Женщина-рисунок
Шрифт:
– Слишком быстро это твое все… – попыталась вывернуться Соня.
– У меня не так много времени. Я не хочу терять ни минуты. Ты будешь моей женой? – он взял ее за локоть.
Соня хотела отодвинуться, опрокинула свой бокал… Бокал упал на стол – шампанское моментально впиталось в скатерть, выкатилось кольцо… Кольцо. Значит, предложение.
– Сонечка… – Фред притянул ее к себе. – Соня…
Сопротивляться Фреду было очень сложно – и не потому, что он был физически сильнее. Нет. Не только. Фред действовал на Соню, точно удав на кролика, он взгядом полностью подавлял ее волю.
Фред запрокинул ее голову назад и поцеловал.
Это было странное, очень странное ощущение…
Соне показалось, что ее втягивает в себя огромная воронка. Губы Фреда – это только узкое горлышко, начало смерча. А вот там, внутри, дальше – воет неслыханной силы ветер. Там не за что уцепиться. Там вывернет наизнанку и разметает все внутренности на тысячу километров.
Соня в последнем усилии оттолкнула Фреда.
– Мне… мне надо сойти, – задыхаясь, прошептала она.
– Ты хочешь сойти на берег? – спокойно спросил он.
– Да. Пожалуйста…
– Ты хочешь уйти? – уточнил он. «Если скажу правду, он не отпустит… Надо солгать!»
– Я хочу походить. По твердой земле. Меня укачало немного…
Фред задумался на мгновение, затем кивнул. И попросил капитана причалить к берегу.
Соня по мостику перебежала на берег. Фред задержался – он о чем-то говорил с капитаном…
Соня шустро побежала по лестнице вверх. Быстрее, быстрее… Она не владела собой. «Наверное, я сошла с ума… Чего я бегу? Чего я боюсь?»
– Соня! – услышала она снизу резкий, словно удар хлыста, голос. – Соня, ты где?
– Нет! – прошептала она, по каменистой дорожке убегая в дебри Нескучного. Вспугнула несколько целующихся парочек, затаившихся в темноте… Чей-то смех. Мотыльки вьются у фонарей. Откуда-то песня: «…дай мне этот день, дай мне эту ночь, дай мне хоть один шанс, и ты поймешь – я то что надо…»
Дивный вечер. Дивный вечер, который надо разделить только с любимым…
«Иса не позвонит. Не придет, – вдруг осознала Соня. – Потому что он думает, что мне так будет лучше!»
Никогда в жизни Соня не осмелилась бы гулять по вечернему парку одна. Но… Вот поди ж ты, бежала теперь по аллеям, петляя среди деревьев… Где же выход? Наконец Соня выбежала на Ленинский. Такси! Такси! А, вот и оно…
– Мне в Подмосковье… Я хорошо заплач!
Таксист долго и нудно торговался. Капризничал. Потом все-таки согласился везти.
Сидя в такси, набрала номер Элеоноры.
– Элечка, не волнуйся, я еду к Исе…
– Ты с ума сошла! – переполошилась мачеха. – А как же Фред? Он, между прочим, собирался сделать тебе предложение… ой! Но это строго между нами…
– Знаю. Я отказалась, – ответила Соня. В самом деле, ее сегодняшнее бегство толковалось однозначно.
– Ты отказала ему?!!
– Ага.
– Соня!
– Элечка, не надо…
Шум, вопли на том конце.
Снежана вырвала трубку у матери:
– Сонька, ты обалдела? Ты бросила Фреда ради этого твоего… Мама, да погоди ты… Соня, Соня… Фред – потрясающий дядька! Ты думаешь, он для тебя старый? Ерунда! Он… он такой… Он же…
– Удачливый бизнесмен? – подсказала Соня.
– Не только… Он такой…
– Я его боюсь! – мрачно сказала Соня, глядя в окно такси.
– Так это же классно!
– Он плохой.
– Еще лучше! Это же супер… Плохой дядя… Очень плохой… это сексуально! Грязные игры, и все такое… а твой Иса – такой правильный, скучный…
Снежана, видимо, решила давить на основной инстинкт. Если все прочие аргументы были исчерпаны.
– Какие еще грязные игры?! – возмутилась Соня. – Я не свинья, мне не нужна грязь…
– Соня, а если твой Иса окончательно разорится? – телефон отвоевала Элеонора.
– Это грустно, но это не смертельно.
– А как жить?
– Нормально. Мне не нужны бриллианты, ты знаешь, Элечка… А на норковые шубы у меня аллергия! Обойдусь без SPA-салонов и пляжей Малибу! Не было, и не надо…
– Но это все у тебя могло быть!
– Да ладно… Я что, убогая какая… Прямо не выживу без бриллиантов, можно подумать… – проворчала Соня.
– Но они у тебя могли быть! – опять взмолилась мачеха.
– Может, да, а может, нет, – парировала Соня. – Этот ваш Фред просто так – копейки лишней не даст… А вот Иса бы с себя последнюю рубашку ради меня снял, я это знаю…
– Чего ты добиваешься, Соня? Чего ты хочешь?
– Я хочу быть с Исой. И все.
Шум, вопли на том конце. Соня нажала на кнопку отбоя. Через два часа таксист довез ее до поселка, высадил у ворот, возле дома Исы. Соня расплатилась с таксистом, нажала на звонок.
Тишина, ожидание. Наконец через минут пять ворота распахнулись – на пороге стояла Лена.
– Тебе чего? – неприветливо спросила Лена.
– Я вернулась, – сказала Соня. – А что ты тут делаешь?
– У Исы столько неприятностей… И ты еще… Он весь день не свой… Ждал тебя целый день. Кто-то должен его сегодня поддержать! – выкрикнула Лена.
– Ну и как… Ты его поддержала? – едва сдерживая ревность, мрачно спросила Соня.
Лена замешкалась. Потом закричала:
– Уходи!
«И соврать не может, и правды сказать не хочет…» – вдруг поняла Соня, и ревность отпустила ее.
– Ты уходи, – сказала Соня. – Я не знаю, ты ли все это натворила – с отравлением рыб, не ты… Не важно. Я не допущу, чтобы ты была рядом с Исой. Так нельзя, понимаешь? Иса – мой.
– Да кто ты такая? – плачущим голосом завопила Лена. – Ты не имеешь права…