Чтение онлайн

– Я нашёл дорогу к дому тогда, найду и сейчас, – тихо произнёс Лис и встал, опираясь о берёзовый ствол.

Выпрямился, расправил плечи и замер, будто лисица, выслушивающая округу. Звуки вечернего леса обняли слух и потекли в сознание.

Визгнула муха в паутине. Шаркнула змея. Зашевелилась белка в дупле. Далеко-далеко чавкнула трясина. Совиные крылья хлопнули на ветру…

В глазах поплыло. Лис дёрнулся и потряс головой. Где, что, когда, как далеко? Звуки шуршали в ушах, сотни тонких запахов щекотали ноздри. Лисица умела расшифровать всё, что впитывали чуткие звериные органы. Человеческий мозг беспомощно метался в хороводе непривычных ощущений, и сознание качалось над бездной, задыхаясь под гнётом навалившейся извне информации.

Лис двинулся вперёд наугад, как будто надеялся встретить по пути какую-нибудь разумную идею. Мышцы ломило, но он упрямо шёл по болоту, невзирая на накатившую дурноту. В сумраке показалось, что слева мелькнула тропинка. Лис, игнорируя лужи, повернул, пробился сквозь бурелом и остановился на сухом пригорке. Перед глазами развернулась прикрытая ночной сенью рощица. Тени стволов распластались на земле жутковатыми зигзагами.

В спине появилась неприятная дрожь. Лис судорожно оглянулся. Никого. Рощица впереди поманила тихим шуршанием лиственных крон. Под ногами сухая земля. Остаться здесь, в относительном комфорте или идти дальше, надеясь, что за уродливыми деревцами появится долгожданная опушка?

Пока он размышлял, в носу защекотал отчётливый дух псины. Лис оцепенел. Собака или волк? Слух уловил ритмичное дыхание. Запах усилился: мокрая шерсть, зловонный смрад из пасти и диковатый страх. Лис осторожно оглядел кустарник, но никого не рассмотрел в темноте.

Если собака, значит охотник рядом. Если волк, авось удерёт. И юноша громко крикнул в лес:

– Эй, там!

Зверь не шевелился.

Лис отчаянно вслушивался в ночь. Ни шагов, ни треска сучьев. Получается, зверь один. И голос его не спугнул.

– Опаньки, ядрён-батон! Ты откуда тут взялся?

Лис подскочил. Сердце выдало сумасшедшую чечётку, и кровь ударила в голову так, что в глазах забегали искры.

Человек совершенно бесшумно приблизился к юноше и обошёл вокруг, точно рассматривал музейный экспонат.

– Как вы меня напугали, – не своим голосом выговорил Лис.

– О, это я могу! – тот засмеялся. – А ты, это, сынок, разве видишь меня?

– Вижу, – запнувшись, ответил парень.

Бесшумный незнакомец почесал лохматую седую голову и цокнул.

– Опаньки.

Лис справился с бурным дыханием и в свою очередь рассмотрел собеседника. Дед как дед. Клетчатая рубашка, грубая безрукавка, брезентовые штаны и высокие резиновые сапоги. Лицо крупное, морщинистое, чуть помятое, но взгляд трезвый, даже бодрый. Сизый нос-картофелина – этакий индикатор объёмов принятого вовнутрь алкоголя – лихие усы и трёхдневная щетина. На вид деду было к семидесяти, но Лис сбросил пяток на специфический деревенский образ жизни. В целом мужик казался крепким, как бывалый охотник.

– А где ваша собака? – ляпнул Лис.

– Что, боишься пёсика? – мужичок расплылся в хитрой улыбке. – Ай-ай, а ведь большой мальчик… Погодь-ка, – улыбка исчезла, и её место заняло неподдельное удивление. – Ты как собаку учуял?

– Носом, – огрызнулся Лис. Беззлобная ирония деда ему совсем не понравилась.

– Опаньки. Значится, ты меня увидел, а мою Галку унюхал?

Лис собрался с духом и пошёл в атаку.

– Ваша собака прячется вон в тех кустах, – он махнул рукой на заросли. – Я её не боюсь. Это она меня боится. Она одичала одна.

– Опаньки… – дед сурово сдвинул густые брови.

– Никакие не «опаньки». Ты призрак. Но я тебя вижу и слышу, потому что я сын Огненного Змея, хранителя царства, кое в народе зовут «Тридесятым».

– Ух…

Блазень мгновенно оказался в десятке метров от собеседника.

– Постой, дед, не уходи, – Лис пошёл за призрачным охотником.

Под ногой угрожающе хлюпнуло, и он запоздало понял, что впереди трясина.

– Эй, Болотник, – он посмотрел на застывшего деда и попятился. – Брось свои штучки! Меня не проведёшь.

Хотя – Лис это понимал – Болотник почти добился успеха: ещё шаг, и жертва ухнула бы в прожорливую топь. Со всеми предосторожностями юноша вернулся на сухую гриву и сел под деревом. Глаза горели от усталости, в затылке стучала кровь, но слабость он упрямо не признавал.

Пыхтение из кустарника переместилось ближе к человеку.

– Галка! – спокойно позвал Лис, дабы продемонстрировать болотнику свою лояльность.

Собака на полусогнутых выбралась на бугорок, принюхалась и заворчала. Лис тоже принюхался и определил, что пёс продолжает побаиваться. Прежде он имел дело с собаками исключительно в роли загоняемого. Как вести себя в роли старшего, человека, он не знал, но интуитивно нашёл метод наладить контакт с одичавшим животным.

– Галка, иди ко мне, – он протянул руку ладонью вверх. – Иди, девочка! Ко мне!

Собака подползла к человеку, осторожно обнюхала руку и завиляла хвостом. Лис рискнул погладить её сначала по грязной морде, а осмелев, и по загривку. Пальцы нащупали старый кожаный ошейник с металлическими заклёпками.

– Эй, Дед, снял бы ты с неё этот хомут. Смотри, шерсть на шее совсем сопрела.

Болотный дух медленно поплыл над трясиной в направлении гривы, где сидел Лис.

– А ты хороший человек, сынок, – произнёс он.

– Я буду называть тебя Дед. А ты зови меня… Лис.

– Опаньки! Глупый ты или сильный, если мне своё имя назвал? – призрак погладил усы, ещё раз оглядел юношу и ответил на свой вопрос сам. – Сильный.

Лис промолчал. Собака тем временем доверительно прижалась к его ноге, положила морду на колени и подставила холку, мол, почеши. Юноша автоматически запустил руку в огрубевшую шерсть.

– Давно ты здесь, Дед? Год? Два?

Болотник присел рядом с юношей. При этом ни одна травина не пошевелилась.