Завет
Шрифт:
– Нет. Вообще матрас там был, но лучше от этого не становилось – его приходилось делить с кокаиновыми клопами.
Регина вскинула бровь.
– С кем?
– С кокаиновыми клопами, – повторил Виктор.
– И как со всем этим связан Фалуди? Он сдавал тебе всю эту срань, что ли? Если так, то моё мнение о нём выросло на пару пунктов.
– Да те пикси, которые сдавали мне этот хлев, были на Зассыху похожи. Тоже рожи корчили постоянно, как отпидорашенные макаки. Хотя после предыдущего города эти условия можно было считать приемлемыми. После некоторого привыкания.
– Теперь меня интересует название этого города. Съезжу туда на экскурсию. Как он называется?
– Снесёттнахуй.
– Впервые о таком слышу.
– Все так говорят. Не забудь посетить стопеньчатую пирамиду. Но тебе её и так покажут, это единственная местная достопримечательность.
– Ты хотел сказать – ступенчатую?
– Нет, она сделана из сотни пней, которые уменьшаются в диаметре. Англофоны его Стамптауном прозвали.
– Городом пеньков?
– Ага.
– Когда ты делишься своими флешбэками, то я начинаю думать, что в тебе умер писатель, – заключила Регина.
– С ручкой я неплох, но в постели куда лучше.
– «Грааль» будет рад это услышать.
– Для них я припас особенную пакость.
* * *
Самолёт начал набирать высоту.
– Внутри есть система, которая распыляет газ через вентиляцию, – провёл инструктаж Виктор, открыв сумку.
– Её же сняли после протечки на приёме цислейтанских дипломатов, – возразил Скарт.
– Это официальная версия, то есть брехня. Она никуда не делась и может быть задействована в любой момент.
– Откуда инфа?
– Агенты Фалуди нашли баллоны в вентиляционных шахтах. Так что хрюкалки не снимать, – Виктор начал раздавать маски. – Но есть и плюс – мы тоже сможем запустить газ, если потребуется. И самое главное – всем закинуться левитационными таблетками.
Затрещали блистеры. Закинув капсулу под язык, Каин надел маску со встроенным ребризером[4], активные наушники и шлем. Автомат закрепил на набедренником щитке. Пока он подтягивал ремешки, рядом шумно завозился Девятка.
– Ты мудила, Вик, – заявил проснувшийся орк и сел.
– Что поделать, другим способом затащить тебя в самолёт было бы проблематично.
– А выкидывать из него как будешь?
– Пинками.
Девятка, сам того не зная, процитировал Гёца фон Берлихингена[5].
– А если найдёшь достойный бомболюк, то сможешь смачно, с грохотом и треском насрать на этот город, – сказал Виктор, заглянув в иллюминатор. – Хуже всё равно не станет, и так помойка помойкой.
– Девятка просто верит, что демонстрация задницы убережёт его от колдовства, – предположил Каин.
– Впору вспомнить анекдот про горшочек, который сварил столько дерьма, что в нём утонуло всё лейтанское королевство. Так и ушла эпоха, остались лишь тени былого величия.
Альма поморщилась.
– Впору отнести сквернословие к числу смертных грехов. В вашем случае уж точно.
– Это скатологический юмор[6], – парировал Виктор. – У нас всех отметка в личном деле стоит – годен к прохождению бессрочной службы без права на повешение. Так что можем позволить себе некоторые вольности, иначе совсем стухнем и не сможем ходить в атаку.
– Могу обеспечить желаемое.
– В обход предписаний?
– С петлёй на шее ты всё равно никому не сможешь рассказать о своих предписаниях.
– И то правда.
Ожил интерком:
– Высадка через шестьдесят секунд.
– Это что, голос Квантрейн? – забеспокоился Девятка. – Только не говори, что она управляет самолётом.
– Я получила лицензию пилота в двадцать три.
– Грязный, ты захватил памперсы для взрослых? – лениво поинтересовался Виктор. – А то тут авария назревает.
– Не, они закончились.
– Ну всё, подставляй карманы. И заказывай по почте камок расцветки «семь оттенков дерьмового».
– Всему ж есть предел, – пробурчал Девятка, мрачно косясь на интерком.
– Мы сядем на иглу и променяем жизнь на картинки из Интернета, предадим анафеме винил и будем слушать музыку в формате MP3, пожертвуем счастьем всего населения планеты…
– Чё ты несёшь, Вик?
– ...только держите Регину Квантрейн подальше от нас.
– Ага.
Самолёт тряхнуло.
– Мы уже падаем? – на всякий случай уточнил Девятка.
– Всего лишь небольшая турбулентность, рано штаны сушить. «Гордость Лейтании» прямо под нами. Высаживайтесь сейчас, пока они не сообразили.
– Каин, ты первый, – сказал Виктор. – Как только окажешься на обшивке, сразу цепляй трос и жди нас.
Он встал и поднял руки. По бокам костюма появились мембраны-крылья. Аппарель медленно поползла вниз.
Перед прыжком Каин обернулся. За ним стояла Кальфу, которая взяла сразу несколько верёвок.
Каин спрыгнул с аппарели и полетел в синюю бездну. Среди облаков темнел силуэт дирижабля.
* * *
Когда до внешней оболочки осталось несколько десятков метров, Каин раскусил капсулу. Скорость падения начала снижаться.
Он перекатился и тут же схватился за трос, тянущийся вдоль баллона. Каин зацепил карабин и подёргал трос.
Следом приземлилась Кальфу. В отличие от Каина, она не стала закрепляться на поверхности. Во время переката она зацепила первый трос, сделала стойку на руках и прыгнула дальше. Перемещаясь с помощью курбетов и рондадов, Кальфу продолжала цеплять карабины. Сделав фляк[7] назад, она закрепила последний трос и повисла на нём, упёршись ногами в борт дирижабля.