Чтение онлайн

— Хорошо, — наконец ответил Кавано. Район складов заканчивался, впереди виднелись улицы, по которым ездили машины. Он выехал в квартал, образованный обветшавшими старыми домами. Дальше должен быть выезд на шоссе.

— Они загримировались под наркоманов, смешались с остальными обитателями склада и хотели напасть внезапно. Когда появился я, они поняли, что обстановка изменилась, и им пришлось нарушить первоначальный план и идти в атаку раньше, чем они готовились.

Сирены впереди звучали все громче.

— Позвоните по моему мобильному. Наберите номер, который я продиктовал вам.

Прескотт наконец-то послушался.

— Есть сигнал на том конце линии.

Убирая правую руку с руля, чтобы взять телефон, Кавано решил устроить Прескотту проверку.

— Когда вы услышали сирены, вам не пришло в голову позвонить в полицию и отправиться туда вместе со мной?

— Нет.

— Почему?

— Никакой полиции, — с ударением произнес Прескотт.

Кавано не успел продолжить расспросы. В трубке послышался голос Дункана:

— "Всемирная служба защиты".

— Это Кавано. Я в «красном режиме». — Кавано представил себе, как Дункан выпрямился в своем кресле.

Ветер и рычание мотора со сломанным глушителем заглушали телефон, но Кавано расслышал Дункана:

— Радиомаяк «Тауруса» не работает. Тебя нет на экране.

— "Таурус" остался в прошлом. Я и Прескотт едем в угнанной машине, — ответил Кавано, руля левой рукой. Правой он изо всех сил прижимал телефон к уху.

— Передай свои координаты.

— Перехожу в режим кодирования, — ответил Кавано, нажимая кнопку на обратной стороне трубки, чтобы включить шифрующее устройство. Преследователи могли подслушивать их, если у них имелась соответствующая аппаратура. — Я еще в Ньюарке. Еду в сторону от реки. Впереди шоссе с интенсивным движением, но я пока не вижу его номера.

— Сколько человек в группе нападения? — напряженным голосом спросил Дункан.

— Возможно, человек восемь.

— Они вас преследуют?

— Не уверен. Возможно, мне удалось... — Кавано всмотрелся в зеркало заднего вида, проехав мимо нескольких мрачного вида домов. Он уже был готов сказать, что ему удалось оторваться, но в этот момент из-за угла выехали две машины и ринулись вдогонку.

— Да. Они нас преследуют.

Кавано подъехал к развязке и увидел дорожный знак.

— Я еду на север по Двадцать первой магистрали. Шоссе Мак-Картера, — добавил он, увидев другой знак.

Кавано живо представил себе Дункана, упершегося взглядом в карту на экране компьютера.

— Если ты едешь по Двадцать первой на север, в сторону от реки, продолжай движение. Примерно через десять миль ты доедешь до пересечения с Десятой. Сверни на восток, а потом на север, на Семнадцатую. Ты сможешь добраться до Титерборо?

Дункан имел в виду аэропорт Титерборо, четвертый по размеру в окрестностях Нью-Йорка, после Кеннеди, Ла Гардия и Ньюаркского международного, в районе развилки Семнадцатой и Сорок шестой магистралей в Нью-Джерси около федеральной магистрали 80. Это двадцать километров от центра Манхэттена, по дороге через мост имени Джорджа Вашингтона. Титерборо имел статус запасного, им пользовались для корпоративных и чартерных рейсов, а также принимали самолеты частных владельцев, чтобы разгрузить основные аэропорты, в которых приземлялись крупные авиалайнеры. Достаточно часто клиентами «Всемирной службы зашиты» оказывались руководящие работники крупных корпораций, поэтому агентство обзавелось представительством в Титерборо и держало там свой вертолет с опознавательными знаками «Атлас Авионикс», своей дочерней компании.

— Я уже в Титерборо, — послышался голос Дункана, прерываемый треском грозовых разрядов. — Мы готовим пересменку.

На жаргоне «Службы» это означало, что клиент, после доставки из Манхэттена в бронированной машине, должен пересесть в реактивный самолет, принадлежащий его фирме, и заботу по его охране возьмут на себя люди, не являющиеся сотрудниками «Службы». Когда самолет оторвется от земли, задание можно считать законченным.

— Ты сможешь добраться туда?

— Постараюсь, — ответил Кавано, глядя на индикатор бензина. Он показывал, что в баке вместо трех четвертей осталась половина топлива, и можно было прикинуть, насколько быстро бензин вытекает через пробоины от пуль.

— Перезвоню через десять минут. К тому времени будут ясны детали операции по встрече, — сказал Дункан.

Кавано выключил телефон и положил его на сиденье рядом с «кольтом». Посмотрев в зеркало заднего вида, он увидел, как две преследовавшие их машины влились в поток, заполнявший шоссе. Из-за грозы большинство машин ехало с включенными фарами, однако эти продолжали пробиваться в их сторону, не включая ничего.

Звук сирен отдалялся.

— Прескотт, вы так и не ответили на мой вопрос, — сказал Кавано, вытерев влагу с лица и сосредоточившись на обгоне большегрузной машины. — Почему вы не хотели, чтобы я отправился вместе с вами в полицию?

— Они просто могут не знать, что делать в нашем случае. Боже. Пистолеты. Угнанная машина, — ответил Прескотт. Его лицо потеряло былую пухлость, сжавшись от напряжения. — Они стали бы нас допрашивать. Сначала на улице. Потом в участке. Когда они наконец отпустили бы нас, те, кто меня преследует, уже были бы вполне готовы к дальнейшим действиям.

— И то правда, — согласился Кавано, снова вытирая воду с лица. — Но у меня возникло ощущение, что у вас есть и другая причина, чтобы не обращаться в полицию.

— Точно та же, по которой я не стану обращаться в Федеральную службу по контролю за оборотом наркотиков. Я не верю правительственным организациям.

— Федеральная служба контроля за оборотом наркотиков? Азачем вы им... — начал было Кавано. Его охватило ужасное предчувствие, что Прескотт все-таки оказался одним из тех монстров, с которыми он отказывался работать.