Чтение онлайн

– У нас больше ничего нет, – пояснила ему Лил и напомнила: – И в прошлый раз, когда мы пили, у нас получился клей.

– Кстати, сначала надо сделать задание для ведьмы, – припомнила я. – Все по учебнику и даже без плюшек. Еще одного эксперимента мое сердце не выдержит.

– Мне кажется, им, наоборот, все понравилось. Они нам вообще-то сказали, чтобы мы еще такое делали. – Ильим хитро улыбнулся.

– Так, я пойду к своим и добуду чего-нибудь, – постановил Карл и, подхватив Ильима, развернулся. – А вы пока делайте задание.

– Эй, нам ведьмак нужнее!

– Ничего не знаю. Мужчины от природы добытчики. Так что мы на охоту. Ждите.

У дверей нашей комнаты с туго набитой сумкой нерешительно стояла Энни. Прождав нас почти полчаса, она, к удивлению, не растеряла энтузиазма и, зайдя в комнату, начала быстро доставать ингредиенты. Все свои действия она сопровождала короткими объяснениями, что и для чего. Потом, как будто спохватившись и позабыв, что она ведьма в шестом поколении и знает о ведовстве если не все, то многое, неуверенно сказала, что забыла в комнате горелку.

– У нас есть, – кивнула я и уточнила: – Миска или котелок?

– Миска, зелье нереакционное, и его будет совсем чуть-чуть.

Зелье от нервов получилось ядреного красного цвета. По словам Энни, чем сильнее цвет, тем лучше эффект. Волнение давно прошло, но, чтобы не расстраивать нашу помощницу, я осторожно слизнула несколько капель с ложки. После чего мы принялись за задание от нашей ведьмы. Без Ильима дело шло туго. Пришлось искать мои старые записи и перечитывать. Но мы справились и победно закупорили четыре готовых бутылочки с зельем сращивания с охлаждающим эффектом.

Ребята припозднились, поэтому пирожные мы начали без них. Зелье от нервов было на высоте – теле и голове поселилась легкость, чем очень заинтересовалась Лил. У нее сегодня было свидание с каким-то очень важным кавалером. Второкурсник был красив, высок и имел привычку целовать ручки. Так что Лил тоже пару раз лизнула ложку и в рекордные сроки собралась на позднее свидание. Когда за ней пришел тот, который высок и красив, в комнату шумно закатились парни и какая-то светлокосая магичка. Не особенно удивляясь Майлзу с Уиллом, я настороженно посмотрела на высокую и стройную девушку.

– Рияна, – улыбнулась она и вытащила из сумки бутылку темного стекла.

– Рей. – Я радостно помахала ей из своего угла комнаты и быстро начала убирать все со стола. – Ильим, мы на тебя тоже сделали зелье, ты лучше сразу забери, потом может потеряться.

Немного веселый ведьмак протиснулся ко мне и, забрав пузырек, поцеловал руку. Щеки предательски заалели, но я ему все-таки по-дружески подмигнула. Кое-как разместившись на полу, мы разлили вино по кружкам и начали праздновать. Лил и красивый кавалер быстро ушли, чем заслужили мрачные взгляды от Карла и Майлза. Ильим сидел рядом и как будто вообще ничего не замечал, только очень быстро пил. После третьей кружки от нас ушли Карл с Рияной, а бутылок почему-то прибавилось. Уилл, уже порядком набравшийся, полулежал на нашем пушистом ковре, и казалось, вот-вот заснет, а его кружка упадет. Увидев мой пристальный взгляд, он показал язык и одним движением допил вино. Я тоже показала язык, и вокруг поперхнулись.

– Почему у тебя красный язык? – Майлз смотрел очень внимательно. – Я тоже так хочу. Поцелуешь?

– Прости? – Не знаю, от чего я больше опешила – от языка или предложения.

– Так красится древесная пыль орхин, – выдал заплетающимся языком Ильим. – Добавляют в сильное успокоительное. Считается, у него есть легкий наркотический эффект.

После такого заявления ложку лизнули все и начали показывать друг другу языки.

Вино не заканчивалось, настроение стремительно летело вверх, а Энни, оказывается, умела играть на гитаре. Неизвестно откуда взявшаяся и замершая в ее руках, та звучала очень громко и красиво.

Мы пели, пили, и, когда Уилл почти уснул, Майлз, чтобы взбодриться, предложил игру на поцелуи. В щеку. Приличные девушки должны были отказаться, но любопытство и вино – страшная смесь, особенно для молодых ведьм.

В руках Майлза бутылочка всегда крутилась так, что попадала на меня или Энни, а вот веселый Ильим часто промазывал и со смехом жал парням руки.

Все вокруг как будто кружилось от смеха и вина. В этой кутерьме тихо засопел Уилл, а Майлз и Энни неожиданно страстно вцепились друг в друга. Они не отрывались и целовались как сумасшедшие. Стало очень неловко, и я отвела взгляд. И тут же встретилась с темной зеленью ведьмовских глаз. Ильим наклонился и поцеловал меня. От него пахло вином, а губы были очень горячими. Странно и приятно, хотя немного мокро тоже было. Мы одновременно придвинулись друг к другу и почему-то остановились. В голове от тумана было мутно и, посидев немного соприкасаясь носами, я положила голову ему на плечо. Теперь стало и правда хорошо.

Пропуская четвертый по счету удар, я надеялась немного полежать на холодном полу и прийти в себя. Но надо мной в который раз навис граф и предложил руку.

– Вы сегодня не выспались, – сообщил он так, как будто открыл великую тайну.

Хотя стоит восхититься тактичностью графа, который предпочел не заметить моего вконец заспанного лица и моей наспех заплетенной косы с торчащими прядями. Восхититься или принести ему зелье для остроты зрения.

– Неважно себя чувствую, – промямлила я, старательно шире открывая глаза.

– Адептка Вуд, насколько помню, в прошлый раз вы пытались создать тройной щит? – вдруг спросил Астер, и я неуверенно кивнула. – Замечательно. Фицуильям, можете пробовать огненный дождь, о котором мне говорили. Вуд, не забудьте, что щит нужно питать силой от центра к краям, держа равномерный поток. Справитесь?

Не задумываясь, опять кивнула, как делала всегда, когда что-то спрашивали преподаватели. А когда поняла, о чем речь, граф уже был на исходной позиции. Не потому ли Астер решил усложнить тренировку, что подозревал, из-за чего в женском общежитии посреди ночи был поднят переполох и с криками выставлены трое адептов?

К слову, выставили их не от нас с Лил, а уже из холла, где застали их две сонные девушки из ближайшей к выходу комнаты. Поймали боевиков (тех, которые должны уметь при случае быть тихими) на совершенно бездарной вещи. Проснувшемуся Уиллу отчаянно захотелось петь о любви. Заслышав приятный баритон, девицы в любовном экстазе выглянули, но, разобрав слова, чуть не пустили Уилла на ингредиенты. Парень, как истинный сын капитана корабля с вольнонаемными матросами, знал только песни портовых кабаков. А слышал он их исключительно из уст прожженных сынов морей, у которых в каждом порту по жене, а в любом крупном городе по три любовницы. И знали они о любви, на мой взгляд, слишком много, что, естественно, отражалось на содержании куплетов. Конечно, там встречались общеизвестные и вполне уважаемые даже скромными девицами предлоги «на» и «в». Но когда они обросли другими тоже приличными словами «вертел», «хотел», «имел», пристойность предлогов вызывала сомнения. И заканчивались песни обязательно бранью. Да, жгучая любовь у моряков.