Завтра
Шрифт:
От кого: Эмма Ловенстайн
Кому: Мэтью Шапиро
Тема: Re: Фотографии
«Добрый вечер, Мэтью!
Скорее всего, Вы ошиблись адресом. У меня действительно есть ноутбук, но я его не продавала. Попавшие к Вам фотографии не имеют ко мне отношения.
Всего доброго, Эмма.
Спустя две минуты.
«Спасибо, все понял. Извините за ошибку. Доброй ночи. Мэтью.
P.S. Вы работаете в „Императоре“! Вполне возможно, мы с Вами встречались. Мы с женой праздновали у Вас первую годовщину нашей встречи».
Спустя сорок пять секунд.
«Неужели? А когда это было?»
Спустя одну минуту.
«Это было четыре года назад. 29 октября».
Спустя тридцать секунд.
«Значит, за несколько недель до моего прихода. Надеюсь, Вы сохранили приятные воспоминания о нашем ресторане».
Спустя одну минуту.
«Да, очень хорошие. Я даже вспоминаю о некоторых блюдах, например, жареные лягушачьи лапки, рис с телятиной и трюфелями, миндальное печенье, молочный рис».
Спустя тридцать секунд.
«А вина? А сыры?»
Спустя одну минуту.
«Боюсь, что огорчу Вас, Эмма, но я не пью вина и никогда не ем сыра…»
Через минуту.
«Очень жаль. Вы даже не представляете себе, сколько теряете. Если когда-нибудь снова придете к нам, я помогу Вам открыть несколько великолепных бутылок! Вы живете в Нью-Йорке, Мэтью?»
Спустя тридцать секунд.
«Нет, в Бостоне. В Бэкон-Хилл».
Еще через двадцать секунд.
«Совсем рядом с портом! Пригласите Вашу супругу отпраздновать этой осенью Вашу пятую годовщину у нас!»
Прошло три минуты, и последовал ответ.
«Невозможно. Моя жена умерла».
Еще через минуту.
«Примите мои извинения. Мне очень, очень неловко».
Спустя еще одну минуту.
«Не стоит, Эмма. Откуда Вам было знать? Всего самого доброго».
Мэтью резко отодвинул компьютер и встал со стула. Подумать только, до каких откровенностей можно дойти, вступая в разговор с незнакомцами из Интернета! Что за дурацкая была идея ввязываться в этот немыслимый диалог! Он без сожаления стер фотографии и открыл еще одну бутылку «Короны».
Может, разговор и оставил послевкусие неловкости, зато вкус к еде явно пробудился. Мэтью переместился на территорию кухни и открыл холодильник. Шаром покати.
«Но он же не наполняется сам собой…» — подсказал ему вредненький голосок.
Мэтью заглянул на всякий случай в морозилку и все-таки отыскал там пиццу. Достал и сунул в микроволновку. Поставил таймер и вернулся к компьютеру. Компьютер сообщал, что пришло еще одно послание от Эммы Ловенстайн…
«Подумать только! Ну и бестолковщина! Но откуда мне было знать, что его жена умерла?» — упрекала себя Эмма.
Однако разговор пробудил ее любопытство. Она взяла и набрала в Гугле: «Мэтью Шапиро, Бостон». Сразу пошли отсылки на официальный сайт Гарвардского университета. Заинтригованная, она нажала на первую и познакомилась с краткой биографией одного из преподавателей, ведущих курс философии. Похоже, ее таинственный корреспондент читал лекции на очень престижном факультете. Резюме преподавателя было снабжено фотографией. Если верить ей, то Мэтью Шапиро был красивым брюнетом, лет тридцати с небольшим, с обаянием в духе Джона Кассаветиса. [11] Эмма с секунду поколебалась, и ее пальцы вновь застучали по клавишам.
11
Джон Николас Кассаветис (1929–1989) — американский режиссер, актер и сценарист. Один из важнейших представителей американского независимого кино. Отличался эффектной, подчеркнуто мужественной внешностью.
От кого: Эмма Ловенстайн
Кому: Мэтью Шапиро
«Вы ужинали, Мэтью?»
Мэтью нахмурился. Он терпеть не мог вторжений в свою личную жизнь. Но тем не менее ответил.
От кого: Мэтью Шапиро
Кому: Эмма Ловенстайн
«Если Вам все интересно, то пицца готовится в микроволновке».
Через тридцать секунд.
«Поняла. Оставьте свою замороженную пиццу, Мэтью. И вот что я Вам предлагаю.
Вы, конечно, знаете большой бакалейный магазин „Зеллиг Фуд“ на Чарлз-стрит. У них потрясающие сыры и копчености.
Если Вы хотите провести вечер гурмана, навестите их. Подберите себе что-нибудь из удивительно вкусных козьих сыров. Например, фирменный с инжиром или с васаби. Поверьте, я не знаю более удивительных сочетаний, но с белым луарским совиньоном, „Сансером“, например, или „Пуйи“ получится просто отлично.
Советую Вам попробовать их запеченный паштет из гусиной печенки с фисташками, который так великолепно сочетается с бархатистой терпкостью бургундского „Кот-де-Нюи“. А если Вам попадется бутылка „Жевре-Шамбертен“ 2006 года, покупайте сразу!
Вот мой совет. Вы увидите, что это куда вкуснее промороженной пиццы.
P.S. Я проверила по Интернету, от Бэкон-Хилл до „Зеллиг Фуда“ вы можете дойти пешком, но поспешите, он закрывается в 22 часа…»
Мэтью покачивал головой, сидя перед экраном. Давно уже никто не заботился о том, чтобы ему было хорошо… Но тут же почувствовал глубочайшее возмущение. Разозлился. Да какое право имеет эта Эмма Ловенстайн диктовать, как ему проводить свое вечернее время?
Он закрыл электронную почту и вышел в поисковую сеть. Ему стало любопытно, и он набрал: «Эмма Ловенстайн, сомелье», а потом нажал на «найти». Открыл первую ссылку — статью в журнале «Вайн Спектэйтор». Статья была прошлогодней и называлась «Десять молодых талантов с будущим». Серия портретов нового поколения сомелье. Удивительно, что «молодые таланты» были по большей части женского пола. Предпоследним был портрет Эммы и даже снабжен фотографией, снятой в погребке стиля хай-тек ресторана «Император». Мэтью увеличил снимок. Сомнений не было, молодая сомелье была той же самой женщиной, которая улыбалась на курортных фотографиях, найденных им в компьютере. Милая брюнетка со смеющимися глазами и лукавой улыбкой.
«СТРАННО…» ПОЧЕМУ ОНА СКАЗАЛА, ЧТО НЕ ПРОДАВАЛА КОМПЬЮТЕР? ПОСТЕСНЯЛАСЬ? ЗАСТЫДИЛАСЬ? НО В ТАКОМ СЛУЧАЕ ПОЧЕМУ ПРОДОЛЖИЛА РАЗГОВОР?
Пиканье микроволновки сообщило, что пицца готова.
Но Мэтью, вместо того чтобы встать, взялся за телефонную трубку и позвонил соседям. Он спросил, может ли их Элизабет побыть полчасика с Эмили. Ему нужно кое-что купить в «Зеллиг Фуде» и бежать туда нужно срочно, потому что магазин закрывается в десять…
Бостон