Чтение онлайн

— Квартиру им надо, Евгений! — сурово произнесла бабушка, будто вынесла жесткий приговор. — Думай над этим! Арина-то будет жить вместе со своим свекром, Макаром.

— Она просто будет с ним жить! — брякнула, не подумав, Марина. Все ее планы полетели в тартарары. — Она выходит замуж за него, а не за его сына. Все по уму…

— Ты шутишь?… — прошептала побледневшая мать. Она сразу поняла, что это не шутка.

— А что? Макакыч — мужик надежный! За ним — как за охраняемой границей! — покуражилась Марина. — Я серьезно! Вот сын его — очень темная коняшка. Он как раз Аринке ни к чему.

Отец болезненно скривился и стал судорожно шарить по карманам в поисках валидола. Мать застыла грузной статуэткой.

— Что за бред? — грозно спросила бабушка.

— Это не бред, — пробормотала Марина. — Это правда…

Отец после Марининого сообщения три недели пролежал в больнице с инфарктом. Она тем временем надумала экстренно выйти замуж. И, навещая отца, вскользь сообщила ему об этом.

— Меня скоро выписывают, подожди со свадьбой, — попросил он.

— Что же мне, как маме, ждать до тридцати лет? Нет, такого Романа я больше не найду! Боюсь упустить.

Отец промолчал. Иногда он умел это делать.

Радость Марины окончилась вместе с приобретением мужа. Сначала он проявил себя рохлей, а позже — секс-мальчиком. Но помог жене родить двоих детей.

И однажды мать устало сказала:

— Уж лучше бы ты ждала до тридцати лет, как я! Может, встретила бы похожего на своего отца. Куда ты торопилась? Нельзя быть абсолютно доверчивой юбкой, прости!

Надоело ждать, хотела сказать Марина, но удержалась. В принципе запас времени у нее имелся. Только на будущее Марина не надеялась и не рассчитывала.

После развода родителей семилетний Слава никаких вопросов матери не задавал. Потом Марина довольно быстро выскочила замуж за Володю, и родился Петька… Иван предсказал все заранее. Хотя она выходила замуж по любви. Да и Володя взял ее с двоими детьми не просто так. Однако эта захватывающая любовь слишком быстро захватывать их обоих перестала, сникла, затихла, заскучала с ними и наконец отбыла восвояси. Остались дети, кухня, стирки… Попытки дележки квартир и вещей. Непростые отношения с Володиным сыном от первого брака. Впрочем, этот старший сын довольно искренне привязался к Петьке и здорово ему помогал. Бизнесмен, он частенько подкидывал единокровному брату деньги и дорогие подарки, а когда Петька окончил восьмой класс, даже отправил младшего отдохнуть на Мальту. Только это не искупало главного и не меняло основы — Володя не нашел общего языка ни со Славой, ни с Иваном, а потом откровенно их невзлюбил. Мальчики платили ему взаимной ненавистью.

Позже Володя стал все чаще и чаще прикладываться к бутылке, бегать за дамами-коллегами и, окончательно потеряв голову, когда седина в бороду, а бес в ребро, стал эту самую седину усердно закрашивать.

После исчезновения Славы Марина вообще перестала обращать на мужа внимание: живет себе рядом — и ладно. И переехала в другую комнату, поселив мужа и Петьку вместе. Они между собой общались, хотя тоже с трудом. Даже Петька нередко в последнее время предлагал матери разойтись с отцом, возмущаясь его пьянством. Но Володя недавно остался без работы — немолодых сотрудников всюду сокращали, — и Марине было его жаль: потерянного, несчастного, сникшего.

От стенки к стенке, от стенки к стенке…

Слава обязательно вернется на дачу. Он знает, что мать любит жить за городом до поздней осени, в полном одиночестве. Ей нравится возиться в саду, добирать последние уцелевшие яблоки, докапывать картошку, рубить на зиму капусту…

Тогда Славе исполнилось двадцать два года… Сейчас ему двадцать четыре. Он не успел жениться, иначе Марина могла бы сейчас жить на даче с внуком или с внучкой. Вдвоем. Они бы вместе ждали Славу. Как тоскуют руки по ребенку… Как хотят вновь ощутить эту теплую родную тяжесть…

Когда Славе было полгода, он вырвал у Марины из ушей золотые серьги — яркие, они привлекли его своим ненатуральным блеском. Как же она кричала! И как только не выронила ребенка! Хорошо, что тотчас примчалась мама. Славка тоже испуганно ревел, но сережек из крохотных ладошек все равно не выпустил.

Уши потом зашили, и серьги Марина стала носить снова, а вот силу и цепкость детских пальчиков запомнила на всю жизнь.

Маленький ребенок и взрослый… Словно совсем разные люди. Вспоминаешь малыша, перебираешь в памяти, каким он был, и сравниваешь с нынешним, выросшим, и не находишь ничего общего… Тот же самый ребенок… И совершенно иной…

Слава родился — и Марина ужаснулась, какой он маленький. И сначала панически боялась брать его. Хотя ребенок был вполне доношенный.

— А ты хотела бы сразу родить двухметрового? — смеялся Роман.

Глава 6

От стенки к стенке, от стенки к стенке…

— Марина, кто тебе навешал на уши эту лапшу, что Вячеслав вот-вот вернется? Опять твои хитрованы-экстрасенсы, деньги лопатой гребущие на облапошивании таких вот доверчивых и наивных дурочек вроде тебя! Как это низко и подло — играть и наживаться на материнских чувствах!

Муж Володя…

Да никто и не наживается. Они сказали всю правду, которую знали. Больше не могли. И ничего не предсказывали. Обрисовали то, что им удалось увидеть в прошлом. И немного в настоящем. Слава жив и здоров. И даже не страдает. Какое счастье! Хотя, конечно, очень скучает и мечтает вернуться домой. Но пока просто не может. А она его ждет. И будет ждать вечно.

Муж Володя… Как ты посмел сказать, что они меня обманули?! Значит, ты считаешь, что Славы нет в живых?!

Муж Володя… Которого она когда-то так любила и который напрочь вытравил свой седой чубчик немецкой краской рыже-красного, отвратительного, неестественного оттенка.

Петька собирался весной поступать в экономический колледж. Платный и очень дорогой. Платить будет старший брат — все-таки его привязанность к Петьке и забота о нем неизменны. Пока старший Володин сын не женат. Появится семья — все сразу изменится.

Но в Маринином доме никто о деньгах нынче вообще не тревожится. Здесь никого не интересует, на что они завтра будут жить. Ведь жили как-то до сих пор, значит, проживут и дальше. До чего безмятежная, легкомысленная, беззаботная семья!.. Но Марине нет до нее никакого дела, хотя это ее любимая, нужная, необходимая семья…