Чтение онлайн

— Правда? Ишь ты! — Настала очередь восхищаться Гровелю. — А кто такие эти Помощницы Шаманов?

Эльф выпучил свои золотистые глаза, пораженный крайним, а вернее будет сказать — бескрайним невежеством человека.

— Это самые главные мастера по части чародейства и колдовства во всем мире, — объяснил Бродерик. — Именно к ним мы и направлялись, но вот оказалось, что везем с собой еще более сведущего во всяких таких штуках колдуна. А вот, кстати, и он!

На поляне появился Де Ги, верхом на коне, к седлу которого была приторочена сума, в которой виднелось что-то бесформенное и шевелящееся.

— Сир, — сказал оруженосец, — вы приказывали привезти сюда этого…

— Да, воин, — задумчиво обронил маршал Бродерик, — оставь его здесь вместе с конем и помоги своим друзьям.

Хорст дождался, пока Де Ги покинет поляну, а потом, сняв с крюка суму, просто вытряхнул одним движением ее содержимое на землю рядом с пленными.

Первым понял кто перед ним тощий орк — он подскочил на месте и принялся отползать в сторону, извиваясь на опавших листьях, как диковинная змея. Его подружка громко завизжала, и звук больно стегнул по ушам всех, кто присутствовал на поляне. Эльфы, отвернувшись от пахнувшего на них из мешка смрада, слишком поздно осознали, что вслед за вонью рядом с ними появился еще кто-то. И поэтому парочка из них — если бы люди могли различать их лица, они бы с определенностью могли сказать, что это были многострадальный Миэль и Озоэль — сомлели от переживаний, лишившись сознания. Зато остальные заголосили за всех, перекрывая вопль испуганной колдуньи, и громче всех надрывался Ладиэль. Опять же, если бы люди понимали, о чем голосят эльфы, они бы — без сомнения — помогли беднягам, но, к сожалению, никто из людей не понимал ни слова на древнем языке Эль-Льойфу.

Поэтому Хорст сделал так, как умел делать только он — подхватив в каждую руку по связанному эльфу, он потряс их, что было сил, а когда крик захлебнулся, оттащил в сторону от обезображенного тела, бывшего когда-то бароном Радульфом.

— Ну вот, дружище, — весело сказал здоровяк, останавливаясь над колдуном, — видишь, как тебя все живое боится? Ума не приложу, чем же ты так страшен?

— Дай времени вернуть мне руки, и ты увидишь настоящую силу магии! — Пообещал Балтар-Радульф. — А ты, сучка, заткнись! — Прошипел он испуганной колдунье.

— Значит так, любезный! Вся эта веселая компания явилась на наши земли по твою душу. И если я правильно помню, то головы этих двух своих соплеменников ты выпрашивал у меня? — Хорст показал пальцем на орков. — Я тебя спрошу кое о чем, а ты или ответишь мне сейчас или сведешь очень близкое знакомство со всей этой разношерстной компанией. И отчего-то мне не кажется, что они не будут с тобой столь щепетильны и добры как я. Верно?

— Они всего лишь пыль на моем пути! — Важно изрек колдун.

— Тогда — приятного общества тебе, Назерил! Поехали, господа, нам еще к Великой эльфине добираться.

— Стой! Стой-стой-стой! — Выкрикнул Радульф-Балтар. — Если я отвечу на твой вопрос, ты защитишь меня от этих проходимцев?

— Я тебе не верю, — махнул рукой Хорст, взгромоздясь на оставленного оруженосцем коня. — У тебя был шанс сохранить свою шкуру и как ты с ним поступил? Ты растратил его своим упрямством! Эльфы, это колдун, которого так искали орки. Орки, это демон, который так сильно мешает вам жить! Ключей никто не получит — не обессудьте, а в остальном вы вольны делать с ним все, что вам заблагорассудится. Да! И не задерживайтесь здесь надолго — пока монахи не вспомнили, кто умертвил двух прихожан из их собора. Вот нож, — он бросил на листву перед Ладиэлем свой засапожный ножик, — он поможет вам обрести свободу.

— Сто-о-ой! — Бывший барон заорал так, как-будто от громкости этого крика зависела его жизнь. — Стой! Ты совсем шуток не понимаешь? Пошутил я!

— Вот и повеселись, шутник! А господа эльфы составят тебе компанию. Идем, господа, у нас дела серьезные. Нам шутить некогда.

Гровель и Бродерик, пожав плечами, направились к тропинке, что натоптали оруженосцы. Следом за ними потрусил отец Ференс, подняв руками полы длинной рясы, чтоб не цеплялась за ветки, торчащие у самой земли, а последним поехал Хорст.

— Желания должны исполниться до конца!

— Что? — Хорст, остановился, постоял несколько мгновений, повернул коня и подъехал к вертящемуся на земле Демону. — Что ты сказал? Чьи желания?

— Один из основных законов управления сущим из Странного мира говорит о том, что любое изменение не вечно, — прохрипел древний колдун, — оно должно чем-то компенсироваться и ничтожится при выполнении всех клятв.

— Ничего не понял, — из-за конского крупа показался любопытный Гровель. — Как это по простому-то будет?

— Вы не просто так обрели чужие тела. Они вам нужны были для чего-то, и вы обещали что-то исполнить. Как только исполнится то, ради чего вами была испрошена эта милость, как только свершится то, что вы обещали вышним силам, так в тот же срок все вернется на свои места. Молодой опять станет старым, богатый бедным, а карающий обиженным! Важно еще выполнить эти обещания одновременно, так же, как загадывали. А до тех пор вы бессильны умереть. Каждый раз, когда смерть будет рядом, обязательно случится что-нибудь, что помешает ей прибрать вас. Потому что умереть можно только будучи в том теле, в котором появился на свет. Но не думайте, что это награда. Смерть такого не прощает и будет все время стараться с вами покончить!

Гровель и Бродерик стояли на земле у стремян Хорста и морщили лбы, пытаясь понять, о чем им вещает изуродованный колдун.

— Господи Всеблагой, — догадавшись, прошептал Гровель. — Значит, пока я не поставлю свечу толщиной в воловью ляжку, я так и буду оставаться богатым купцом?

— А мне предстоит казнить своего свата? — Бродерик растерянно улыбался.

— И, стало быть, мне теперь нужно найти Самозванца и оторвать ему башку, — заключил Хорст. — Не самая простая задача! А с учетом того, что перед нами теперь вечность — это лишь значит, что до завершения нашего приключения еще очень далеко!

С другой стороны поляны, там, где невозможно было пробраться сквозь густые кусты, сидел на корточках известный всему Мериду забияка — сьер Мерзен. Нельзя сказать, что весь разговор был слышен идеально, но большая часть происходящего на поляне достигла его острого слуха. От обилия полученных сведений у него поднималось настроение, но он совершенно не мог представить — о чем идет речь? Ясно было только одно — Хорст и Самозванец — разные люди. Впрочем, резонно рассудил сьер Мерзен, это совершенно не его забота. Теперь обязательно нужно было наведаться в тратторию «У несчастного корчмаря» и передать состоявшийся разговор одному из конюхов. И это было важнее всего.