Заряд доблести
Шрифт:
«Оставь меня одну!» – крикнула Гвендолин, не в силах больше слышать ни слова.
Ее мать бросила на нее холодный взгляд, затем, наконец, после бесконечной тишины, развернулась и важно вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь.
В абсолютной тишине Гвен начала плакать и не могла остановиться. Больше чем когда-либо она хотела, чтобы все это просто исчезло.
Глава шестая
Кендрик стоял на широкой площадке на краю Каньона, глядя на кружащийся туман. Пока он смотрел вдаль, его сердце внутри разбивалось на осколки. Его разрывало на части, после того он увидел свою сестру в таком состоянии, и он чувствовал себя опустошенным, словно это он подвергся нападению. По лицам всех силесианцев он видел, что они считали Гвен кем-то большим, чем просто правителем. Они все считали ее членом семьи. Они тоже были подавлены. Словно Андроникус причинил боль им всем.
Кендрику казалось, что это он во всем виноват. Он должен был понимать, что его младшая сестра сделает нечто подобное, зная, насколько храброй и гордой она является. Он должен был понимать, что Гвен попытается сдаться до того, как у кого-нибудь из них появится шанс остановить ее, и он должен был найти способ предотвратить это. Кендрик знал характер своей сестры, насколько она доверчива, знал ее доброе сердце. Кроме того, будучи воином, Кендрик лучше, чем она, знал жестокость некоторых руководителей. Он был старше и мудрее ее, и ему казалось, что он подвел сестру.
Кендрик так же считал себя виноватым во всем этом. Эта ужасная ситуация была непосильной ношей для одного человека, недавно коронованного правителя, шестнадцатилетней девушки. Она не должна была нести на своих плечах тяжесть всего этого в одиночку. Такое весомое решение было бы сложным даже для него самого – или даже для их отца. Гвендолин сделала все от нее зависящее в сложившихся обстоятельствах и, возможно, поступила лучше, чем смог бы любой из них. Кендрик и сам понятия не имел, как справиться с Андроникусом. Никто этого не знал.
Рыцарь подумал об Андроникусе, и его лицо покраснело от гнева. Это был правитель без морали, без принципов, без человечности. Кендрику было ясно, что если все они сейчас капитулируют, их всех постигнет та же участь – Андроникус убьет или обратит в рабство каждого из них.
Что-то изменилось в воздухе. Кендрик видел это в глазах всех мужчин и почувствовал это в самом себе. Силесианцы больше не собирались просто выживать и защищаться. Теперь они хотели отомстить.
«СИЛЕСИАНЦЫ!» – проревел голос.
Толпа притихла и посмотрела вверх. В верхнем городе, на краю Каньона, глядя на них, стоял Андроникус в окружении своих приспешников.
«Я даю вам шанс!» – прогремел он. – «Приведите Гвендолин, и я позволю вам жить! В противном случае я пролью на вас огонь на рассвете, такой сильный огонь, что ни один из вас не выживет».
Он сделал паузу, улыбнувшись.
«Это очень щедрое предложение. Не думайте слишком долго».
После этих слов Андроникус развернулся и ушел прочь.
Все силесианцы повернулись и посмотрели друг на друга.
Вперед вышел Срог.
«Дорогие силесианцы!» – крикнул он огромной растущей толпе воинов. Кендрик никогда прежде не видел его таким серьезным. – «Андроникус напал на нашего лучшего, нашего самого дорогого правителя. Дочь нашего любимого короля МакГила, великую Королеву по праву. Он атаковал и каждого из нас. Он попытался поставить пятно на нашей чести, но вместе этого запятнал только свою собственную!»
«ДА!» – крикнула толпа, мужчины зашевелились, каждый из них схватился на рукоять своего меча с огнем в глазах.
«Кендрик», – сказал Срог, повернувшись к нему. – «Что ты предлагаешь?»
Кендрик медленно заглянул в глаза всех стоявших перед ним мужчин.
«МЫ АТАКУЕМ!» – крикнул он, чувствуя огонь в своих венах.
Толпа одобрительно крикнула в ответ. Она становилась все плотнее и плотнее, в глазах присутствующих мужчин читалось бесстрашие. Кендрик видел, что каждый из них был готов сражаться не на жизнь, а на смерть.
«МЫ УМРЕМ КАК МУЖЧИНЫ, А НЕ КАК СОБАКИ!» – снова крикнул Кендрик.
«ДА!» – крикнула толпа в ответ.
«МЫ БУДЕМ СРАЖАТЬСЯ ЗА ГВЕНДОЛИН! ЗА ВСЕХ НАШИХ МАТЕРЕЙ, СЕСТЕР И ЖЕН!»
«ДА!»
«ЗА ГВЕНДОЛИН!» – крикнул Кендрик.
«ЗА ГВЕНДОЛИН!» – крикнула толпа мужчин в ответ.
Толпа исступленно кричала, становясь все плотнее с каждый мгновением.
Крикнув последний раз, они последовали за Кендриком и Срогом, когда те повели их по узкой площадке все выше и выше к верхней Силесии. Пришло время показать Андроникусу, из чего сделано Серебро.
Глава седьмая
Тор стоял вместе с Рисом, О’Коннором, Элденом, Конвеном, Индрой и Кроном в устье реки. Они все смотрели на мертвое тело Конвала. В воздухе витало мрачное настроение. Тор и сам это ощущал, оно грузом давило ему на грудь, когда он смотрел на своего брата по Легиону. Конвал. Мертв. Это казалось невозможным. До сих пор, как помнил Тор, их было шестеро в этом путешествии. Он никогда и представить не мог, что их останется всего пятеро. Это заставило его ощутить свою смертность.
Тор вспомнил обо всех тех днях, когда Конвал был рядом с ним, вспомнил, что он сопровождал его на протяжении всего путешествия, с самого первого дня, когда Тор вступил в Легион. Он был для него братом. Конвал всегда поддерживал Тора, для друга у него всегда имелось доброе слово. В отличие от некоторых других молодых людей, он принял Тор как друга с самого начала. Тору было больно видеть его на земле мертвым, особенно в результате именно его, Тора, ошибки. Если бы он не доверился трем своим братьям, возможно, Конвал сегодня стоял бы здесь живой.