Жена моего брата

У меня большие проблемы! Я доверилась не тому человеку. И теперь я беременна.

Сидя в душе на корточках, обнимаю себя за колени. Вода тяжёлыми каплями бьёт по голове, смывая с лица слёзы. Что теперь делать? Ответа у меня нет.

Волосы густой пеленой облепляют тело и вьются в потоках воды как живые. Я уже здесь так долго, что мои пальцы все в бороздках. Нужно выйти, но сил нет. Короткий стук в дверь, заставляет меня вздрогнуть.

— Злата… Если ты не выйдешь, я зайду и вытащу тебя оттуда.

О, нет, это не мой муж. Это его брат. Демид. Дэм. Демон. Самый настоящий. Зайдет и вытащит. Этот человек слов на ветер не бросает, в отличие от моего мужа.

Судорожно вздохнув, поднимаюсь на затекших ногах. Полотенце пачкается в не до конца смытой туши. Надев банный халат на мокрое тело, выхожу. С длинных волос на пол капает вода.

— Что Вам надо от меня? — чеканю я.

Сложив руки на груди подпирает плечом косяк.

— Как ты себя чувствуешь? — игнорируя мой вопрос.

— Прекрасно я себя чувствую, — хриплю я убито.

— Я знаю, что произошло.

Поднимаю на него взгляд.

— Ты всё неправильно поняла, Злата.

Взгляд ледяной, слепой, равнодушный. Веки такие тяжёлые, что меня прибивает его взглядом к месту. Я не спорю. С этим человеком особенно не поспоришь.

— Не так, значит, не так, — отворачиваюсь я.

— Родион оставил телефон у меня. Трубку взяла… — пауза и с отвращением, словно преодолевая себя: — моя женщина. Сказала тебе бред. Я… прошу прощения.

— Почему об этом говорите мне Вы? — в чувствах бросаю я, разворачиваясь.

— Родион приедет чуть позже. И все объяснит тоже. Сейчас он занят.

Это враньё. Ни одна из его женщин не посмела бы ответить по его телефону.

— Я могу побыть одна?

С сомнением недобро смотрит на меня.

— Просто… уходите! — срывает меня на истерику. — Почему Вы приходите, когда захотите?! Это моя комната! Убирайтесь! Никого не хочу видеть!

— Успокойся, Злата. Тебе нельзя нервничать, — опускает взгляд в пол.

— Откуда Вам это знать?!

Я запретила мужу говорить хоть кому-то о моем положении! Тем более — внутри этой чертовой семьи! А он уже всё знает. Во всем — предательство!

Молчит, опуская тяжёлый взгляд в пол.

— Я хочу развод… — выдыхаю я.

— Это исключено. Развода не будет.

Сжимаясь, кричу внутри себя от ярости и бессилия.

— Ты ела сегодня?

Нет, я не ела. Я не могу… меня замучил токсикоз.

— Ты ела?! — зло.

— Вон отсюда, — шепчу я.

Опять игнор! Что-то пишет на своём телефоне.

Отворачиваюсь, закрывая лицо ладонями. Неожиданно чувствую, что стоит за спиной. Очень близко.

— Злата… со мной не стоит так разговаривать. Я тебе не Родион.

От этой внезапной близости и тихого сильного голоса меня окатывает волной горячего страха. Мне есть чего бояться!

— Извините… — выдавливаю я из себя.

— Я не нуждаюсь в извинениях, — чувствую его дыхание затылком. — Успокойся. Поужинай. Береги себя. Родион… — проскальзывает холодный скрип в его голосе. — Скоро будет.

Молчит. Моя спина полыхает от того, как он близко. Меня настолько сминает и шокирует его энергетика, что я даже забываю на мгновение том, что у моего мужа любовница. А я на втором месяце!

— У тебя ничего плохого не случилось, слышишь? — внушающе.

Киваю. Киваю, но не верю. Ни одному слову. Со мной случилось много плохого. И выход отсюда не предусмотрен.

— Ты что творишь?! — цежу я, встряхивая пьяного брата за грудки.

— Дэм… черт… я не понимаю, как эта коза… — бормочет он, — добралась до телефона.

— У тебя молодая жена беременна, осёл, а ты спишь с грязными девками?!

Падает в кресло.

— Ну ты же мужик. Должен меня понять! Злата и так-то не айс в постели, а как залетела…

— Заткнись! Ты взял девочку, она тебе должна как эскортница фокусы в постели показывать?!

Мне хочется порычать, что над этим надо работать. Но от одной мысли, что он начнет «над этим работать», меня кидает в жар и тошноту. И единственный порыв — переломать гадёнышу руки! Достать ствол и…

Достаю. Кладу на стол. Подальше.

Так нельзя исправлять эту страшную ошибку — их брак. Потому что он мне всё-таки брат.

Он с опаской смотрит на мой ствол.

— Дэм, да я люблю её, но…

Внутренности совершают кульбит от этих его слов. Потому что из нас двоих любит не он. И лучше бы ему придержать язык. Потому что вырву!

— Заткнись, — просаживается мой голос.

Примиряюще раскрывает ладони.

— Своими гульками ты ставишь под угрозу то, что наша семья создавала последние пятьдесят лет. Узнаю, что косячишь — накажу.

— Окей… окей… Никаких больше тёлок! Спасибо братишка, что прикрыл, — вставая, тянет мне руку.

Мои глаза наливает кровью. Я пожимаю его руку в ответ. И перехватывая кисть, беру его большой палец на излом и… рывок, хруст, вопль!

— Что творишь?! Больно, сука… ммм…

— Создаю тебе алиби. И заодно, убедительно рекомендую больше не косячить.

Баюкая сломанную кисть, со стоном оседает в кресло.

— У тебя совсем с башкой проблемы, Дэм?!

— Скажешь, повредил руку, был в травматологии. Телефон оставил у меня в офисе. Про звонок Злате — ничего не знаешь, только с моих слов. Пусть прислуга наложит повязку. Девка твоя пусть испарится.