Чтение онлайн

– Точно, - удовлетворенно кивнул Орлов.
– С бумажками-то за кордоном хлопотно, каждую достань, да заполни, да не ошибись. Понапрасну этим товаром там раскидываться не будут. И получается, что нарушитель этот не столько нас касается, а больше вас, АзГПУ. Согласны?
– На этот раз начальник обращался уже к Волкову.

– Пожалуй, - ответил Волков, извлекая из кисета небольшой плоский кусочек дерева - половину игральной шашки, надсеченной по краю чем-то острым и потом разломанной.
– Смотри, Юсуф. Где-то в Баку сидит человек, который любит играть в нарды. Искать по этой примете бессмысленно - играют тысячи. А у кого-то одного в коробке с нардами лежит вторая половинка. И когда к нему принесут эту, они будут знать, о чем им можно разговаривать. Фокус стар, но по нашим местам удобен. А главное - ухватиться не за что.

Орлов взял вещественный пароль, задумчиво повертел в пальцах этот обломок и протянул его обратно Волкову. Потом уселся поудобнее, закурил.

– Помнится, - задумчиво начал он, - лет пять назад служил я недалеко отсюда. Начальник ваш нынешний, Гордеев Николай Семенович, между прочим, был тогда начальником отдела АзГПУ в нашем округе. А с той стороны границы на соседнем участке орудовал белогвардеец из Баку, мой, можно сказать, "крестник". Прошляпил я его, выпустил за кордон. Вот... И стал этот "крестник" на РОВС* работать. Удобно с ним было дело иметь - возьмешь нарушителя и сразу видишь - почерк господина есаула. Прямо-таки близнецов к нам запускал: легенда, снаряжение, задание - все на одну колодку скроено. Худо, видно, было у него по части фантазии. Тут же, конечно, другой класс работы. Ну ладно, - Орлов примял папиросу и глубоко затянулся.
– Будем считать, что вечер воспоминаний закончен. Что думаете делать?

______________

* РОВС - Российский общевоинский союз. Белогвардейская организация.

– Возвращаться в Баку, докладывать. Хозяйство все это, - Волков указал на кисет, папку с документами, - если не возражаете, сразу с собой заберем. Скажите, а этого нарушителя тем троим вы показывали?

– Что вы! Специально запретил. И на допросах о нем не поминали. Мало ли как вы это дело потом повернуть захотите.

– Так, так, - Волков помолчал, думая о чем-то своем.
– Значит, на той стороне не могли знать о том, что нарушитель не прошел?

– Исключено, - решительно ответил Орлов.
– От границы он уже отдалился, ни стрельбы, ни шума не было. Место глухое, населенных пунктов поблизости нет, труп мы вывезли глубокой ночью.

– Все ясно, - застегнув сумку, Волков поднялся.
– Разрешите отправляться?

– Так сразу?
– Орлов не скрывал своего разочарования.
– А перекусить? И вообще, посидели бы, о Баку рассказали, я там уже месяца три не был.

– К поезду надо успеть. Не я, время торопит. Гость-то серьезный пожаловал.

– И то, - начальник отряда тоже поднялся.
– Ладно, езжайте. Николаю Семенычу большой мой привет. Пусть бы проведал, уток тут у нас, что воробьев на сенном рынке, вспомнили б молодость.

Обменявшись с начальником рукопожатиями, Волков и Мехтиев вышли. А минут через десять дробный цокот копыт оповестил Орлова о том, что бакинцы уже уехали.

Сытые командирские кони шли ровной машистой рысью. Волков и Мехтиев скакали рядом.

– Послушай, Юсуф-джан. У персов поговорка есть: "Дурак говорит, мудрец думает". Ты за сегодняшний день столько молчишь, лет на десять, наверно, мудрее стал. Теперь скажи что-нибудь, пора. Или, может, ты все это время думал об одной тихой улице на Баилове? Той самой...

Мехтиев вспыхнул румянцем, нахмурился.

– Не надо так шутить, Анатолий Максимович. Я младший, понимаю, но шутить, пожалуйста, не надо. Честное слово, все время о деле думаю. Только быстро не получается.

– Быстро не всегда здорово, - примирительно молвил Волков, подумав про себя, что делопроизводитель Света Горчакова, девушка нечастой красоты и совсем уж редкой находчивости, успела, кажется, лишить душевного покоя еще одного молодого сотрудника управления.
– Я вот тороплюсь в Баку, а докладывать, в общем, пока нечего. Следы есть, а ведут в никуда.

– Почему в никуда?
– Юсуф так резко крутнулся в седле, что его гнедой, заплясав, пошел боком, как в манеже.
– В Аз-нефть следы ведут. Справка, даже если совсем фальшивая, образец где-то брали? Брали. Удостоверение тоже оттуда.

– Вот вам, братцы, и сундук с секретом, - Волков с досады хлестнул поводом по крутой шее своего жеребца и тут же взял в шенкеля, осаживая.
– И давно ты до этого додумался, молчальник?

– Когда с Орловым документы смотрели.
– Юсуф смущенно улыбнулся.
– А вы... разве иначе считали?

– Если бы иначе, - недовольно буркнул Анатолий Максимович.
– Вообще я об этом не подумал. Справка и есть справка, мало ли липы всякой нам несут. Упустил, можно сказать. А мысль неплохая. Едва ли так уж прямо она нас на след выведет, но кое-что может дать. Постой-ка... Что это там?

Уже несколько километров они ехали по невысокой земляной дамбе, пролегавшей между опушкой и протянувшимся во всю ширину долины рисовым полем. Слева, залитые водой, огороженные аккуратными земляными валиками, чеки рисовых делянок сверкали под солнцем, как гигантская парниковая рама. Справа стояла сплошная стена плотной зелени.

Кое-где попадались группы крестьян, работавших по колено в вязкой коричневой жиже, неуклюжие арбы, запряженные сонными буйволами.

Одна такая арба, съезжавшая с дамбы на раскисшую лесную дорогу, безнадежно застряла, накренясь, в самом центре громадной лужи. Повозка была нагружена хворостом, целой горой, а на самом верху, вцепившись руками в уже расползавшиеся вязанки, с трудом удерживалась девочка лет семи, совсем по-взрослому закутанная в выцветший келагай. У арбы беспомощно суетился старик в заплатанном архалуке и высоко подвернутых шароварах. Буйволы уже явно выбились из сил, старик тоже.

– Подожди, пожалуйста, отец!
– по-азербайджански крикнул Мехтиев, осаживая гнедого.
– Совсем немного погоди, сейчас помогу.
– И он спрыгнул с коня.

– Куда тебя понесло, Юсуф?
– сердито окликнул его Волков.
– За каким чертом обоим мараться? Держи коня. Это больше по моей части.

Юсуф пытался было возразить, но Анатолий Максимович на этот раз действительно рассердился.

– Держи повод, говорят. И со старшими не спорь. Марш на дорогу.
– И, тяжело ступая, Волков полез в самую середину лужи. Старик, что-то объясняя, хватался то за ярмо, то за скользкие от грязи деревянные колеса.