Шрифт:
Виктор ПРОНИН
ЖЕНЩИНА С ПРОШЛЫМ
То, что начальник милиции Белоусов вспомнил человека по его словесному портрету, говорит не о случайном совпадении или везении, нет, все получилось проще и лучше. Белоусов помнил людей, с которыми ему приходилось иметь дело. Ведь он положил перед Борисихиной не десять снимков, не сто, он положил перед ней один снимок - портрет Нефедова.
Утром на допрос к следователю прокуратуры Засыпкиной была доставлена на машине мать Нефедова - Лидия Геннадиевна. Женщина с прошлым - так ее определила для себя Галина Анатольевна. За годы работы ей немало пришлось повидать людей, нередко удавалось добираться до их сути. И постепенно выработалась привычка стремиться до конца понять сидящего перед ней человека, выступает ли он в роли свидетеля, обвиняемого, подозреваемого.
Взглянув на Нефедову, на ее широкий, какой-то мужской, хозяйский шаг, отметила манеру смотреть на собеседника как бы чуть со стороны, сверху, вскинув бровь. Из пяти пальцев руки Нефедова, кажется, пользовалась только тремя, изысканно отбросив мизинец и безымянный в сторону, словно боясь обо что-то запачкаться. И еще золото. На пальцах, в ушах, на шее. Хотя знала, куда ехала, знала, что не вечерний спектакль ее ожидает. Может быть, она рассчитывала дать утренний спектакль? И еще заметила Галина Анатольевна уверенность в каком-то своем превосходстве. То ли недостаток образования, то ли избыток самоуверенности, а может, и то и другое создавали впечатление вульгарности, за которой чувствовалась готовность говорить о чем угодно, не очень стараясь при этом быть честным. Тогда-то Галина Анатольевна и произнесла про себя эти слова - женщина с прошлым. Да, подумала Засыпкина, была у нее другая жизнь. Впрочем, не исключено, что она одновременно живет не одной жизнью. А золото, очевидно, убеждало ее в некой неприкосновенности, как бы ограждало от людей, не помеченных этим высоким знаком, держало их на почтительном расстоянии.
– Где ваш сын, Лидия Геннадиевна?
– Сын? Один остался дома. Спит. Вы его имеете в виду?
– Нет, я говорю о вашем старшем сыне, Юрии.
– Могу ли я знать, чем вызван ваш интерес к нему?
– Вы, очевидно, слышали о пожаре на улице Кутузова...
– Да! Это кошмарная история! Какой ужас! Знаете, в городе такие страшные слухи, что я не решаюсь им верить. Вы наверняка знаете больше. Скажите же мне - что произошло на самом деле? Говорят, погибли люди?
– Есть основания полагать, что ваш сын Юрий имеет к происшедшему какое-то отношение.
– Вы хотите сказать, что он знал погибших?
– Девятого марта его видели в этом доме. Нефедова снисходительно посмотрела на следователя, щелчком алого ногтя сбила с рукава невидимую пылинку, вздохнула, как бы жалея себя за то, что приходится маяться в таком вот обществе.
– Этого не может быть, - с легкой усталостью проговорила Лидия Геннадиевна.
– Его больше двух месяцев нет в городе. Скажу по секрету, - она наклонилась к следователю и с улыбкой вполголоса сказала, - я сама его выписала.
Нефедова говорила правду. Она работала в паспортном отделе домоуправления и собственноручно выписала сына сразу после нашумевшего штурма вытрезвителя. Пока суд да дело, глядишь, все и заглохнет.
В кабинет вошел прокурор Кокухин. Присел к столу.
– Дело в том, Лидия Геннадиевна, - сказал он, - что Юрия видели в городе и восьмого марта. Видели в доме Жигунова накануне происшествия. Среди погибших его не обнаружили. Судя по вашим словам, нет сына и дома. Ведь его нет дома?
– Н-.
– нет, - с заминкой произнесла Нефедова, несколько сбитая с толку уверенным тоном прокурора.
– И он не заходил?
– Нет.
– И вы не знали, что он в городе?
– Нет. Хотя...
– Нефедова пошевелила ухоженны ми пальцами, давая понять, что не стоит так уж категорически воспринимать ее "нет".
– Знаете, вот сейчас я припоминаю... Какой-то парень бросил мне на улице мимоходом... Понимаете, я сделала ему замечание. Он дружил когда-то с Юрием, бывал в нашем доме... Я полагаю, что имею право сделать ему замечание, Нефедова обращалась к Кокухину, видимо, разговор с прокурором не так уязвлял ее самолюбие.
– А он мне в ответ - смотрите, дескать, за своим сыном. Тогда я подумала, что он сказал это вообще, а теперь... Возможно, он видел Юрия в городе.
– Фамилия этого парня?
– спросила Засыпкина.
– Не помню... Не то - Савельев...
– Постарайтесь вспомнить. Это важно.
– Он живет в доме напротив нашего. Его там все знают... А фамилия... Может быть, Соколов?
– почему-то спросила Нефедова у прокурора.
Все помолчали. Конечно, Нефедова знала больше. Ее половинчатые показания всего лишь попытка сохранить лицо, чтобы и в дальнейшем вести себя уверенно, не будучи уличенной во лжи.
– Куда уехал ваш сын?
– спросил Кокухин.
– В документах указано. Я не верю, что вы пригласили меня сюда, не заглянув в документы, - она усмехнулась.
– Заглянули, - спокойно кивнул Кокухин.
– Ив данный момент, - он взглянул на часы, - два оперативных работника находятся в воздухе по пути в Архангельск.
– Уже?
– искренне удивилась Нефедова и сразу что-то неуловимо изменилось в ее облике - она стала скромнее. Чуть опустила подбородок, повернула лицо к прокурору, ладошки положила на колени.
– Видите ли, Павел Михайлович... Вполне возможно, что они его там не найдут.
– Они его там наверняка не найдут, - усмехнулся Кокухин.
– Ведь его видели здесь сутки назад.
– Зачем же их послали в такую даль?
– простодушно спросила Лидия Геннадиевна.
– Необходимо установить, где он жил, как жил, с кем общался, чем увлекался... И так далее. Вряд ли нужно перечислять все детали нашей работы.
– Да-да, конечно... Вы правы.
Прокурор и следователь переглянулись - поведение Нефедовой как-то вываливалось из разговора, из его содержания. Стало заметно, что Лидии Геннадиевне гораздо больше лет, нежели это казалось на первый взгляд, косметика, манеры, золото, словно бы в один миг потеряли свою силу и обнажили возраст хозяйки - ее слабое место.
– Видите ли, - сказала Нефедова, - вовсе не исключено, что он там и не жил, - она исподлобья посмотрела на Кокухина, на Засыпкину, пытаясь определить насколько строго они отнесутся к ее сообщению.
– Это уже что-то новое, - протянул Павел Михайлович.
– Но как же тогда понимать запись в выписной карточке? Там вашей рукой записано, что Юрий отбыл на постоянное жительство в Архангельск.
– Как вам объяснить, - Нефедова на секунду задумалась, ее тон снова изменился.
– Юрий действительно собирался в Архангельск... Одно время. Да, собирался. Дело в том, что как-то в поезде он встретил мужчину, и тот обмолвился, что сам из Архангельска, или направляется в Архангельск, во всяком случае у них в разговоре что-то промелькнуло об этом городе. И мы с мужем подумали, что неплохо бы и Юрию туда поехать...