Чтение онлайн

Следующие строчки были непонятны. Я никак не могла связать их логически. Да и появился вопрос: почему колдуна маг должен был убить сам? Зачем умному магу (глупые королевства не завоевывают) завязывать на этом заклятья? Это же глупо?

А еще волновало название города. В книге упоминается город Зари. А наш Город называется Элес. Вот нестыковка. Элес — это эльфийское слово, а значит оно… вот демоны. А эльфийского я и не знаю. Хотя… Где-то краем уха слышала…

…Э-лес-ъен…Это значит утренняя заря…

Угу. Ага. По-моему, это мастер Элгерт говорил. Подходит, если не одно но: слово заря падает на второй слог. Как все сложно. Д-демоны! Мне же на урок. Ладно, завтра в библиотеку схожу.

Я ушла. В голове стояла последняя строчка:

Все сказанное здесь — истина. Клянусь Силой. Э. Дейгрол

Я еще не уверена… но может быть, может быть я права… А тогда, тогда наконец-то магия перестанет быть запретной!

— …думаю объяснять, насколько кровь важна любому живому существу не надо. Но нужно сказать, что, изучая её, можно понять очень многое об организме человека, иногда только именно по ней определяется недуг, которым страдает больной, — мастер Венан, как всегда сопровождал свои слова красочными рисунками, начерченными на доске. В данном случае на ней было изображено строение сердца и аорты. Мастер в основном вел «Живую природу», но, так как человек являлся непосредственной частью органического мира, то «Анатомия», по крайней мере, обобщенная её доля так же входила в его область преподавания. Прикладная часть этого предмета — техника наложения швов и другая работа с плотью, включающая в себя, и лекции и практики, хоть и назывались так же Анатомией, но рассказывал эти темы уже другой учитель.

Мастер Венан, довольно красивый даже на мой совершенно равнодушный по отношению к сильному полу взгляд (к слову, все мастера были на удивление молоды: двадцать пять — тридцать лет не больше), представлял собой широкоплечего высокого мужчину с пепельными волосами и серыми глазами. Последний штрих его образа создавал у меня ощущение дежавю — мне все время казалось, что где-то я такие глаза уже видела. Всегда веселый — в свои лекции наставник постоянно вставлял какие-нибудь забавные истории или интересные мелочи, он вызывал симпатию у всех учащихся, дополняя образ оптимиста так же острым умом и интересным взглядом на жизнь. Правда, вся его веселость была относительна — когда были действительно серьезные темы, отвлекаться на что-либо другое было чревато. Вот и сейчас, стерев с лица улыбку, он деловым тоном рассказывал лекцию.

Я же слушала её вполуха, а записывала вообще по инерции. Мой ум был занят Натой — у той с утра было какое-то очень задумчивое настроение — то ли еще, до какой шалости додумалась, то ли их Надьяном идея увенчалась успехом. Первое настораживало, второе вызывало любопытство — мне же тоже интересно будет книги по магии почитать. Притом, что я честно с ними за фолиантами ходила.

Эх! Знал бы дядя, чем я на лекции занимаюсь! Было бы мне тогда Щастье от слова Щаз.

— Кровь бывает нескольких видов. При том, у разных рас она таки же различается, и при работе с ней надо обязательно помнить, что переливание эльфийской крови без специальных ритуалов приводит к смерти, а крови оборотня к сумасшествию. К сожалению последнее было узнано экспериментальным путем — именно так появились на свет первые ложные оборотни. Переливание человеческой крови может привести к смерти, если только вид подобран не правильно, поэтому именно кровь человека чаще всего используется, как донорская — она, можно сказать, безопасна для всех, — и зачем мастер это рассказывает? Из всех представителей других рас здесь учится только Дик. Может, конечно, где-то затесалась пара оборотней, но они больше предпочитают жить в лесах, каменные города даже с обилием садов и деревьев не для них. Наверно, именно поэтому двух'ипостасные так дружны с дриадами и друидами. [28] Правда, дружба их странна — оборотни хищники, а духи леса все поголовно не приемлят животной пищи.

Догнала я Нату только в коридоре. Она куда-то стремительно шла, и, чтобы поймать её, мне пришлось приложить немало сил.

— Ну? — одним словом обозначила все мучившие меня вопросы.

Подруга странно посмотрела в ответ и, схватив мою руку, потащила куда-то мое многострадальное тело.

— В общем Надьян разработал лупу, сквозь которую при малом задействии магии можно читать на тезаре, — по дороге начала втолковывать она мне, — но вот незадача, нужные материалы просто так не достать. Мастер Илазе обязательно заинтересуется: зачем его ученику стекло с вплавленным серебряным напылением.

— И? — продолжила свой немногословный допрос.

— Ну и думаем, где достать, — ответила подруга, а я сообразила, что мы идем к приноспамятной лаборатории.

Мы завернули в коридор, дошли до кабинета. Я с некоторым смущением и робостью заглянула в неё — все-таки не так уж давно мы её разгромили.

Перед моими глазами предстала та же самая комната, что и до взрыва. Будто не здесь Ната в ярости кинула в Надьяна колбой. Единственное, что изменилось — Интореми стоял к нам лицом и рассматривал с тонкой палочкой угля в руках какие-то бумаги. На этот раз поверх его белоснежной рубашки был надет фартук привычного серого цвета. На безупречном загорелом до бронзы лице (с которым так сочетались пшеничные волосы) застыла гримаса легкого неудовольствия, в глазах отражалась усиленная работа мысли. Похоже, что-то в работе юного целителя шло не так.

— Как дела? — спросила Натарина, усевшись на табуретку, стоящую около стола. Я примостилась на небольшой стульчик находящий у другого края.

— Никак, — грустно констатировал юноша, — нужно именно такое стекло и никак иначе. Что делать — не знаю.

— А остальные ингредиенты? — тихо спросила я — уж больно несчастное стало у Надьяна лицо.

— Да остальные легко найти можно — ту же оправу просто попросить выковать ребят из мастерских, — тут он чуть покраснел и посмотрел в сторону Наты. Мда-а. Понятно, кто просить будет. Хотя… Надьян скорее попросит Илазе дать ему допуск к станкам — гордость у воинов всегда была выше неба, а опуститься до того, что зависеть от женщины… для них лучше смерть.

— А почему бы не попросить их сделать лупу? — предложила я.

— А из чего? — грустно спросила пол Ната, — им же материалы под определенные вещи дают. Для оправы-то можно просто найти кусок металла. А из своих запасов они делать не будут.

— Дела-а, — задумчиво протянула я, уткнувшись подбородком в лежащие на столе руки.

— Кхарт!! [29] — неожиданно зло ударил Надьян кулаком по столу, — что за невезение!! Кузнеца что ли ограбить?! Так в город идти надо, да и… — продолжать юноша не стал. То, что это будет аморально, все присутствующие поняли и так.

— Прекрати, — спокойно ответила ему Натарина, — ситуация не безысходная. Впрочем, даже если бы выхода не было, устраивать истерики не стоит.

— Да знаю я, — сел на свой стул Интореми, «уронив» голову на стол прямо поверх бумаг.

Так мы и сидели, каждый уткнулся в свои локти. Было обидно. Всегда жалко, когда все упирается в материалы. Сломать что ли что-нибудь. Сломать и забрать по-тихому. По громкому-то тут же отберут. И унесут. Интересно, а куда весь металлолом и другие испорченные вещи уносят? Подождите-ка… А я ведь знаю!