Живым не брать
Шрифт:
— Ваше дело, Леонид Андреевич, — сказал Рогоза мрачно, — нам всем троим скоро увольняться и потому терять нечего. Мы скажем все как было. Стреляли все разом. Очередями. Ну их на хрен законы, которые позволяют убийце мочить кого он захочет, а его и тронуть нельзя…
Гусь закинул автомат за плечо.
— Спасибо, ребята. Что будет — посмотрим. А пока, Рогоза, собери гильзы. На могилу Щербо положим.
— Зачем? — спросил сержант. Когда чего-то делать не хочется, всегда задается этот вопрос. — Ему теперь ничего не надо.
— Ему нет, — сдерживаясь чтобы не вспылить, сказал Гусь. — Мне нужно, тебе, им… Чтобы показать, что так просто людей убивать нельзя. Ни из-за денег, ни из блажи.
Гусь подсунул руку под куртку. Страдальчески сморщился и стал поглаживать грудь. Караваев заметил это и спросил:
— Сердце?
— Оно, — ответил Гусь. — На душе гнусно, оно и ноет.
— Ладно, товарищ прапорщик, — постарался успокоить его Гмыза. — Не стоит из-за дерьма расстраиваться.
— Почему не стоит? — сказал Гусь. — Иной раз случайно вляпаешься ботинком — приятного мало. А тут все же человек был…
Со стороны реки послышался треск моторов. Он становился сильнее.
К берегу приближались три лодки. К месту происшествия спешила милиция.
Как всегда она прибывала в нужный момент.