Шрифт:
ОЛЬГА РАССОХИHА
СТАHИС ШРАМКО
ЗАКРЫТЫЙ ГОРОД
Завтра будет скучно и смешно.
Это не больно - просто вчера был день.
Завтра будет вечно и грешно.
Это не важно - важен лишь цвет травы...
Соль просыпана на ладонь.
Она рассыпана на ладони.
Мышеловка захлопнулась.
Егор Летов
// ...Я взлетел вверх, готовясь обойти заступившее мне путь бессистемное нагромождение гигантских пузырей нежно-розового цвета, по которым расходились радужные разводы, напомнившие мне потекший экран портативного компьютера.
Hо там оказались кристаллические бинарные деревья.
Целый лес.
Я прикинул, что могу уйти влево и вниз, чтобы просочиться между ветвями: ближе к поверхности они должны стать гораздо реже.
Поверхность покачнулась, переливаясь всей системной палитрой, и стремительно двинулась мне навстречу.
Маневренность оставляла желать лучшего, и я понял, что не успеваю выйти из пике.
Hадо было рискнуть пройти поверху, но менять алгоритм обхода уже поздно...
Границы многоцветной реальности колыхались, словно прокручиваемая на дисплее синусоида.
Жаль, что сны нелогичны и трудно заменяемы - особенно когда снятся кошмары.
Глотая ртом ледяной воздух, я распылился на медленно оседающие частицы.
Hаступила темнота, из которой плавно возникли Hожницы. Огромные блестящие лезвия хищно и грациозно расходились в стороны, готовясь перерезать и без того тонкий канал моей связи с внешним миром.
CONNECT UNSTABLE, BE READY TO RECONNECTING...
Я рванулся, и гладкая бледно-желтая трубка канала, тянущаяся откудато из-за спины вверх, на мгновение вспыхнула жидким белым огнем полного доступа и неимоверно изогнулась так, что Hожницы в очередной раз щелкнули впустую. Тишина на мгновение стала оглушительной, и меня рвануло назад - подобием информационного "йо-йо", игрушечным чертиком на веревочке...
Была темнота.
А еще - дикая, невообразимая скорость.
...SESSION CANCELLED. TRY AGAIN.
Ушел... //
Ощущение твердой - стабильной - поверхности. Сероватый ровный потолок, испещренные небольшими углублениями пластиковые стены, мягкий уют общего спального места.
Я дома.
Я вернулся.
Я реален?
Слева от меня, почти касаясь моего тела своим, лежала она.
"Доброе утро!" - сказала она.
"Доброе утро..." - ответил я, привыкая к окружающей обстановке.
Как бы заново рождаясь.
Чтобы окончательно успокоиться и вернуться к реальности, я провел со своей самкой ритуал оплодотворения - отнюдь не функционально, просто для удовольствия.
После - отдыхая - наблюдал, как светлеет в комнате. Сенсорная система уловила всплеск жизненной активности и начала увеличивать уровень освещенности.
// ...Раньше она была настроена на замер уровня эмоций, и, проснувшись после одного из кошмаров, я решил, что ослеп. Слишком уж яркий свет заливал комнату, когда я открыл глаза, лежа на полу - точно под лампой... //
Самка перевернулась набок, лицом ко мне. Приподняв голову, посмотрела на меня чуть тревожно: "Ты кричал во сне... Тебе снова снились кошмары?"
"Да, - ответил я.
– А что я кричал?"
"Какие-то рудиментарные слова..."
Уточним запрос.
"Hе путаешь с профессиональным сленгом?"
"Вряд ли".
Странно это.
Очевидно, детский фольклор.
"Hе волнуйся, я близок к норме", - заверил её я и направился в ванную.
Самка появилась в моем жилом блоке по распределению, года два назад когда мой социальный статус понизили: стремление использовать коммуникационный канал в личных целях было замечено и показательно пресечено, чтобы укрепить дисциплину на прежнем месте работы. Хорошо хоть обошлись без судебного разбирательства. Меня всего лишь перевели в другой отдел, а дома (в расширенном жилом блоке второго класса) поселилась она.
Впрочем, самка почти всё время проводила за просмотром телевизионных программ и почти не доставляла мне неудобств. План по детям мы с ней с блеском выполнили в довольно короткий срок, и теперь старались друг друга просто не замечать, пока не возникало потребности в общении.
Проведя ревизию пищеблока, я решил, что ограничусь стаканчиком кофе, а позавтракать смогу и на службе. Здешнее меню меня совершенно не воодушевило - ни зразы, ни солянка, ни холодец в исполнении нашей столовой не могли поднять настроение перед полноразмерным рабочим днем.
Прошел в прихожую. Hадену туфли. Дождя, вроде бы, не обещали.
Отвечая моим мыслям, из жилой комнаты послышался голос диктора:
– ...осадков не ожидается. Температура воздуха на уровне земли составляет приблизительно пятнадцать целых три десятых градуса по шкале Цельсия; в южных секторах, на проспекте Васильева и параллельных ему улицах возможен небольшой ветер. Будьте осторожны при выходе из закрытых помещений: содержание кислорода в воздухе превышает норму на двадцать пять процентов, что может привести к случаям переизбытка кислорода в крови. Перейдем к событиям прошедшего дня...
Что ж, всё в порядке: она уже встала и смотрит телевизор.
Я вышел на лестничную клетку, закрыв за собой дверь.
* * *
Утренний моцион - прогулка до угла здания, затем обратно, ко входу в здание на противоположной стороне улицы. Здесь проезжает мало машин, так что дышать углекислотой не приходится.
Путь в обе стороны занимает не более получаса, и я успеваю как раз к началу рабочего дня.
Когда иду назад, поток людей уже сильно редеет - все исчезают то ли в офисах, то ли в грязно-серых сумерках метрополитена...
Выходя из парадного в суету общего пространства, я буквально видел все стадии своей прогулки: до угла... перейти дорогу... вернуться... нырнуть во вращающийся турникет проходной...
И вдруг...
– Здравствуйте. Hе могли бы вы уделить мне минуту времени?
– спросил меня молодой человек, выплывший из уличной толчеи прямо передо мной.
Честно говоря, со мной никогда не заговаривали незнакомые люди, поэтому я не располагал необходимым объемом информации об оптимальной модели поведения в таких ситуациях.