Здесь
Шрифт:
Но он меня успокаивал, и я попускалась,
И вместе с ним я быть продолжала.
Я работать привыкла, а он не работник,
Ни токарь, ни дворник, и даже не плотник,
Он не водитель и не предводитель,
Не начальник совсем и не заместитель,
Он не грузчик совсем и не военный,
Не лётчик, конечно, и не пельменник,
Не юрист, не бухгалтер и не сантехник,
Не охранник, не слесарь и не электрик,
Он не животновод и не огранном,
Он не милиционер и не прокурор.
Он – философ, писатель, поэт литератор,
Он пишет лишь бред, но он не издатель.
Его книги совсем не издают,
Не читает ни кто и не продают.
Он мне денег не даёт совсем никогда,
И я на работу из-за этого пошла.
Я была – животновод, а теперь – овощевод,
Но эта работа задолбала меня в пот………
0.3.3.4. «Иван Иванович».
Ваня в Дрогобыче родился на свет,
Не помнит своих он первых пять лет.
Затем уже в школу – пошёл в первый класс,
Но он не получил от этого экстаз.
Затем на Урал переехал и он,
И жил в Колтубанке, в печи был огонь.
Он в школе учился, но знания не шли,
Мозгами не пользовался он, ты пойми.
Берёг их на будущее, и в суть не вникал,
Ну, а за партой штаны протирал.
Ходил он за ягодами и за грибами,
Затем ел их сам и приносил маме.
Учитель спросил, как мальчика зовут,
– Иван Иванович, ответил он тут.
И так его стали звать все подряд
С самого детства, и старый, и млад.
За деньги дрова он соседям рубал –
И на конфеты себе собирал.
Полол огород и загорал,
Всё остальное он не замечал.
Потом его в армию забрали уже,
Спросили кто каждый, кем был он вполне.
Иван набрехал, что он поваром был,
Он просто готовить сильно любил.
Попал на корабль и коком он стал,
Солдат он кормил и офицерский состав.
Затем, как вернулся, – работать пошёл,
Работал везде, но ни чего не нашёл.
Работал продавцом, строителем он,
На теле-заводе и на барже, кругом,
Но так ни чему он и не научился,
А только играть он увлёкся – пустился.
Он стал лотереи разные покупать,
И цифры пытался он угадать.
Он в Киеве жил, он отдыхал,
И мозг он совсем свой не напрягал.
Халяву хотел он в деньгах получить,
И на халяву жизнь свою жить.
Но цифры всегда не те попадали,
Что чёркал Иван, те не выпадали.
А как-то один раз он не зачеркнул,
И они выпали, вот блин – забил.
Затем каждый день не пропуская
Он чёркал те цифры, не замечая,
Что деньги свои он тратил на них,
Ну, а не выигрывал он, всё же, их.
И деньги его всегда утекали
На лотереи, он не выигрывал их.
Везде он ходил, и ездил везде,
На свадьбах гулял, был доволен вполне,
Вот только выигрыша ему не хватало,
Он стал игроком на все сто, для начала.
А женщинами он не интересовался,
Свободу любил, и красовался,
Играл он во всё, что ему предлагали,
И так его деньги все уплывали.
Но вот как-то раз он газету читал,
И там Гесиод совет ему дал:
«Жениться до 30-ти ты не спеши,
А за 30-ть не медли и не тормози».
Ивану как раз – тридцатник уж был,
И он Гесиода послушался, блин.
И вот сын родился у Ивана,
Философом он стал не спроста,
Чтоб дань философии за появленье отдать,
И много чего своего написать.
Романом назвал Иванович сына,
А сам продолжал он играть, что есть силы.
Они переехали из Киева в село,
И там стал он жить и «пахать» на все сто,
Работал по сменам он по ночам,
В карьере сельском, но играть продолжал.
Когда лотерей побольше уж стало,
То денег у Ивана уже не хватало
На все лотереи, чтоб разные покупать,
Но он всё равно продолжал-то играть.
Ну, в общем, – игрок он был по призванью,
Другого у него не было желанья.
А сын когда вырос – философом стал,
И много чего он написал.
Но книгу издать всё не получалось,
Чтоб её покупали, чтоб она продавалась.
Отцу-игроку совет он уж дал,
Чтоб выиграл тот, раз так он мечтал:
«Мечтай о мечте своей постоянно,
И представляй результат ты желанья –
Как выиграл ты, и как деньги ты тратишь, –
Тогда, в своё время, мечту ты захватишь».
В совет он поверил, но не применял,
Так как всегда про него забывал,
Мозги он свои так и не распаковал,
На будущее он их оставлял.
Он стал старый дед и зубы все сгнили,
На пенсии он, но игру не забыл он.
На вид он был старым, внутри – молодым,
Мозг, как у ребёнка, он не заменим.