Чтение онлайн

Однако Рива никак не могла согласиться с такой постановкой вопроса.

— Да разве можно защищать такого человека, тетя?

— Майор Бэнкс просто исполняет свой долг, и не более того.

— Долг? Я бы сказала, что он значительно превышает свои полномочия! Например, какое право он имеет запрещать мне видеть Чарлза?

— Майор объяснил нам свое решение.

— Можно подумать, его объяснение что-нибудь объясняет! — не унималась Рива. — Да он просто тиран, ему нравится пользоваться своим положением!

— Ну, он не слишком уж им и пользуется. — Теодора снова негромко рассмеялась.

— Не слишком? — Рива вновь повысила голос. — А как можно назвать его приказ явиться на ужин?

— Я бы назвала такой приказ услугой. И я очень благодарна ему за эту услугу.

— Так это услуга? — Рива ошарашенно посмотрела на Теодору.

— Да, девочка моя, услуга. Я заметила, что после того, как пропали наши продукты, ты почти ничего не ешь, хотя майор Бэнкс и разрешил тебе пользоваться кухней.

— Если бы он не поставил такие условия, я бы никогда не села с ним за один стол.

— Но почему же? — воскликнула Теодора. — На мой взгляд, майор Бэнкс — очень милый джентльмен.

— Милый джентльмен? — Рива не находила слов от возмущения. — Да он просто хищник, вот кто!

Рива! — Теодора медленно начала подниматься с постели. — Я должна тебе заметить, что в последнее время ты ведешь себя довольно грубо, а это не подобает леди. Кроме того, ты проявляешь удивительное упрямство, отказываясь принять предложение майора переехать в гостевую комнату.

— Тетя, да что ты такое говоришь! Я никогда не приму подачку от янки! Я не могла отказаться от его предложения в отношении тебя, но ты была больна и вряд ли бы поправилась, оставаясь на чердаке. Но для себя я не приму ничего.

Теодора едва заметно нахмурилась, и когда Рива помогла ей подняться, произнесла:

— Я хотела сказать тебе одну вещь относительно майора Бэнкса, но теперь, кажется, не самое подходящее время для подобного разговора. Поговорим позже, а сейчас нам пора спускаться к ужину: нехорошо заставлять джентльмена ждать.

— Перестань называть его джентльменом, тетя! — порывисто проговорила Рива.

— Я собираюсь называть его джентльменом, дорогая моя, и относиться к нему как к джентльмену. Иначе как же я могу ждать от него помощи?

— Помощи? — Рива напряглась. — О какой помощи ты говоришь, тетя?

— Я собираюсь попросить майора Бэнкса узнать что-нибудь о нашем Фостере…

— Да ты с ума сошла! — не сдержалась Рива и тут же потупилась, поймав на себе укоризненный взгляд Теодоры. — Майор Бэнкс — офицер вражеской армии, — уже спокойнее проговорила она, — мы не можем просить его о подобных вещах.

— Почему же не можем? Майор вполне мог бы узнать, не числится ли Фостер среди убитых, пленных или пропавших без вести. Может быть, он лежит в госпитале?

— Бэнкс не станет нам помогать.

— Давай не будем делать скоропалительных выводов, дорогая. За ужином я попрошу его об этой услуге, а уж станет он нам помогать или нет, решать ему самому.

Рива вздернула подбородок и взяла тетю под руку. Вместе они неторопливо вышли из комнаты и спустились по лестнице в холл, где их уже ожидал майор Бэнкс.

Джефф ругал себя последними словами. Да что с ним происходит, черт подери? Несколько часов назад он ворвался в дом, приказал капралу оповестить леди о том, что ужин переносится на более раннее время, и стрелой помчался в свой кабинет, чтобы немного прийти в себя.

Он не мог успокоиться, не мог сосредоточиться на работе, не мог думать ни о ком другом, кроме рыжеволосой упрямицы. На совещании в штабе командования он чувствовал себя пустым местом. В то время как зачитывали депешу Шермана, сообщавшую о взятии Джексона, он думал только о том, что Рива Синклер с каждым днем все слабеет.

По данным донесения, всем жителям захваченного Джексона выдали провизию и медикаменты, а он только что отказал ей в прошении на продуктовый паек.

Черт подери, ведь он ни в чем перед ней не виноват! Не он ли разрешил ей жить в гостевой комнате, питаться на кухне, свободно передвигаться по дому? Так чего же ей еще нужно? И почему она продолжает так неистово его ненавидеть?

Она не спит ночами, ворочаясь на своей кушетке на чердаке прямо у него над головой, и он тоже не спит, ибо в голову ему лезут всякие несуразные эротические сцены с ее участием. А днем он видит ее бледную тень, и ему сразу хочется пойти на попятный, дать ей все, что она ни попросит, лишь бы упрямица перестала смотреть на него волком. Но ведь не может же он так уронить свой авторитет перед подчиненными? Если они поймут, что эта чертовка с легкостью добивается от него всего, чего угодно, как они смогут уважать своего командира?

Джефф сдавленно хмыкнул, вспоминая, в какую панику вогнало его сообщение генерала Макферсона о том, что в восемь вечера назначено общее собрание в штабе: он с самого утра ждал наступления этого вечера, на который был назначен первый ужин в обществе мисс Синклер, и поэтому стрелой помчался домой, не замечая никого и ничего на своем пути. Если бы он на минуту отвлекся от своих невеселых мыслей, то заметил бы, сколько прекрасных женщин провожают томными взглядами его статную фигуру, но в голове у него была только Рива Синклер.

Джефф снова хмыкнул. Подумать только, ему уже тридцать пять лет, а ведет он себя, как влюбленный мальчишка. Впрочем, скорее всего тут дело не в том, что мисс Синклер вызывает в нем эротический интерес; просто он чувствует себя обязанным защитить ее. В конце концов, он действительно занял ее дом, ее комнату, ее постель; пускай по законам военного времени это все считается вполне допустимым, но какое дело разъяренной женщине до каких-то там законов?

Майор припомнил, как подчеркнуто вежливо вела себя Рива за ужином, и негромко рассмеялся. Но что его действительно восхитило, так это поведение ее тети, мисс Теодоры Лонгворт. Удивительная женщина! Джефф постепенно начинал понимать, почему Рива так дорожит своей тетей.