Чтение онлайн

– Стой, стой, остановитесь! Стреляйте, колите! – донесся снаружи гневный голос Жута.

Приказ запоздал. Мы вынудили этих молодчиков к бегству и не дали им времени задержаться или обернуться.

При каждом ударе молотком англичанин кричал: «Убивайте их! Разите! Well!»

– Прочь! Вперед! Пошли! – кричали молодчики, толкая друг друга. – Спасайтесь! Они идут; они идут!

Смешно, право! Эти ужасные люди, – пусть их и было вместе с Жутом человек девятнадцать, – удирали от нас. Все кричали; лошади перепугались, они ржали и били копытами; величайшее смятение охватило всех.

Я думал только об одном – о Жуте. Неужели мы снова упустили его? Стена была так высока, что он не мог взобраться на нее. Ему нужно, миновав конюшни, вернуться во двор и бежать через ворота, но там на страже оставались конные штиптары, да и Халеф был неподалеку. Он, конечно, скорее застрелил бы Жута, чем пропустил его.

По обе стороны ворот толпились жители Руговы. Если бы они переметнулись на сторону Жута, мы оказались бы в трудном положении.

Подобные мысли роились у меня в голове, когда стволом ружья я расталкивал бегущих. Я уверен, что эти удары будут помниться им еще несколько месяцев. Внезапно слева на меня навалилась лошадь. Ударом копыта она задела мое плечо, и я упал. Правда, я тут же поднялся на ноги и хотел бежать, как вдруг позади меня раздался звонкий голос хаджи.

– Сиди, что случилось? Я услышал выстрелы твоего револьвера, а потом крики. Скажи, что здесь!

Тем временем все нападавшие выбежали через заднюю дверь; Линдсей и Галингре с ними. Халеф не видел никого, кроме меня.

– На нас напали, – поспешно ответил я. – Жут снова на свободе. Предаю его в твои руки. Выбери себе лучшую лошадь и скачи вдогонку за ним. Быстро, быстро! Иначе все кончится скверно для нас.

Я выбежал через заднюю дверь – и вовремя. Беглецы вознамерились дать нам бой.

– Вперед, сэр! – по-английски воскликнул лорд. – Не дадим им остановиться.

Взмахнув руками, он ринулся на врагов. Затем и я пришел на подмогу. Галингре держался как герой. Наконец, молодчики пустились наутек; мы за ними; мы миновали конюшню под номером пять, потом конюшню номер шесть. Жута не было видно.

Когда мы завернули за угол шестой конюшни и побежали вдоль дальней кладовой, я заметил возле ее фронтона открытые ворота. До них оставалось шагов двадцать, и беглецы ринулись к ним.

Неужели Жут уже миновал ворота? Каждая секунда была дорога. Я сделал несколько прыжков, ворвался в толпу убегавших, растолкал их, устремился к воротам и выбежал наружу. Да, вот так дела! Справа, восседая на лошади, уезжал Жут; слева, полем, мчались остальные. Хотя меня переполнял гнев, хотя я был взволнован, я все равно залюбовался конем: широкие, крепкие сухожилия; высокие, стройные ноги; низкая грудь; тонкое туловище; длинная, низко опущенная шея; очень маленькая голова – черт возьми, это был чистокровный английский скакун! Как же он попал в Ругову?!

Я был восхищен изяществом и легкостью, с которой конь уносился прочь. Я почти не думал о всаднике – о всаднике, ах! Его нельзя было упустить. Я прижал карабин к щеке, чтобы поточнее прицелиться. Но разве я попал бы в него? Дистанция была уж слишком велика.

Внезапно что-то сверкнуло у меня перед глазами. Это был нож; один из пробегавших мимо врагов размахнулся, пытаясь заколоть меня. Я едва успел отскочить в сторону; что ж, он получил пулю вместо Жута – та вонзилась ему в правое плечо.

– Назад, во двор! – крикнул я англичанину.

Вместе с Галингре он помчался вслед за мной, не обращая внимание на врагов. Вновь миновав ворота, мы пробежали между кладовой и шестой конюшней и оказались посреди двора. Там стоял Халеф с неоседланной лошадью.

– Жут убегает в сторону деревни, на скакуне, – проговорил я, задыхаясь. – Спеши вдогонку, иначе он остановится у конака и украдет нашего Ри. Узнай, в каком направлении он поедет из Руговы! Наверняка помчится в сторону Скутари, чтобы встретить Хамда эль-Амасата и отнять деньги у жены Галингре, ведь здесь ему уже нельзя показываться.

– Велик Аллах, а вы были глупцами! – сказал малыш. – Долго мне преследовать этого плута?

– Пока не узнаешь, куда он точно поедет. Потом возвращайся. Остальное – мое дело. Только не делай опрометчивых шагов.

Малыш повернул лошадь в сторону и помчался к воротам, крича:

– Открывай!

Ранко, увидев, что жестом я требую того же, распахнул ворота. В следующее мгновение Халеф стрелой мчался вперед. Я думал, что ему придется ехать сквозь толпу людей, но никого уже не было.

Я метнулся за ним. Когда я миновал ворота, то увидел, что все люди бегут в деревню. Жут уже скрылся среди кустов, окаймлявших поля. Халеф тоже исчез в этих зарослях.

– Эфенди, – спросил Оско, – Жут бежал?

– Да! Но мы еще поймаем его. Идите сюда! Нам незачем здесь оставаться. Надо быстро уладить все дела.

«Отцы деревни» никуда не ушли. Я рассказал им все, что случилось; они промолчали. Казалось, они очень рады, что Жут сбежал. Даже почтенный старец вздохнул облегченно и спросил:

– Господин, что теперь будешь делать?

– Ловить Жута, – ответил я.

– Что же ты так спокойно стоишь? Вдогонку спешить надо, раз собрался кого-то поймать!

– Я спешу, только не так, как ты думаешь.

– Он же убежит от тебя; он намного тебя опережает.

– Не беспокойся! Я еще настигну его.

– А потом привезешь сюда?

– Нет. На это нет времени!

– Но ведь тебе придется выступать обвинителем или давать показания против него!

– Для этого и другие найдутся. Я могу доверить все это вам. Вы знаете, что перс и есть Жут. Он при вас признался в этом. Теперь ваше дело – наказать его, когда он вернется. А если вы этого не сделаете, этим займется Стойко.