Жестокий Отбор
Шрифт:
Мой выбор оказался правильным.
Главное, чтобы Тимир не натворил глупостей!
— Ты не поверишь, Эйвери Мэй! — хмыкнул командор, отвлекая меня от созерцания. — Изобилие идет от корпорации «Синетта».
Оказалось, Новая Земля уже успела получить лицензию на горные разработки. При этом, с учетом нашей ситуации, ее дали с отсрочкой платежа на неопределенное время — до тех пор, пока не будет подсчитана и выплачена компенсация за годы неразумного хозяйствования «Синетты». А пока же…
— Они и стала нашими основным покупателями, — усмехнулся командор. — Сейчас мы заключаем договора с другими перерабатывающими корпорациями, но «Синетта» уже связана контрактами… Им некуда деваться. К тому же, у них налажен транспорт в наш Сектор. Они берут по ценам, которые устанавливаем мы, и не только не морщатся, но и просят еще. Все это благодаря тебе, Эйвери!
— Хватит уже на сегодня хватит благодарностей, — испугалась я. — Вы бы сделали то же самое для Новой Земли, так что…
— Так что скоро вы все вместе будете отдыхать на Бадейре, — подхватила разговор подошедшая Марша. — Не слушайте ее, проконсул Харас! Исключительно благодаря Эйви снимут запрет на полеты для граждан Четвертых Кругов… Возможно, Третьи Круги тоже получат доступ на Элиту. Вы ведь знаете, что из ее крови получили противоядие?
Конечно, он знал. Об этом знали, подозреваю, уже все жители Империи! Командор удостоил меня внимательным взглядом, затем сообщил, что завтра нас ждет экскурсия на «Пилигрим». Он давно уже должен был мне рассказать и жалеет, что не сделал это до отлета, но…
— Позже, позже! — мило улыбнувшись, заявила Марша. — Отложим серьезные разговоры на завтра! Пока же я вынуждена ее похитить…
Она была решительно настроена познакомиться с Тимиром, но наследный принц как сквозь землю провалился. Зато…
— Марша, ущипни меня сейчас же! — приказала ей, уставившись на Иннгора. — Я не верю своим глазам!
Не помогло.
Вальяжный Советник сидел рядом с мамой — улыбающейся, раскрасневшейся — и, склонившись, что-то шептал ей на ухо. В новом темном платье, с распущенными волосами, она больше не выглядела словно строгая школьная учительница с непростой судьбой — всю жизнь любить того, кто не обращал внимания на ее чувства — а… Я с трудом узнавала эту очаровательную, все еще молодую женщину, которая неумело, но с восторгом принимала ухаживания симпатичного ей мужчины. При этом Иннгор не забывал подливать маме вина в бокал и… Кажется, не отказывал себе в удовольствии заглядывать в вырез ее скромного платья.
— Он всерьез решил тебя усыновить, — усмехнулась Марша. — Что скажешь, Эйви, на то, чтобы обзавестись не только мужем, но еще и папочкой?
— Ваше поведение переходит все границы разумного! — заявила я Советнику, когда мама отправилась к Дэнни, носившемуся с истребителем по залу. Все бы ничего, если бы от космической атаки не пострадала милая пожилая руководительница больницы в Новой Москвы, которую Дэнни сбил на бреющем полете. — Это все же моя мама, а не…
— Чудесная женщина! — с удовольствием отозвался Советник. Откинулся на спинку стула, поглядывая в центр зала, где мама разговаривала с насупленным братом. — Именно та, о которой я давно мечтал…
— Да что вы говорите?! — язвительно протянула в ответ. — И когда же вы это поняли? Сразу же на взлетном поле или после десяти циклид беседы?
Отвечать на вопрос он не стал.
— Дабора удивительно скромна и несказанно очаровательна, — вместо этого произнес Советник. — А я… Не так уж и стар, как тебе кажется, Эйви! У меня есть нормальные человеческие потребности…
— Только не говорите ничего о… ваших потребностях! — взвыла я. — Не желаю ничего об этом слышать!
Черт, еще одно слово, и… Я этого попросту не выдержу!
— Я говорю о потребности в семье, моя дорогая Эйви, — усмехнулся Советник. — О том, что мечтает каждый мужчина — чудесной жене, очаровательной взрослой дочери, и… Дэнни — замечательный мальчик, которому, впрочем, не помешает твердая мужская рука. В заботах об Империи я упустил нужный момент, но теперь не собираюсь повторять своей ошибки.
— Советник, я вижу вас насквозь! И если вы думаете, что таким… замысловатым образом подберетесь ко мне, а я помогу вам как-то повлиять на Рингара…
— Эйвери Мэй, на этот раз твое зрение тебя подводит. В данный момент я эгоистично думаю о себе, а не о нуждах Империи. А теперь… Кажется, пришла пора мне вмешаться!
В чем-то он был прав — Дэнни не помешала бы твердая мужская рука. Иногда от вел себя как избалованный маленький мальчик. Советник спешил на помощь к маме, которую брат, свершено ошалевший от счастья, не хотел слушаться. Я же, вздохнув, отправилась к Рингару, раздумывая о сложившихся перспективах, но… В переполненном зале его не оказалось.
Огляделась.
Дэнни, послушав Советника, взял комбинезон и отправился на улицу. Видимо, показывать своим друзьям новую чудо-игрушку. Все остальные были на местах, кроме Тимира — разговаривали, ели, смеялись. Командор Харас подловил Иннгора и принялся расспрашивать его о новой политике Империи. На лице Советника появилось выражение досады — он явно собирался вернуться к прерванной беседе с моей мамой. Мэр Нового Рима развлекал Адели, Зейна разговаривала с Маршей, а вокруг них настойчивыми пчелами вились молодые люди. Жены мэров, раскрыв рты, внимали вальяжному Тиру, вещавшему о последних изысках имперской моды.
Но где же Рингар? Сердце тревожно забилось. Неужели ушел вместе с Тимиром? Им… Они вовсе не должны встречаться! Никогда! Я боялась представить, что из этого может выйти. Тревожные предчувствия, о которых почти забыла за последнюю неделю, вновь заскреблись, забегали, словно кошки, ищущие выход наружу из подвалов подсознания.
Тут в зал ворвался Дэнни — шапка набекрень, комбинезон застегнут вкривь-вкось.
— Там… — закричал он. — Они — там!
Раскрыл рот, задыхаясь от волнения, не в состоянии вымолвить и слова.