Чтение онлайн

Со скрипом сжав и разжав кулаки, я даже сквозь перчатки ощутил, как от холода онемели пальцы. Все тело задубело, словно я как минимум пару свечей простоял на морозе. Губы потрескались. Кожа покрылась ледяными кристалликами. на бровях и ресницах выступил густой слой инея, как у Тори, когда я случайно затащил парня на слишком большую для него глубину.

Наверное, он чувствовал себя точно так же, оказавшись в привычном для меня мире. Комфортный для него уровень лежал намного ближе к поверхности, поэтому на моем ему было плохо и, пробудь мы там немного дольше, парень вполне мог замерзнуть до смерти. Но, несмотря ни на что, у юного мага все-таки хватило выдержки, чтобы остаться. А значит, хватит и у меня. Надо было лишь дать себе время привыкнуть.

Неожиданно внизу что-то завозилоcь,и из слежавшегося сугроба с сердитым фырканьем высунулась Мелочь. Судя по густому слою инея на кудряшках, ей тоже было неуютно, однако двигалась она ненамного медленнее, чем обычно. Да и оглядывалась по сторонам вполне уверенно. Правда, едва взглянув на меня, кукла обеспокоенно застрекотала, а затем забегала по снегу,то и дело взмахивая передними лапами и всем видом показывая, что мне пора всплывать.

– Да, - прошептал я, чувствуя, что скоро околею.
– Хорошего понемногу…

После чего снова призвал Тьму и, ухватившись за нее, как за плечо верного друга, с неимоверным усилием вынырнул… можно даже сказать – вырвался на предыдущий слой. Который после лютого мороза показался мне восхитительно теплым, а сухой, кажущийся раскаленным воздух я глотнул с таким наслаждением, словно это был божественный нектар.

– Хозяин, что с вами?! – тревожно вскрикнул Нортидж, когда я с хрустом согнул обледеневшие колени и медленно завалился на бок.
– Господин?! Мастер Рэйш!

– Хсь?! – вторила ему нервно приплясывающая рядом кукла.
– Хы-ысь?! Хы-ы-ыся!

Я вместо ответа лишь клацнул зубами и только теперь ощутил, насколько же в действительности замерз. Меня била крупная дрожь. Успевший образоваться на броне ледок испарялся с едва слышным шипением. Пробравшийся под кожу холод все ещё жадно грыз внутренности и колол изнутри тысячами мелких иголок. Но это ж какая температура должна быть внизу, если даже я не сумел продержаться там дольше пары мгновений?!

– Хозяин! Хозяи-и-ин! – окончательно всполошился Нортидж,и следом за ним к ограде бросились тревожно повизгивающие собаки. – Мардж, ты где?! Ему срочнo нужна помощь!

Надо же… Здесь, на темной стороне, духи были почти реальны, но именно сейчас я с удивлением ощутил, что мои призрачные псы все-таки живые, теплые. А когда они прижались cразу с двух сторон, пытаясь согреть непутевого хозяина собственным дыханием, мне наконец-то стало хорошо. И почему-то подумалось, что тепло… оно ведь бывает не только физическим, но и душевным. И именно оно согревало меня сейчас лучше всяких одеял.

А ещё я так же неожиданно вспомнил одну важную вещь, которую успел увидеть на нижнем слое – там, рядом с холмом, что находился под нашим домом, я не увидел никого живого. Ни слуг, ни собак, хотя Нортидж в первую встречу уверял, что они способны существовать в обоих мирах. Получалось, что только до определенного уровня? Но, что самое удивительное, вокруг особняка не было магической защиты. А это значило, что мастер Этор не смог или е не успел ее поставить. И ставить ее придется мне, если, конечно, я хочу себя обезопасить.

– Все в порядке, - хрипло выдохнул я, когда почувствовал, что снова могу говорить,и успокаивающе махнул слугам, чтобы не суетились. – ватит. Не мельтешите. Сейчас до конца оттаю и можно будет попробовать ещё разок.

– Какое «разок»?! – схватился за голову Нортидж, а примчавшийся на крики садовник одарил меня укоризненным взором. – Хозяин, вы в своем уме?! Кто ж вас оттуда вытащит , если вы совсем окоченеете?!

– Как кто? Мелочь,конечно.

Нортидж покосился на куклу с явным сомнением. Я же, собравшись с силами, все-таки встал с земли и, протянув Мелочи руку, с улыбкой добавил:

– Она сможет. Она способная. Да?

– Дсь! – подтвердила та, ловко запрыгивая на ладонь.

– Вот и отлично. Кстати, скажи-ка, Нортидж, а насколько хорошо ты меня сейчас видел?

– Ни насколько, – насупился дворецкий, а садовник быстро-быстро помотал головой.
– Вас вообще было не видать. Даже в магическом плане. Как сквозь землю провалились оба. Но если вы считаете, что ради невидимости стоило так рисковать…

Я благодарно потрепал Грозу по холке.

– Очень даже стоило. Так что давай, зови Марту – пусть разогревает обед. Я снова проголодался. А потом надо будет ещё разок сходить на нижний уровень и постараться пробыть там чуточку подольше.

***

В этот день я еще не раз спускался на нижний уровень под неодобрительными взглядами слуг. Однако очень быстро понял, что просто так привыкнуть к безумному холоду не получится – на это уйдут годы, как в мою бытность учеником. Быть может, целые десятилетия, но у меня не было столько свободного времени, поэтому пришлось изобретать другие способы выжить.

Наращивание брони помогло увеличить время нахождения на нижнем слое, особенно после того, как я закрыл голову глухим шлемом и почти перестал дышать. Из обычного мира перемещаться туда оказалось крайне опасно – резкий контраст между теплом мира живых и безумным холодом мира мертвых в несколько раз ускорял процесс замерзания, так что я едва не сдох, когда опробовал этот способ. А вот плавное соскальзывание из соседнего слоя получалось проще всего. И задержаться внизу я мог немного дольше, поскольку, тело успевало хоть как-то перестроиться и начать готовиться к экстремально низким температурам.

Над тем, как ускорить этот процесс, я ломал голову до самого вечера. Но идея, как обычно, осенила меня совершенно неожиданно. И была проста как подоконник : раз уж я не могу согреться на темной стороне с помощью одного слоя брони,то кто мешает создать два? Или три? Кто мешает надеть их один на другой так же, как мы одеваем детей в сто одежек в морозы? Слои же необязательно долны быть толстыми – достаточно, чтобы между ними оставалась узенькая прослойка тепла. затем еще одна. И еще… Осталось только сбегать на темную сторону и прикинуть, сколько слоев понадобится нарастить,чтобы больше не умирать от холода.