Чтение онлайн

Не прошло и получаса как я учуял в воздухе легкий запах жженого табака. Устремившись навстречу ветру я вскоре достиг расползшейся дороги с глубокими следами автомобильных шин. Рядом с дорогой стоял вахтовый ЗИЛ, а возле зила — двое мужчин в ярких комбинезонах. Оба курили и о чём-то разговаривали. Один из них заметил меня, выронил сигарету и хлопнул по плечу второго, привлекая внимание.

— Ну, здорово, — сказал первый, обращаясь ко мне.

Я так много времени провел в лесу, что почти позабыл человеческий язык. Я решил жестами объяснить ему всё.

— Чего он хочет? — спросил второй.

Первый внимательно следил за взмахами моих рук. Не скажу, что владею языком глухонемых, но я старался передавать мысли максимально понятно и экспрессивно.

— Говорит, что заблудился. Хочет есть, спать и ему нужна наша машина… А нет — хочет, чтобы мы подвезли его. Куда тебе нужно?… Он не знает, куда.

— Ну залезай, устраивайся, — сказал второй, — Сейчас докурим и поедем.

Двое мужчин по всей видимости были батраками и направлялись в ближайшую деревню. Почему я решил именно это — даже не спрашивайте. Даже сейчас, оглядываясь назад, я не до конца понимаю ход своих мыслей тогда.

Я согласился поехать с ними.

Поселок оказался совсем не таким большим, как я ожидал — здесь жило человек сто, не более. Большая часть жителей были батраками. Каждые восемь часов треть из них грузилась в ЗИЛы и уезжала качать черную кровь земли.

Я очень быстро доказал им свою силу и ловкость, заслужив титул вождя. Крестьяне поселили меня в самом большом из зданий деревни. В нём было тепло и там же располагалось хранилище еды. Вдобавок к дому и запасам мне полагался собственный гарем.

Каждый день я закатывал пиры для всей деревни. Женщины готовили, а я стоял на почетном месте и наполнял чаши приходящих гостей похлебкой, мясом и прочими яствами. Те, естественно, благодарили меня.

Хотя по ночам женщины уходили и я оставался в доме совсем один. Вероятно, меня считали божеством, прикасаться к которому смертные не имеют права под страхом казни.

Впрочем, по ночам мне было не до плотских утех. Когда солнце садилось и деревня погружалась во тьму в лесу просыпались хищники, способные навредить жителям. К счастью, я всегда стоял на страже их покоя. Убитых зверей я каждое утро отдавал своим женам. Те прятали туши животных в зеленый саркофаг позади моего дворца, чтобы те не испортились. Туда же они постоянно норовили засунуть и мой медвежий доспех — но я каждый раз возвращал своё сокровище и вновь в него облачался.

Один раз крестьяне даже предложили мне поехать с ними и поработать. Я конечно согласился. Они показали мне, где они выкачивают кровь из земли и каким трудом достаётся им хлеб. В тот день я вдоволь накрутился вентилей и настолько в этом преуспел, что тамошний феодал отпустил меня домой раньше всех остальных. И разрешил больше никогда у него не работать.

Словом жилось мне в деревне неплохо и очень скоро я почти позабыл о том, что за беда привела меня к ним. Впрочем, жизнь поспешила мне напомнить обо всём.

В тот день меня разбудили рано — задолго до полудня. Всю прошлую ночь я охотился, а потому не сразу сообразил, что дело назревает важное.

Зевая и протирая глаза спросонья я вышел во двор. Суета охватила всё село. Батраки бегали туда сюда, начищали свои разноцветные каски и оправляли рукава выстиранных и выглаженных комбинезонов. Я остановил одного из них, моего знакомого, того, который привез меня в деревню, и жестами спросил у него что происходит.

— Ой, Потапыч, только ты сейчас под ногами не мешайся. А то забуду что-нибудь с тобой.

К нам приблизился деревенский шаман и гневно уставился на меня. Усатый старикан в белоснежной каске невзлюбил меня с первого дня, он злился, что из-за меня утратил власть над деревней.

— Этого придурочного надо спрятать куда-нибудь. Не дай, взять, бог его начальство увидит.

Мой друг жестами объяснил, что от меня требовалось. Шаман, очевидно, ждал какого-то подвоха от гостей. Мне нужно было сидеть в засаде и следить за тем, чтобы переговоры — а судя по всему именно о них шла речь — не оказались под угрозой. Я понимающе кивнул и сказал другу, что буду охранять их покой и не позволю ни одному убийце покуситься на жизни шамана или гостей. Друг по обыкновению закатил глаза, после чего отвел меня в сарай, где я и должен был ждать начала встречи.

Устроившись в углу между лопатами для уборки снега и чугунными ломами я вскоре задремал.

Мне снился мой первый день в школе. Мама одела меня в накрахмаленную белую рубашку и идеально выглаженные брючки. Мои ботинки сверкали и я бежал к школе, неся в руках огромный букет. Не видя ничего перед собой я натолкнулся на высокого незнакомца. К моему удивлению это оказалась Лиза. Девушка забрала у меня букет и заорала в ухо: "Олег, где ты? Почему ты не берёшь телефон?". Она грозно смотрела на меня, вращая букет в руке. Тот крутился всё быстрее и быстрее, со свистом рассекая воздух. Свист превратился в стрекотание вертолета.

Я тотчас же проснулся. Вскочив на ноги я как снаряд вылетел из будки.

— Поверить не могу, — переговаривались батраки, — А в новостях говорили, что он в столице. Может и телевидение к нам приедет?

Вертолет садился на площадку в центре деревни. Я узнал его — тот аппарат, что гонял меня по лесу. Дверь отъехала в сторону и на бетонированную платформу спрыгнул тот самый человек, что стрелял в меня. Он вышел из-под лопастей и встал в полный рост, довольно оглядывая толпу рабочих. Шаман и местный феодал уже шли к нему, протягивая руку, когда наши с человеком в пиджаке взгляды встретились. Его лицо исказила гримаса гнева и ужаса — потому что он тоже узнал меня и потому что я уже бежал к нему, размахивая над головой ломом, прихваченным из дворницкой.

Человек вскочил обратно в вертолет и замахал руками, приказывая пилоту взлетать. В его руках вновь появилось ружьё. Рабочие завопили и бросились в разные стороны. Вертолет резко взмыл вверх и вперед, но я не собирался давать ему второго шанса. Я вспомнил, как разогнал камни, швыряя их в железное чудовище. Но теперь у меня было оружие посерьезнее.

Я подбросил лом вверх и позволил ему упасть в портал на земле. В ту же секунду он появился из портала сверху и вновь устремился ко второму окну. Так он падал снова и снова, непрерывно ускоряясь в свободном падении. Когда я решил, что скорости хватит, я развернул один из порталов и направил его в сторону заходящей на меня винтокрылой машины. Лом вылетел, точно гарпун из пушки. Одним ударом он пробил двигатель вертолета насквозь и исчез где-то за горизонтом. В клубах черного дыма вертолет завертелся, резко пошел в сторону и упал на землю, быстро укрывшись языками пламени.