Жертва требует красоты

От автора: посмотреть и послушать рассказ в видеопрочтении автора можно на YouTube канале "Эверблиум".

***

После многих лет упорного труда и бюрократического ада, после многочисленных проверок, десятков заполненных форм и одного судебного заседания мне наконец-то удалось заказать снятие наличных средств. И вот, две недели назад я получил уведомление о выдаче мне лицензии на хранение бумажных денег и о блокировки соответствующей суммы на моём счёте. А сегодня рано утром в мою дверь постучали инкассаторы и передали мне опломбированный чемоданчик.

Перед тем как его открыть, я ненадолго отключил чип. Никаких сомнений в подлинности банкнот у меня не было. Просто я хотел вдохнуть запах свежей, настоящей краски, хотел прикоснуться к шершавой бумаге и провести пальцем по выпуклым словам и номерам купюр. Это тоже стоило затраченных мною усилий. Приятный бонус к основной цели.

Чип я отключил, когда заперся в своей специальной комнате. Я её переделал из кладовой. Обеспечил там максимальную герметичность, самостоятельно установил хорошую вентиляцию и поставил самодельные очистители воздуха. Поэтому вонь там почти не ощущалась.

Купюры были ещё тёплые. Без сомнения, их напечатали сегодня перед отправкой. Чтобы разобрать каждую ноту аромата, я поднёс чемодан прямо к носу и стал жадно вдыхать. Я делал это, пока у меня не закружилась голова.

Затем я скинул сообщение Адану, что выезжаю, и отправился собираться. Больше ждать сил не было. Какая-то часть меня твердила, что по-хорошему не помешало бы задержаться на день-другой для лишней страховки. Сразу же выбегать с наличными из дома, как только их получил, мне казалось подозрительным. «А что, если DCC или полиция решили установить за мной слежку?» – не давала мне покоя моя природная опасливость. С другой стороны, с лицензией я имел право хранить наличные и ездить с ними по городу хоть круглосуточно. Да и Адан уверил меня, что после получения денег я могу сразу отправляться к нему, выжидать нет необходимости.

В столь важный день я хотел выглядеть с иголочки. У меня имелось несколько типов костюмов. Я выбрал номер три от «Орти». Мне нравилась форма его лацканов. Костюм я сделал тёмно-синим, а ткань кашемировой. Дополнил же образ я нагрудным платком и галстуком винного цвета для контраста.

Перед выходом ещё раз проверил содержимое своего специального рюкзака. Нужно было убедиться, что всё исправно и на месте. Это я делал на кухне, сидя за своим несменяемым дубовым столом. Я чудом выловил его на дне всемирной паутины. Он был похож на настоящий, как никакой другой. Дизайнер проделал тончайшую работу. Прожилки, лак, запах – всё было выполнено на высшем уровне.

Машину менять не стал. В общем-то, раз подобрав для себя, я её почти никогда не менял – снаружи «Феррари»; салон – от «Роллс-Ройс». Жаль только, что под капотом моего шаблона находился двигатель отнюдь не «Феррари». Даже на шаблон С-класса пришлось копить. Так что, если на обратном пути в зеркале заднего вида я увижу полицейские проблесковые маячки, чтобы уйти от погони на скорости можно было даже не думать. Хотя какое зеркало заднего вида? На обратном пути его у меня не будет…

На улице сияло солнце. Температура, как всегда, была комфортной. Это мне нравилось. Солнце и пение птиц поднимают настроение, как ни крути. Хотя сейчас я и так чувствовал себя более чем хорошо. Нет, я был на седьмом небе от счастья! Ещё до приезда инкассаторов, едва разлепив глаза, я ощутил себя так, будто мне удалось вернуться в детство, у меня день рождения, и родители уже несут в мою комнату тот самый подарок, о котором я так долго мечтал.

По дороге до Нью-Фрейма я обычно наслаждался видами зелёных лугов, где можно было увидеть упитанных коров или гарцующих лошадей. Но в этот раз всё моё внимание было сосредоточено на дороге. Ведь сейчас она вела меня к моей цели. Поэтому никакие красоты не могли с этим сравниться.

Лес высоченных небоскрёбов становился всё выше. Издалека здания напоминали сталактиты в пещере. И каждый новый взгляд на город, хоть немного, но отличался от предыдущего – свет и стекло всегда рождали различные сочетания. То шпиль «Эмпайр Тауэр» будто вспыхивал огнём, то изогнутый фасад «Вейв Билдинг» снопом искр разбрасывал вокруг себя радугу.

Нью-Фрейм – вот уж действительно головокружительное место, доверху полное красок. И дело было не только в красивых зданиях и рекламных экранах на каждом шагу, из которых постоянно что-то вылетало, высовывалось или выпрыгивало. Люди – они поражали больше всего. Тысячи их густым потоком, словно река, что одновременно течёт вперёд и назад, непрерывно прибывали в движении. Если смотреть на это достаточно долго, то у тебя могла закружиться голова. Не только из-за количества людей. Дух перехватывало от пёстроты.

Сложно, если не сказать невозможно, было отыскать в толпе двух одинаково одетых людей, сколько ни смотри. Рядом с парнем в шортах и сланцах вышагивал другой, в огромной мушкетёрской шляпе с торчащим из неё пером, ещё больше самой шляпы. Переведи взгляд – и вот тебе женщина с ангельскими крыльями за спиной или в костюме кота.

Самые невообразимые наряды соседствовали со строгой классикой. Смешное и даже дикое находилось рядом с первостепенной элегантностью. Все цвета и фасоны, тысячи и тысячи образов и стилей, существовавших когда-то или придуманных буквально вчера, – всё замешивалось в калейдоскоп беспредельного разнообразия. В центре – особенно.

К этому невозможно было привыкнуть. Вот уже пятнадцать лет я мотаюсь в Нью-Фрейм на работу, но так и не привык. Чтобы постоянно не смотреть по сторонам с отвисшей челюстью, нужно было никуда не смотреть, просто не обращать ни на что внимания. Так все и поступали. Каждый предпочитал находиться в своём, сотканном только для себя мирке. Поэтому именно в Нью-Фрейме, где проживали десятки миллионов человек, где вокруг одного всегда находилась толпа других, каждый ощущал себя ещё более одиноким, чем где-нибудь в глухом лесу. А подними голову, рискни посмотреть по сторонам – и тут же тебе понадобится несколько таблеток аспирина и приём у психолога.

Ситуация на дорогах не сильно отличалась. В городе, вплоть до окраин, можно было увидеть самые разнообразные модели автомобилей, как из далёкого прошлого, так и совершенно уникальные. Никогда не знаешь, с кем будешь стоять на светофоре. Это мог быть и «Фольксваген Жук» с реактивной турбиной на крыше, и «бигфут» на двухметровых колёсах, и пускающий во все стороны молнии «Делориан».

Во времена до чипов это бы всё запретили, так как подобный «тюнинг» повышал опасность движения, просто хотя бы тем, что сильно отвлекал водителей. Но с чипами ничего можно было не бояться. С ними аварии на дорогах стали большой редкостью.