Чтение онлайн

— Ну здорово, — вяло порадовалась за подругу, не особо понимая, к чему все это.

— Короче, я хотела тебя попросить остальным девчонкам не говорить, что я теперь на конюшне бываю.

— ???

А я как раз думала все-таки Ане попробовать предложить подработать за покатушки.

— Ну, они все равно не будут хорошо работать… — стала нелепо оправдываться блондинка. — Да, и зачем им, они все равно в городе живут, а я тут постоянно…

Понятно. Я слегка улыбнулась. Наташка в своем репертуаре. Она готова терпеть конкуренток, если те первые нашли какую-то клевую тему, но, как только появляется возможность стать монополисткой, она ее не упустит. Выпендрежница!

— Не скажу, — пообещала девочке, но тут же обломала ее радужные надежды, — пока Марина не попросит еще кого-нибудь привести.

— Так со мной Димон будет! — обрадовалась Наташка и слегка покраснела. — Об том тоже не говори! — сурово шикнула она.

Интересное кино. А дружбанчик мой даже до прихода серпентария ни словом не обмолвился. Неужели забыл уже свою неземную любовь ко мне? Если так, то слава Богу! Одной проблемой меньше.

— В общем, Линка, будь человеком, — умоляюще глянула на меня Наташка и торжественно пообещала. — Там какая-то мутная история с тобой связана. Аня с Лёкой в теме. Я попробую разузнать, а ты меня не выдавай, ОК?

— ОК.

Знает, чем подкупить! Парни безоговорочно ловятся на слабо, а девчонки на любопытство. Впрочем, с меня не убудет не обламывать девочке малину. Пусть попонтуется хоть в детстве. Потом-то понтоваться будет нечем. В смысле, что ничего из того, о чем мечталось не выйдет.

Последующие два дня прошли ровно так же, как под копирку срисованные. Лил дождь с утра и до ночи, по очереди ко мне заползали наши змейки, Леха искренне страдал от вынужденного заточения, отчего еще больше страдали все домочадцы и ближайшие соседи, вынужденные слушать "Арию" на полную катушку или нытье братца, когда магнитофон у него изымали силой.

Первое утро моей свободы встретило меня неожиданно. Я подскочила как ужаленная, накинула поверх пижамки первую попавшуюся кофту, у входной двери влезла в ближайшие галоши и, схватив на всякий случай зонтик, вылетела во влажную прохладу утра. До туалета я бежала очень быстро и молилась, чтобы только не встретиться там с какой-нибудь другой ранней пташкой. Мокрая высокая трава хлестала по ногам, немилосердно намочив низ пижамных штанов, лужи разлетались брызгами под моими ногами, в галошах (кстати, разных) уже хлюпало.

Ур-р-р! Ур-р-р-р-р! Быстрее, быстрее! На самом подлете, когда надежда была уже близка, мне на голову неожиданно свалилось что-то тяжелое, больно припечатав по макушке. Сверху раздалось довольное "кар"! Погрозив кулаком пернатой хулиганке, я глянула под ноги и обомлела. Ненормальная ворона сбросила мне на голову… записнушку со списком потенциальных женихов. От удара о мою макушку замочек отлетел вместе с петлями, и книжечка раскрылась как раз на странице со слегка почерканным списком.

Ур-р-р! Диарея не дремала. Схватив проклятую книженцию, я забросила ее обратно в компост, где ей самое место, и пулей кинулась к вожделенной двери в туалет. Фух! Добежала. Но покайфовать мне не дали. Стоило только на секунду расслабиться, как прямо напротив меня заклубился туман. Неладное я почувствовала сразу, но вылетать из "вотер клозета" со спущенными штанами не спешила, тем более что туман недвусмысленно загораживал дверь, словно намекая, мол, сиди, дорогая и не рыпайся. Я и сидела.

Спустя неполную минуту напротив меня стояла знакомая голубоглазая блондинка и, недовольно скрестив руки на груди, сверлила меня немигающим взглядом. Я же молча ждала, чувствуя себя крайне неловко. Сижу тут на горшке перед такой персоной, явившейся по мою душу.

Холодный пот прошиб меня от макушки до самых пяток. Зачем она пришла? Разве только забрать меня, а я не хочу! Боже, еще чуть больше месяца назад я не хотела жить, а сейчас цепляюсь за каждое мгновение. Так не хочется уходить навсегда! Я бы все на свете отдала, лишь бы… Лишь бы… Лишь бы…

— Уже пора? — хриплым голосом, который не слушался, спросила я. — Но у меня еще двадцать дней осталось. Можно мне их дожить?

Девушка удрученно покачала головой, а внутри у меня все перевернулось. Ко-нец!

— Зачем ты меня огорчаешь, Ангелина? — нежным голосочком спросила Смерть.

Я ее огорчаю?! Что на такое ответишь? Извините? Сама расстроена, что просрала, простите, свою жизнь? Или больше так не буду? Вот и я подумала, что ничего, поэтому просто опустила глаза, но блондинка просто так отпускать меня была не намерена. Видать, решила перед смертью воспитательную беседу на тему бесполезности чьей-то жизни и мозга провести.

— Я, вопреки регламенту, дала тебе второй шанс, — меж тем продолжила Смерть, — даже указала, что конкретно нужно сделать, а ты вместо того, чтобы искать свое спасение, тратишь время впустую. Иным и этого не дано.

— Нечего уже искать, — буркнула под нос я, не столько пристыженная, сколько огорченная тем, что мне в очередной раз напомнили о моем бедственном положении. — Сашка уехал в Минск и видеть меня больше не хочет. Не бежать же за билетом на самолет. А он был самой явной кандидатурой на "прошла гордо мимо". Так что… — я лишь развела руками с зажатой в кулак туалетной бумагой.

— И с чего ты взяла, что это именно он? — бледная с косой хитро улыбнулась. — Я думала, ты окажешься догадливее. Самая явная кандидатура — вовсе не значит нужная… Равно как и самое простое решение не всегда верное. Надо слушать свое сердце, а не разум! В любви нет места расчету, запомни это раз и навсегда.

— Как не он? — у меня аж в горле пересохло, и последнюю часть тирады я практически пропустила мимо ушей. — Так значит…

— Именно, — улыбнулась девушка. — И теперь из-за своей же глупости тебе придется покопаться в мусоре.

А он после дождей размок и раскис, стал скользким и "очень приятным на ощупь", тут же подумала я. А кстати…

— Зачем мне мусор? Если мне все еще предстоит найти того, мимо кого я прошла тем летом, то я и на память список составлю.

— Вот опять ты про списки какие-то, — девушка тяжко вздохнула. — Ты меня не слушала! В поисках тебе не поможет никакой анализ и никакая логика. Только сердце.

— А если оно молчит? — грустно вопросила я, поднимая на нее взгляд.

— Разве? — хитрая улыбка украсила тонкие алые губки.