Шрифт:
– Вторую неделю не могу прийти в себя, все тело ломит, голова пустая и дела не клеятся, хоть ложись и помирай. Тянет в сонное царство, так сильно, что голову невозможно от подушки оторвать. Может это весна. Авитаминоз. Мне бы таблеток каких.
– Таблеток можно, – задумчиво посмотрела на меня женщина в строгом сером костюме, поигрывая неврологическим молоточком. – Левую руку вперед вытянете!
– Глаза закрывать?
– Как хотите, – резко обхватала она запястье и зафиксировала ладонь над зажжённой свечой. – Чувствительность проверить бы надо. Как импульс от пальцев до головы проходит. – Приподнялась она над разделяющим нас столом и прошлась по моей руке медицинским инструментом. Последний удар между глаз свалил меня на пол и я, раздувая ноздри от негодования, попытался поднять чугунную голову.
– Давайте руку, – посмотрел на меня крепкий парень в велосипедном шлеме. – Аккуратнее надо быть в вашем то возрасте. Хорошо, что я по касательной задел. Что ж вы прям под колеса лезете. На знаке четко указано «велосипедная дорожка».
– Что это за место? – сел я на черное дорожное покрытие и огляделся. Низкий кустарник, невысокие дома на обратной стороне улицы и окружившая нас толпа.
– Компенсации не будет. – поменялся в лице велосипедист. – Еще не известно, насколько транспорт пострадал.
– Вот нехристи, только про имущество думают, – вышел из толпы коренастый подлысоватый мужичек в оранжевом жилете с длинным распылителем в руках. Наклонился, заглядывая мне в глаза и оценивая мое состояние произнес. – Сами встать можете? – удовлетворённо крякнув и не дождавшись моего кивка продолжил. – Так вставайте!
– Действительно, вставайте. Так вы привлекаете ненужное внимание, – раздался в голове голос тетки в сером костюме. Я потряс головой, стараясь избавиться от нее не приятного жужжания и вернулся к велосипедисту, протянув ему руку, которую тут же обожгло крепким рукопожатием.
– Отличная проводимость, – заключил голос в голове. – Живых уж точно от остальных отличите. Вставайте-вставайте. Вы уже треть песка времени потратили еще немного и все.
Я вспомнил флуоресцирующие песочные часы, стоящие на столе невролога и вскочил на ноги.
– Вам бы посидеть немного, – все еще разглядывал меня коренастый незнакомец. – В парке полно скамеек.
Недовольная благополучным исходам толпа спрятала телефоны и начала стремительно таять.
– На «посидеть» минут пять, не больше – вновь зазвенел голос, и я поплелся к скамейке, успокаивая себя тем, что помешательство это временное и все вскоре пройдет. «Вот уже и голос в голове затих», – подумал я и оторопел от противного дребезжащего смеха.
– Нет, побегать вам еще придется, поискать того, кто вас так нагло обессиливает. Разве не за этим вы к нам пришли?
– Вы меня чем-то опоили? – радостно вскинул я голову к голубому небу. – действие вещества пройдет и тогда…
– Вы проницательны, следовательно, еще не все потеряно, – продолжала диалог дама в сером.
– Но когда? Воды я не просил или данная часть памяти выскочила на дорожное покрытие.
– Думайте, думайте. Это полезно.
– Кофе! – осенило меня. – Аппарат в холле.
– Горячо. Отравили, – прервала мои попытки разобраться в случившемся тетка в сером костюме.
– Шуточки у вас. Как вы узнали, что я буду пить кофе?
– Да вы тугодум. Во-первых, в зале ожидания были только вы, во-вторых, только обессиленный человек в девять вечера потянется за кофе, чтоб не отрубиться прямо на приёме у врача. Вам надо встать и двигаться в любом направлении.
– Погодите-ка, не меняйте тему. – пытался я восстановить недавние события, наблюдая как рядом со мной присаживается странноватая девушка с ледяным взглядом.
– Вставайте и уходите в любом направлении. Положитесь на подсознание, оно, в отличие от вас, знает вора.
– Не могу, – прошептал я, теряя силы и где-то далеко услышал разговор.
– Симонов, бегом за ножом и свечами! Этот недоумок таки встретил багрянку, – услышал я истерические вопли женщины в сером.
– Я попросил бы, – пролепетал я, теряя сознание и видя перед собой лицо, затянутое сеточкой красных прожилок.
Резкая боль в руке вернула меня к жизни. Багрянки не было, а посередине ладони образовался приличный ожег.
– Вы там все с ума посходили?
– Не отвлекайтесь. Могло быть значительно хуже. Теперь вы знаете, что люди горячие, а твари холодные. Последних желательно избегать. Рука заживет. Помните, ваше тело лежит в кабинете, а вы лишь проекция. Найдите сборище людей и походите между ними – подкрепитесь.
– Чем? – не понял я.
– Энергией.
– Верните меня немедленно.
– Не могу, если вас выкинет, все, вернуться вы уже не сможете, а нам надо изловить того, кто извел уже полсотни душ. К тому же вы дали согласие.
В памяти всплыла девушка в белом на стойке регистратуры и планшетку с документами. Затем я дернул двери кабинета под первым номером и свет вокруг меня померк.
– Вы пересекли черту.
– Вот что меня смутило. Отсутствие компьютера.
– Вы наблюдательны. А свеча на столе вас не смутила? Двигайтесь, двигайтесь, а я пока введу вас в курс дела.
Впереди показался парк. Оттуда доносилась легкая музыка и люди «кому за» парами кружились в медленном танце. Я опять приземлился на лавочку, подумав о том, что танец с одной из престарелых дам мог бы немного подзарядить мое уставшее тело.
Конец ознакомительного фрагмента.