Чтение онлайн

– Что на тебя сегодня нашло? – спросил Рик, отдышавшись и обретя наконец способность говорить.

– Хотелось почувствовать себя живой... и желанной. – Опустившись рядом с Риком на колени, Энни провела пальцами по его груди сверху вниз, и Рик снова почувствовал желание. – Ты хочешь меня, Рик?

«Да, и всегда буду хотеть».

Нетерпеливо сбросив с себя одежду, Рик снова уложил Энни на землю, а когда она обхватила его руками и ногами, принялся целовать и ласкать ее груди, будоража языком соски до тех пор, пока они не затвердели и не сделались упругими.

Когда Энни задвигала бедрами и подалась ему навстречу, давая тем самым понять, что готова принять его в себя, Рик не смог сдержаться и глухо застонал.

А потом он уже не чувствовал ничего, кроме огня в груди, разгоравшегося все сильнее, и наслаждения, с каждой секундой становившегося все острее. Он слышал лишь прерывистое дыхание Энни. Оно все убыстрялось и убыстрялось, пока Энни, вскрикнув, не содрогнулась в экстазе. И несколькими секундами позже Рик последовал ее примеру.

Что-то укололо Рика в руку – оказалось, воткнулась острая ветка, – и он пришел в себя. С трудом приподнял голову, оторвавшись от теплой шеи Энни.

– Вот черт! – пробормотал он, уткнувшись лбом в ее растрепанные волосы.

– Что случилось? – спросила Энни, прижавшись носом к его шее, как делала всегда после завершения.

– Я не надел презерватив.

Похоже, он совсем умом повредился, потому что ему было на это наплевать. Ну и что, если Энни забеременеет? Секс для того и существует, чтобы жизнь продолжалась. И в данный момент Рику даже захотелось, чтобы у них с Энни родился ребенок.

Хорошо бы это был мальчик. Ему всегда хотелось сына.

Усталость взяла свое, и Рик закрыл глаза и расслабился.

Скорее всего Энни захочет назвать мальчишку Льюисом...

– Уверена, ничего страшного не случится. Мы ведь только дважды это делали.

Рик мигом открыл глаза. Расслабленности как не бывало.

– Бывает, что достаточно и одного раза. Пообещай мне... – Рик почувствовал, как Энни замерла в его объятиях. – Пообещай мне, Энни, что если забеременеешь, то скажешь мне. Не скрывай ничего и не лги... и вообще ничего без меня не предпринимай.

– Я не забеременею, Рик. Я уверена...

– Только пообещай. Это все, о чем я прошу, черт подери! За взрывом эмоций наступила тишина, нарушаемая лишь свистом ветра и стоном, издаваемым сучковатыми ветвями деревьев. Похоже, Плачущая Женщина устраивает сегодня свое представление.

– Обещаю, – прошептала Энни.

Почувствовав облегчение, Рик сел, огляделся... и снова выругался:

– Черт! Ну и ну! Мы занимались любовью в двух шагах от останков!

После короткой, наполненной удивлением паузы Энни расхохоталась:

– По-моему, Льюиса это не шокировало.

– А у меня прямо мороз по коже, – проговорил Рик, зябко поежившись, и, к своему удивлению, тоже рассмеялся. – Пойдем лучше в машину, пока не натворили чего-нибудь похуже. Кажется, фонарик наш перегорел. Джинсы свои и твою юбку с кофтой я вижу, а вот своего белья не нахожу...

– Ничего, найдешь завтра, – сказала Энни, прижимаясь к его спине своим теплым телом. – Не переживай.

Что Рик и сделал. Обнаженная женщина, прижавшаяся грудью к спине мужчины, способна заставить его забыть обо всем. Уютно устроившись на платформе пикапа, положив голову на мягкую подушку и укрывшись простыней, Энни почти тотчас же заснула.

А к Рику сон никак не шел. Он страшно устал за этот день, переполненный событиями, однако никак не мог уснуть. Он долго смотрел на спящую Энни. Откинув с ее лица прядь вьющихся волос, потеребил ее между пальцами и, нагнувшись, поцеловал Энни в лоб. Он поклялся, что ничего серьезного между ними не будет. Он и представить себе не мог, что способен снова влюбиться.

– А вот поди ж ты, влюбился, – прошептал он, зная, что Энни его не слышит.

Энни спала, тихонько посапывая, зарывшись лицом в подушку. Накрыв ее поплотнее простыней, Рик натянул джинсы и отошел от машины.

Ему нужно было куда-то идти, все равно куда, только бы не стоять на месте. Хотя от себя ведь не уйдешь, не спрячешься, даже если попытаешься погрузиться с головой в работу. И не убежишь от сознания того, что осталось всего несколько дней, чтобы убедить Энни остаться.

Интересно, куда же он зашел, недоумевал Рик спустя несколько минут, оторвавшись от своих дум. Он огляделся по сторонам. Ну конечно! Брезент! Ничего удивительного. Все, что связано с Энни, начинается и кончается здесь, рядом с могилой Льюиса Хадсона.

Рик присел на корточки перед могилой. Дул сильный ветер, и толстая материя, придерживаемая по краям четырьмя камнями, посередине приподнималась. Создавалось ощущение, словно кто-то пытается восстать из земли. При этой мысли у Рика волосы на затылке зашевелились, хотя он не верил в привидения. Он никогда и не думал о них. И так забот хватает! Но сейчас ему стало не по себе.

– Пора отпустить ее, парень, – прошептал он, обращаясь к брезенту. – Теперь она принадлежит мне.

Как это ни глупо, он ожидал ответа – хоть в виде какого-нибудь знака – от человека, которого проблемы Рика не волнуют и никогда не волновали. Но не дождался.

Чувствуя себя полным идиотом, Рик вернулся к пикапу. Забравшись под простыню, он обнял Энни, такую мягкую, теплую, прижал к себе и внезапно почувствовал к ней бесконечную благодарность за то, что она вошла в его жизнь. Без нее он по-прежнему бродил бы в потемках, не ведая единственной правды жизни: жизнь мужчины намного светлее, теплее и ярче, если рядом с ним находится любящая женщина.

«Война с Черным Ястребом была развязана из корыстных побуждений и для удовлетворения политических амбиций... проводилась вероломно и закончилась бесславно».