Жертвa
Шрифт:
– Делай, что приказал, иначе сильно пожалеешь.
Ох, и хотел бы Нейтан. Да только вот коленки подогнулись, он чувствовал себя абсолютно беспомощным. Волосы Нейта резко дернули.
– Прошу, не надо. Не убивайте. У меня ничего нет!
– Я не вор, но и не свободный человек.
– Прошу, отпустите! Я не скажу никому! Не…
– Успокойся, дитя. Я тебя не убью. Пока.
«Пока». Слово горечью застряло на языке Нейтана. Он прикусил губу. Нет. Показывать страх нельзя, быть слабым нельзя. Ведь Теон всегда был сильным. И Нейт должен быть таким же.
~ ~ ~
ГЛАВА 3. Ушел, и видимо, навсегда
Забеспокоился Теон только ближе к девяти часам вечера. В три Нейтан обычно приходил домой, около семи, если был с Киллстоуном. Но настолько не припозднялся он еще никогда. В уставший разум подростка стали подкрадываться россказни матери – жертвоприношения и обычные убийства… случиться могло все, что угодно. Пытаясь избавиться от назойливых мыслей, Тео решил сразу пойти поспать. Решил, что проснется и проверит, в порядке ли Нейт. Отец бы заставил мальчонку усвоить урок, разумеется, при помощи физической силы. Не «щадяще» – ладошкой по мягкому месту, что было довольно частым, но для Теона неприемлемым методом воспитания. Нет. Все было реальным. У обоих братьев на спинах остались шрамы. Но Теон отцом не был. Теон был старшим братом, человеком, к которому Нейт мог бы обратиться, и не важно, насколько большую ошибку младший брат совершил. «Отношения, построенные на страхе, долго не продержатся»,– ему всегда хотелось это прокричать. Более того, Теон Холланд был против насилия в любом его применении. А значит, все, что Нейт получит, – теплые обнимашки. А, ну и еще серьезный разговор.
Когда Тео уже собрался подняться по лестнице, зазвонил телефон. Вздохнув, он снял трубку. Это, скорее всего, был Нейтан, чтобы сообщить, что все в порядке. Верно? Верно? Повисло долгое, неловкое молчание.
– Алло?– голос Теона был таким, словно он только что восстал из мертвых.– Слышите меня? Алло!
– Вы, должно быть, Холланд старший?
– Да. Теон Холланд. А кто спрашивает?
– Миссис Овершот, директрис…
– Директриса Нейтана?
– Да. Мистер Холланд, ваш брат…
– Он ведь не завалил тест?
– По правде сказать, его сегодня в школе не было.
Вот теперь Теон был в ужасе. Что случилось с Нейтом? Он и дня раньше не пропускал! А потом взял и решил прогулять нечто настолько важное? Серьезно? Нет, что-то явно было не так. Тео судорожно вздохнул.
– Миссис Оверсмит, вы уверены?
– Овершот. И, да. Абсолютно. Могу я поговорить с…
Теон прокашлялся.
– Миссис Овершот. Я понятия не имею, где он.
***
Нейт тоже не имел понятия, где он. Это была огромная комната, возможно, подвал. От сильного запаха крови начало мутить. Он был один. Что произошло? Что происходит? Что произойдет? Тонна вопросов, на которые Нейтан ответить не мог. Не было Теона, чтобы его защитить. Не было вообще никого, в буквальном смысле.
***
Два дня пролетели, словно полчаса. Когда в семь утра зазвонил телефон, Теон торопливо спустился по лестнице, тщетно надеясь услышать милый, любимый голос Нейтана.
– Мистер Холланд. Это снова миссис Овершот. Я звоню, чтобы…
– Вы впустую тратите время. Он еще не приходил домой.
Снова неловкое молчание. И тут до Теона вдруг дошло. Он еще не приходил домой. Он, черт возьми, так и не пришел домой. Прошло два дня! Тео положил трубку и помчался в свою комнату.
Яркое солнце заставило Теона сощуриться. Где была та улица? Бондери 57? Взгляд зацепился за дом с прелестным маленьким садиком. Выглядя одновременно нервным и в ярости, он перешел дорогу. Нейтан должен был быть там. Прокашлявшись, Тео постучал в дверь.
– Здрасьте, э… доброе утро, эм… миссис Киллстоун,– сказал он.
Сара, худая, высокая женщина с бигуди в волосах, одетая в поношенный халат, с улыбкой посмотрела на Теона. Она была прекрасной женщиной, очень доброй.
– Да, милый, что такое?
– Нейт у вас?
– Да вроде бы нет. Насколько я знаю. Он и не приходил.
– Может быть, дома ваш сын?
– Нет. Он на рыбалке с отцом.
– Два дня назад Нейтан пропустил школу. Но и домой еще не возвращался. Я просто хотел… просто хотел спросить, не с Брэдом ли он.
– Слушай, я только вчера вернулась из отпуска. Может, если зайдешь… даже не знаю, солнышко.
– Как-нибудь в другой раз,– кивнул Теон и, развернувшись, ушел. Он знал, что заходить в дом никакого смысла не было.
Теон знал, что коррупция давно добралась до полиции, поэтому следующее его действие было рискованным. С другой стороны, какой брат оставит такую проблему висеть в воздухе только из-за страха, что ему откажут. Примерно через полчаса Теон добрался до пункта назначения.
Раньше в полицейском участке он никогда не был, к счастью, и понятия не имел, что к чему и как все работало. За стойкой ресепшена, или как ее там, вроде бы не было никого. Теон глубоко вздохнул.
– Простите,– сказал он.– Сэр? Мэм? Послушайте, я лишь…
Старая женщина с вымученным лицом подняла глаза и закашлялась. Кашель был громкий, будто туберкулезный. Теон прижал руку к сердцу и сделал шаг назад. Он, конечно, не был трусом, но такой звук едва не оставил беднягу заикой.
– Ну? Чего ты здесь забыл, молодой человек?
– Я… я бы хотел подать заявление на кое-что, эм…
– И что же конкретно?– спросила она практически без всякого энтузиазма.
Старушка, должно быть, жутка устала, и Теон в этом винить ее не мог. Чаще всего добрая половина людей пишут жалобы на что-то абсолютно тупое, например, на громко слушающих музыку соседей.
– А… мой брат, Нейтан Холланд, пропал.
– Вниз по коридору, седьмая дверь слева.
Тео кивнул. С бешено бьющимся сердцем он пошел, куда было сказано. Как там было? Седьмая дверь? Открыл ее и ворвался внутрь, каждая секунда на счету. Время, говорила, бывало, его бабушка, это сокровище, попусту тратить которое нельзя. Запах был отвратительным. Запах… смерти почему-то. Теон сглотнул. Он ошибся? Может, не та комната? Из ниоткуда появился человек. «У них там, что, телепорты, блин, повсюду?» – подумалось Холланду.