Жертва
Шрифт:
– Ладно. Но если окажется, что ты мне солгала, отправишься в Башню. – сделал грозную мину Гидеон.
– Ой, что вы, что вы господин! Да разве я посмею! Клянусь Богиней! Я всё как на духу!
– Хорошо, тогда покажи мне комнату Виолетты, я хочу её осмотреть! – потребовал Гидеон, не желая больше слушать причитания хозяйки.
Он был не в восторге от этого задания. Искать пропавших девок – не самое достойное занятие. Гораздо приятнее и продуктивнее было бы провести время с оставшимися девушками, коих было предостаточно. Тем более что в это время дня все они были свободны – выбирай любую!
Однако, обладая большим опытом и недюжинной силой воли, Гидеон сдержался от подобных соблазнов, и сосредоточился на работе.
3.
Соломенный Квартал – скопище лачуг, где обитала почти вся нищета Равенсберга, вонял невозможно. Гидеон не любил ходить сюда, но по долгу службы ему приходилось бывать здесь чаще, чем хотелось бы.
Низенькие постройки, ветхие и покосившиеся, лепились друг к дружке, экономя место и строительные материалы. Ни о какой канализации или вывозе мусора здесь никто и не слыхал.
Не мудрено, что в трущобах процветала всевозможного рода преступность преступность. Сюда вели ниточки от многих убийств и краж.
Гидеон вырос в Соломенном Квартале. Ему были знакомы каждая улочка, каждый угол и каждый камень здесь. Дом, где жила Ева нашелся без особого труда. Он стоял в самом конце тихой улочки, которая упиралась в городскую стену.
Агент постучал в дверь, но никто не отворил. В Соломенном Квартале незнакомцам далеко не всегда были рады.
Гидеон вытащил из кармана серебряную монету и бросил её возле порога, так чтобы она звякнула погромче. Затем скрылся за углом соседней халупы и стал наблюдать.
Сначала ничего не происходило, но через несколько минут дверь дома отворилась и в проеме показалась худая и чумазая девчушка. Агент тут же бросился к ней.
Маленькая рука схватил монету и поспешила запереть дверь, но Гидеон оказался проворнее. Он успел сунуть ногу в щель между дверцей и косяком. У девочки не хватило силы, чтобы вытолкнуть его. Гидеон ворвался в дом.
– А-а-а-а-а-а! На помощь! – завизжала девочка, убегая подальше от незнакомца.
– Тише! Не ори! – зашипел Гидеон, поднимая руки ладонями кверху.
– А-а-а-а-а!
– Молчать! – рявкнул Арка, придав голосу властности.
Девочка перестала кричать, забившись в угол. Глаза её испуганно блестели в полумраке.
– Я только спросить хочу. Только спросить… – Гидеон медленно прикрыл дверь и осмотрелся.
Мебели в комнате почти не было. Только стол да лавка у стены. Старый короб, стоявший в углу, выглядел довольно крепким. Юноша присел на него. Чумазка сидела в противоположном конце комнаты, обхватив колени руками, и внимательно следила за ним.
– Я тебя не обижу, обещаю! – Гидеон одарил её своей фирменной улыбкой, от которой часто румянились женские щёчки. – Меня зовут Ги. А тебя как?
– Мона. – очень тихо ответила девочка.
– Мона… Ты сестра Евы?
Девочка помотала головой.
– Дочь? – предположил агент.
Девочка кивнула.
– Ты знаешь, где твоя мама?
Девочка не ответила.
– С кем ты живешь?
Молчание продолжалось. Гидеон решил сменить тактику, он наклонился к девочке, и очень тихо, почти шепотом произнес:
– Не бойся Мона. Я друг. Я ищу твою мать или кого-нибудь, кто поможет мне найти её.
– Бабушка вернётся на закате. – так же тихо отвечала она.
– Хорошо. А ты можешь сама что-то рассказать мне? Где твоя мама?
– Её нет…
– Давно?
– С зимы. – она говорили еле слышно, так что Гидеон едва мог разобрать.
– Где она, ты знаешь?
Девочка кивнула. Гидеон подался вперед, внимательно глядя на девочку.
– Они её забрали… – шепотом произнесла Мона.
– Кто? – Гидеон затаил дыхание.
– Злые духи!
– Ты их видела?
– Да. – выдавила Мона, и закрыла глаза, словно испугавшись одного упоминания об этом.
Гидеон осторожно подошел к Моне, опустился рядом. Они продолжали перешептываться, словно заговорщики.
– Расскажи, как они выглядели. – Гидеон не верил в духов и демонов, и скептически относился к подобного рода рассказам, но ребенок мог ошибиться. Мона могла принять за злых духов кого угодно. Головы у простолюдинов доверху набиты приметами и суевериями.
– Я видела, как они забрали Яна.
– Какого Яна?
– Он жил на нашей улице. Он всё время был пьяный и спал где попало. Однажды ночью я увидела, как они пришли за ним.
– Какие они из себя?
– Они были черные. Черные как тени. Они подобрали его, когда он валялся на улице и унесли. С тех пор мы его не видели.
– Когда это было?
– В конце весны.
– Месяц назад?
Она кивнула, и её хрупкие плечи испуганно сжались. Гидеон подумал, что эта девочка похожа на мышонка.
– Я боюсь. Они приходят по ночам. – шепнула Мона, и сгорбилась еще больше, словно пытаясь совсем исчезнуть.
– Они кого-то еще забрали?
– Люди всё время пропадают… – продолжала шептать девочка.
– Кто еще пропал?
– Многие. Моя подруга Кэт, тоже… Мне очень страшно… Бабушка сказала, что духи забирают тех, кто плохо себя ведёт.
– Вот как? Тогда тебе нечего бояться, ты еще маленькая, и вряд-ли успела натворить много плохого
– Мама была хорошей…– Мона всхлипнула.