Жених напрокат 2

Мое проклятье. День пятый.

Времени все меньше, загадок все больше!

Но хотя бы часть отгадок вполне может предоставить мне тетушка! Именно к ней я и поспешила с утра пораньше. Как говорится, подальше от обитателей родного дома и поближе к спасению от проклятья.

Не знаю, чему бы больше тетя Ламона обрадовалась. Самому моему появлению или корзинке с кремовыми пирожными, которые я припасла еще со вчерашнего нашего заседания в той милой кондитерской.

Но что-то радоваться она не спешила…

– Я же понимаю, что ты пришла не просто так, – констатировала она, все же отставив корзинку справа от себя на скамью и теперь пытливо на меня смотря. Право слово, будто я ее подкупить хотела этими пирожными.

– Простите, но что-то не так? – я мигом уловила хмурые нотки в ее голосе. По лицу-то трудно судить, скрытому непрозрачной вуалью. Но сегодня и вправду тетушка мрачнее, чем обычно.

– Да нет, не в тебе дело, – она отвела глаза. – Просто сегодня не самый лучший день. Считай, годовщина моей несостоявшейся когда-то свадьбы… Но не будем об этом. Так что же? Есть новости?

Я выложила ей все, как на духу. И про метаморфозы с зеркалом, и про всплески магии, и про то видение с разрушенным замком и портретом.

Тетушка слушала внимательно, не перебивала. И лишь когда я закончила, вместо так ожидаемых мною объяснений, выдала совершенно искреннее:

– А тебе все это не приснилось?.. Нет, ты не подумай, Сильвира, не то, чтобы я сомневаюсь в твоей правдивости. Но у меня ничего подобного не было! Зеркало вообще себя никак не проявляло. И уж тем более какие-либо проблески магии я и в глаза не видела.

– А Шарлотта Харвуд? – я ухватилась за последнюю соломинку. – Про нее вы слышали?

Но она покачала головой.

– Даже если такая и была среди наших предков, то памяти о ней не осталось. И что же, говоришь, она очень на тебя прежнюю похожа?

– Полагаю, как и на вас. Скорее всего, она и была первой проклятой. Но вот Гесвальд утверждает, что проклясть весь род мог лишь тот, кто сам был из этого рода. Выходит, эта Шарлота увела жениха у кого-то из родных? У сестры, к примеру? Вдруг именно потому в роду всегда рождается две девочки? Одна проклятая, а вторая обычная? И вдруг секрет снятия проклятья не в обретении любви нами, а как раз таки речь о несчастных сестрах?

– Твоя сестра так похожа на несчастную? – скептически смотрела на меня тетя.

– Ну нет… На злобную вот очень даже. Я бы даже сказала на очень злобную. Но, поверьте, будь у нее такая возможность, Ристелла бы меня награждала проклятиями вроде этого по десять раз на дню.

– Хах, моя собственная сестрица была ничем не лучше! Но у нас хотя бы было из-за кого конфликтовать. А Ристелла, что же, бесится из-за твоего фиктивного жениха? Неужто так хорош?

Мое искреннее «Очень!» я вовремя сменила на:

– Да, Дилан вполне неплох. И внешне, и по статусу. Но все же дело не в нем. Ристелла и раньше меня ненавидела. Так, быть может, это тоже врожденное из-за проклятья? Вечный конфликт родных сестер? Вот как бы узнать наверняка…

– Быть может, ты права и разгадка как раз в том злосчастном зеркале… – тетя Ламона на миг задумчиво замолчала, но тут же спросила: – А тот мужчина…Вернер, правильно? На нем ты зеркало пока не проверяла?

Я замялась.

– Понимаете, это к Дилану я могу примчаться среди ночи и влезть в окно, окрыленная безумной идеей или…просто безумием. А вот с Вернером так не получится. Но пока я условилась с магом, что покажу зеркало ему. Он точно лучше всех нас вместе взятых в артефактах понимает. Но если он захочет встретиться с вами, что мне сказать?

– Со мной?.. – у нее аж голос враз осип. – Зачем?

– Вы же тоже до сих пор прокляты. То есть мы обе носительницы этой магии, если я правильно поняла. У вас же проклятье не пропало в тот момент, как проявилось у меня. Так что оно не переходящее. Честно говоря, у меня голова кипит от всего этого!

– Я все же предпочла бы ни с кем посторонним не встречаться, – пробормотала тетя сбивчиво, опустив голову и будто бы неосознанно проверяя, хорошо ли закреплена вуаль. – Так что лучше обойдемся без этого. Но ты все же держи меня в курсе, хорошо?

– А ведь как иначе, – я улыбнулась и едва сдержалась от порыва просто ее обнять. Мало ли, как тетя Ламона отреагирует… – А зеркало Гесвальду я как раз сегодня и понесу втихаря. Так что, быть может, сегодня загадку злосчастного семейного артефакта и разгадаем!

Она сначала ничего не ответила. Смотрела на меня молча. И вдруг выдала совершенно неожиданное:

– Нельзя тебе в монастырь.

– Почему? – я даже оторопела. – Нет, не то, чтобы я сюда рвусь, но…

– Потому что ты слишком светлая для этого места, Силь. И если в жизни все же есть хотя бы чуточку справедливости, именно ты, как никто другой в нашем роду, достойна лучшей жизни… А теперь уходи! – мигом повысила голос, словно враз стало стыдно, что расчувствовалась. – Устала я от тебя.

Я тут же встала со скамьи.

– Я непременно приду к вам снова. Даже если не будет новостей.

– Я знаю, – и пусть я не видела ее лица, но почему-то казалось, что она все же улыбается.

И уже от одного это стало так тепло на душе… Впервые за всю жизнь среди моих родственников у меня есть тот, кого и вправду хочется считать своей семьей…

Как бы странно это ни звучало, но среди всего того нового, что проклятье привнесло в мою жизнь, хорошего все же больше.

По крайней мере, пока…

Дилан

Спасибо Роланду, тот успел подсуетиться, и приглашение на званный ужин получило не все семейство, а только один Дилан.

– Я, конечно, понимаю, ты бы тоже предпочел не идти, но пусть хотя бы так, – оправдывался принц. – Я постарался, чтобы никто из твоих не узнал, иначе бы точно в разговоре что-то сказали о твоей помолвке с Силь. А ты же сам не хотел, чтобы эта новость вышла за пределы твоего семейства.

Дело было уже вечером в тот злополучный день скачек. И хотя Дилану и вправду совершенно не улыбалось тратить время на заранее бессмысленное светское мероприятие. Но с другой стороны, это шанс получше присмотреть к подозрительному Кайросу.