Зерно

«Крот» в астродобывающей корпорации «Разлом» снискал славу корабля для безнадежных одиночек кому по нраву тишина космической бездны, а не компания болтливых вечно шумящих людей. Впрочем, для охоты на припрятанные в астероидах сокровища он вполне мог вместить впечатляющую ватагу флибустьеров, но за счет почти что полной автоматизации обычно хватало и единственного космогеолога. Последние лет пятнадцать «Кротом» командовал Буев – уже немолодой лысоватый, но все еще энергичный и не растерявший за долгое время космических странствий тяги к исследованиям.

Кому принадлежат богатства с астероидов сверхдержавы сколько не спорили, но к согласию так и не пришли, а особенно в последние десятилетия, когда земные недра понемногу стали иссякать. Все чего добились политики ради сохранения хрупкого экономического баланса на планете – «Международный пакт о разумном потреблении космических ресурсов». В основном ресурсы шли на постройку и развитие новых исследовательских колоний на Луне, Марсе и в поясе астероидов и только малая их часть отправлялась на Землю. Буева нюансы мировой экономики волновали редко, главная его забота – наслаждение космическим покоем и дарами древней вселенной даже если на поверку те оказывались «пустыми», не хранящими в себе ни крупицы ценности, булыжниками.

* * *

Космические экспедиции для него уже давно стали делом заурядным точно съездить загород на выходные. Корпорация отстроила свою геолого-разведывательную базу на Марсе, оттуда он и оправлялся к перспективным астероидам что обнаружили мощные радары. После тщательного анализа «на месте» те помечались маяками, удостоверяющими что теперь они принадлежат корпорации на правах первооткрывателя; следом к ним снаряжали тягачи и смещали на удобные орбиты, с которых их постепенно подхватывали для переброски на перерабатывающие фабрики, развернутые на Церере.

В этот раз к скудному экипажу «Крота» присоединился молодой инженер-гравитолог Конюхов из «Заслона» для настройки и тестового запуска нового модуля – «пушки-гравизахвата». Подобные технологии пока зарекомендовали себя только в космосе – в условиях сильной планетарной гравитации они попросту не работали. Ученые пока ломали над этим голову и обещали вот-вот разобраться, ну а пока приборы, генерирующие «нулевое поле» или «нуль-пузырь», как называли его в народе, научили мгновенно останавливать и удерживать довольно массивные объекты навроде астероидов и те понемногу начинали вытеснять привычные тягачи; а если испытания на «Кроте» пройдут успешно, то и он сможет доставлять небольшие астероиды или метеороиды прямо на фабрику.

* * *

– Выход на орбиту объекта «2097-FV1» завершен. До сближения осталось три земных часа! – напомнил по громкой связи голос жены президента корпорации (говорящая автоматика на всех корпоративных кораблях снабжалась исключительно ее голосом, благо был он весьма приятным).

Через минуту нетерпеливый Буев в неизменном вязаном свитерке с высоким воротником уже сидел в рубке в кресле капитана. На главном экране, занимающим целую стену, транслировалось происходящее снаружи. «Крот» мчался сквозь расшитую белым бисером звезд черноту навстречу пока безымянному астероиду М-класса. Первичный спектральный анализ с базы показал в нем солидные залежи железа – как раз то, что нужно для заказа одной девелоперской конторы, выполняющей строительный подряд на Луне.

Множество мониторов, разбросанных по рубке, пестрили информацией о состоянии полета. Буев вооружился очками, внимательно осмотрелся, и убедившись, что все проходит штатно, нажал на сенсорной панели кнопку переключения управления полетом в полуавтоматический режим.

Через два часа явился Конюхов. За неделю полета он прослыл заядлым молчуном, предпочитающим слушать байки капитана чем говорить самому. Замечалась в нем и некая нелюдимость: он редко покидал каюту, время от времени появлялся в рубке – что-то настраивал и сразу возвращался к себе.

– У тебя все готово? – поинтересовался Буев.

– Да; проверю кое-что и можно запускать, – отозвался Конюхов, слез с рельсовой платформы что здорово облегчала передвижение по кораблю в условиях невесомости, и тут же пристроился в кресло рядом с капитаном.

– Все спросить хотел, – продолжил Буев, – ты с самого Марса смурной и сейчас будто опять нервничаешь? – хитро подметил он, разглядывая как на совсем еще юном лице инженера блуждает волнение.

– Вовсе нет…

– Я же вижу, говори как есть, не стесняйся.

Конюхов помялся с минуту и ответил:

– Побаиваюсь, если честно.

– Чего же?

– Никак к долгим перелетам не привыкну. Обычно у меня все командировки на нашу лунную базу – туда хоть быстро, а тут на Марс; да и прилететь не успел как снова в путь: коллегу приболевшего подменяю.

– А по мне тут куда безопасней чем на любой поверхности, хоть на Луне хоть на Марсе. Так что расслабься – не забивай голову.

* * *

Тем временем голос жены президента известил о скором сближении с астероидом. Буев нажал кнопку на панели – голос тут же приказал всему экипажу занять места, пристегнуться и приготовиться к маневру.

Буев сразу умолк и сосредоточенно уставился в главный монитор. Конюхов суетно застегнул ремни безопасности.

Скоро мощные прожекторы «Крота» поймали астероид – громадный, усеянный ударными кратерами, бесформенный кусок железной породы. «Крот» к тому времени уже скорректировал ускорение так чтобы они летели совсем близко, но вплотную не сближались.

Буев нажал кнопку, через мгновение «Крот» выпустил несколько зондов; те покружили над астероидом, освещая поверхность сеткой зеленого лазера – вскоре его трехмерная копия отобразилась на соседнем мониторе.

Зонды еще покружили недолго, затем присосались к поверхности как пиявки к беззащитной ноге.

Конец ознакомительного фрагмента.