Зерои
Шрифт:
Келси подумала, что нет смысла оттягивать неизбежное, и выудила из кармана последнюю двадцатку. Бросила деньги на стол и пришлепнула их ладонью. Майки подался вперед и подвинул купюры обратно к ней.
– Я плачу, – заявил он.
Келси усмехнулась. Она давно знала, что с Майки спорить бессмысленно.
– Спасибо!
– Забавно!
Лин ткнула вилкой с насаженным на ней блинчиком в сторону окна, которое было за спиной у Келси.
Келси обернулась. И увидела только пустынную улицу. Утренний свет только-только окрасил мостовую нежно-розовым цветом. На углу напротив громоздилось здание «Кембрийского центрального банка», рядом с ним находился парк, тонущий в тени раскидистых крон. Ни единой машины, ни единого прохожего. На секунду возникло ощущение, что город заброшен.
А потом мимо медленно проехал голубая машина.
– Вот, опять! – воскликнула Лин.
– Что «опять»? – поинтересовался Майки.
– Клянусь, эта тачка здесь уже третий раз показывается!
Автомобиль развернулся напротив банка и укатил прочь по Сентрал-стрит.
– Сумасшедшие какие-нибудь или идиоты-наркоманы, – сказал Майки. – Катаются кругами, пока бензин не кончится.
– Или пока в дерево не врежутся! – заметил Ремми.
Майки заржал, но Келси проводила взглядом удаляющуюся машину.
– А разве торчкам не скучно кругами ездить?
– Да ладно тебе! – Майки напустил на себя вид умудренного жизнью старшего брата.
Келси улыбнулась в ответ, изображая саму невинность. Майки был не в курсе ее семейной истории. К сожалению, пара папиных подружек кое-чем увлекались, когда Келси была еще маленькая. Однажды утром Келси потеряла молочной зуб в кухонной раковине. Он просто взял и выпал, как спелый плод с дерева, гулко прозвенев напоследок. «Бзям!» – и все. Келси спросила, придет ли к ней зубная фея, и что она ей подарит.
Папина подружка лишь пожала плечами и смыла зуб в канализацию.
– Может, они заблудились, – предположила Лин. Она вытаскивала салфетки из металлической салфетницы и вытирала с пальцев липкий сироп.
Они снова уставились в окно, безмолвно выжидая, не появится ли странная машина снова.
Теперь улица пустовала.
– А в «Джонс» сегодня идет кто-нибудь?
– Конечно! – очнулась Келси и развернулась к столу. Она понятия не имела, кто там сегодня играет, но знала, что пробудет на Айви-стрит до самого закрытия клубов.
Иногда ей хотелось, чтобы лето длилось вечно. Тогда бы она никогда не ложилась спать до рассвета. Сейчас наступил конец июня, и оставалась одна неделя до грандиозного празднования Четвертого Июля, Дня независимости – а это означало, что лето уже на треть прошло. Но, по крайней мере, у Келси было еще два месяца. И мысль о танцах заполнила пустоту, которая опять заползла в ее душу.
– Ага, опять, – вполголоса пробормотала Лин.
Келси посмотрела в окно. Теплые солнечные лучи согревали щеки и били в глаза. Тем не менее она разглядела голубую машину, которая неспешно скользила по улице, на сей раз по направлению к шоссе.
– Слушайте, а давайте полицию вызовем? – предложила Лин.
Майки расхохотался.
– А что мы им скажем? Что мы всю ночь тусовались в клубе, абсолютно трезвы, ни в одном глазу, и хотим сообщить о подозрительных типах?
Никто не ответил. Автомобиль проехал мимо кафе. Стекла в машине были подняты, но Келси различила, что в салоне сидят три человека. Она сощурилась, пытаясь разглядеть лица. Неожиданно мужчина на заднем сиденье посмотрел в сторону кафе. Келси вздрогнула и отшатнулась.
– Господи! – прошептала она.
Папа?!
7
Жулик
Он, наверное, отключился на некоторое время, потому что еще минуту назад банк был заперт – а теперь в здании светились окна, а на крыльце столпился народ.
Итан встал и вскинул на плечо спортивную сумку. Он оставил деньги по счету и добавил двадцатку сверху – из той пачки, которую запихал в карман.
Наркотиков в сумке не оказалось, как и говорил Крейг. Только купюры, свернутые и перетянутые голубенькими резиночками: пачки потертых десяток и двадцаток, пахнущих пивом и потом.
Сколько их было – Итан не считал, но явно больше, чем он видел в своей жизни. Он испытал странный восторг оттого, что не надо ждать сдачи. Двадцатка внезапно показалась пустяком, мелочовкой.
Кроме того, он ей все-таки обязан – официантке из «Лунного сияния». Мало того, что он ей нахамил – она еще и помогла ему решить, что делать дальше. Когда Итан в первый раз заказывал кофе, голос спросил у нее, что бы она сделала, если бы ей вдруг дали кучу денег. Да уж, голос был весьма прямолинеен. «Скажите, а что бы вы сделали, если бы у вас была огромная куча денег?»
Официантка ответила: «Возможно, в банк бы положила».
Не самый оригинальный выход, но другого в данный момент у Итана не имелось.
Положить деньги в банк. Спрятать с глаз долой. Избавиться от зеленой сумки.
Ноги у Итана сделались ватные от долгого сидения. И от нервов.
Он покинул кафе, перешел улицу, вгляделся в тени парка рядом с банком. Нет, ни черного джипа, ни Крейга. Небось они с Тейлором ломают головы где-нибудь в глуши, пытаются выяснить, каким образом неизвестный парень сумел столько разузнать про их делишки…
Хорошо, что они нипочем не догадаются!
В банке уже образовалась небольшая очередь к окошечкам. Итан заколебался. Нет, конечно, класть деньги на счет он не станет, он не идиот. А вдруг маме попадет в руки какое-нибудь из его извещений?
Идея! Он арендует банковскую ячейку. И у него будет предостаточно времени, чтобы решить, как поступить дальше.
Он встал в очередь. Может, квартиру снять, подальше от бдительных материнских глаз? Или отправиться путешествовать? Уехать из Кембрии на пару месяцев… Итан перекинул сумку на другое плечо. А ведь у него может получиться прекрасное лето!