом, Питер видел, что Несравненная далеко не всегда говорила правду. Но ведь она и не лгала. Не выдала никаких тайн. Кроме одной – ни при каких обстоятельствах Беназир не изменит своего решения и пойдет до конца.

Она очень несчастна, но не может и не хочет изменить свою судьбу. Впрочем, об этом она никому не скажет.

Даже себе.

Еще не пробудившись толком от беспокойного сна, Питер попытался найти теплую руку Валерии и, как обычно, в эти зыбкие утренние часы придвинуть ее к себе и зарыться лицом в ароматных и разметавшихся белокурых волосах.