Чтение онлайн

— Я смогу читать им, однако не столь хорошо знаю ваши селения, чтобы доставлять почту.

— В том нет нужды, — сказала Селия, толкая вперед Арлена. — Арлен отведет тебя к главной лавке в Деревенской Площади. Доставив соль, отдай письма и посылки Руско Борову. Все люди помчатся туда за солью, а Руско — один из немногих в поселении, кто владеет грамотой. Старый мошенник начнет жаловаться и выпрашивать плату, только ты скажи ему, что в трудные времена все должны помогать друг другу. Пусть он раздает письма и читает их неграмотным. В противном случае я и пальцем не пошевелю, когда его вновь захотят вздернуть.

Реген внимательно посмотрел на Селию, возможно, пытаясь понять, не шутит ли она. Однако каменное выражение ее лица говорило об обратном. Он вновь поклонился.

— Поспеши, — велела ему Селия. — Если вы поторопитесь, то вернетесь к тому времени, когда все будут готовы покинуть это место. Если вы с Жонглером не захотите платить Руско за кров, любой из здешних жителей с радостью предоставит вам комнату в своем доме. — Она проводила их и принялась бранить людей, которые прекратили работу и пялились на пришельцев.

— Она всегда такая… неистовая? — обратился Реген к Арлену, когда они подходили к Жонглеру, забавлявшему малышей.

Арлен фыркнул:

— Слышал бы ты, как она разговаривает с седобородыми старцами. Еще повезло, что она не отлупила тебя после того, как ты назвал ее Бесплодной.

— Грейг говорил, что ее все так называют, — оправдывался Реген.

— Верно, — согласился Арлен, — только за глаза, если не хотят схватить корелинга за рога. Все подпрыгивают, когда речь ведет Селия.

Реген ухмыльнулся:

— Она старая дева. В тех местах, где живу я, лишь Матери ждут, что все запрыгают под их команду.

— Какая разница? — спросил Арлен.

Реген пожал плечами.

— Не знаю. Просто так обстоят дела в Милне. Люди движут мир, а Матери заставляют людей плясать под их дудку.

— Здесь все по-другому, — заметил Арлен.

— В небольших селениях все иначе. Ощущается нехватка людей. А вот в Свободных Городах другое дело. Только в Милне женщинам дают право голоса.

— Как-то глупо, — сказал Арлен.

— Да уж, — согласился Реген.

Вестник остановился и передал Арлену поводья.

— Подожди меня здесь, — сказал он и направился к Жонглеру.

Мужчины отошли в сторонку и начали разговаривать. Арлен заметил, как вновь изменилось лицо молодого человека. Сначала оно отражало гнев, затем обиду и, наконец, покорность. Реген же в течение всей беседы сохранял каменное выражение лица.

Не отрывая взгляда от Жонглера, Вестник махнул Арлену, который подвел к ним лошадь.

— …мне плевать на то, что ты устал, — говорил Реген хриплым шепотом. — Эти люди заняты тяжкой работой, а ты неплохо устроился, забавляя тем временем их детей! Изволь-ка потрудиться по-настоящему! — Он выхватил поводья из рук Арлена и кинул Жонглеру.

Арлен смог хорошенько рассмотреть лицо юного шута, выражающее негодование и страх, прежде чем тот заметил его. Как только Жонглер понял, что за ним наблюдают, он тотчас превратился в забавного парня, танцующего с детворой.

Реген и Арлен забрались в тележку, Вестник взял в руки поводья, и они покатили по грязной тропке, ведущей к большой дороге.

— О чем вы спорили? — спросил Арлен.

Вестник пристально посмотрел на него и пожал плечами.

— Кирин впервые так далеко от родного города. Он не робел, когда нас было несколько человек, а ему предоставлялась возможность спать в крытом фургоне. Однако после того как большая часть каравана осталась в Анджире, парень стал до смерти бояться корелингов.

— По нему не скажешь, — усомнился Арлен, оглядываясь назад.

— У этих шутов есть свои личные фокусы, — сказал Реген. — Они могут притворяться совсем не теми, кем являются на самом деле, и на какое-то время убеждают в этом даже самих себя. Кирин прикинулся храбрым. Гильдия проверяла его на пригодность к путешествию, и он выдержал испытание. Только никогда нельзя быть уверенным в том, как в действительности поведут себя люди в дальней дороге.

— Как вы можете путешествовать ночью? — спросил Арлен. — Папа говорит, что нужно бросать на землю охранные знаки.

— Твой отец прав, — кивнул Реген. — Посмотри-ка, что там, в мешке, возле твоих ног.

Арлен достал большую кожаную суму. Там лежала связанная в узлы веревка, на которой крепились лакированные деревянные таблички величиной чуть больше его ладони. Он с удивлением смотрел на вырезанные из дерева разукрашенные обереги.

Мальчик тотчас понял, что перед ним целый охранный круг, которым можно обложить всю тележку.

— Никогда не видел ничего подобного, — признался Арлен.

— Делать их нелегко, — сообщил ему Реген. — Вестники долго учатся такому искусству. Ни ветер, ни дождь не в силах уничтожить эти охранные знаки. Только они совсем не такие, что берегут стены и двери домов. Ты когда-нибудь видел корелинга вблизи, мальчик? — спросил он и пристально посмотрел на Арлена. — Наблюдал за тем, как он готовится к нападению, а тебе некуда бежать и нечем от него защититься? — Реген покачал головой. — Возможно, я слишком строг с Кирином. Он успешно прошел проверку. Путешествовать в ночи — совсем другое дело. Некоторые люди не выдерживают, боятся, что сухой лист упадет на оберег, и тогда… — Он зашипел, протянул к мальчику когтеобразную кисть руки и засмеялся, когда тот отскочил.

Арлен гладил гладкие, лакированные обереги, ощущая их силу. Маленькие таблички прикреплены по всей длине веревки. Он насчитал более сорока.

— Разве демоны ветра не облетят такой большой круг? Папа ставит столбы, чтобы они не могли приземлиться в поле.

Вестник с удивлением посмотрел на него.

— Твой отец попусту тратит время, — объяснил он. — Демоны ветра крепкие летуны, однако им требуется большая площадка, чтобы разогнаться, подпрыгнуть и взлететь. В полях, где растет пшеница или рожь, нет места для разгона, поэтому они не очень-то стремятся спускаться на них, если только не видят там нечто слишком соблазнительное. Например, маленького мальчика, забывшего про опасность и заснувшего в поле.