Зима
Шрифт:
Нарцисс.
Он качает головой. Сам не ведает, что творит. Девушка, похожая на подбитую птицу.
«Сейнт-Эрт!» – скажет она через пару часов, когда они приедут на станцию и она увидит таблички. «Неправильно написали!» – скажет она.
А потом: «Когда мы пойдем смотреть на стену?»
«Какую стену?» – скажет он.
«Из зерна», – скажет она.
А потом: «Тут все похоже на старые открытки – скажет она, когда поезд потащится вдоль побережья. – Как на выцветших открытках из прошлого. Там з'aмок? Это реальное место? Вы где-то здесь выросли?» – «Нет, – скажет он, – я вырос в Лондоне, но моя мать купила здесь дом пару лет назад, я его даже не видел, но мамина сестра, кажется, жила здесь и, возможно, присылала мне книги или что-то еще, когда я был ребенком, потому что я знаю много фольклорных преданий о ландшафтах, состоящих из спящих великанов, и тому подобном, и я знаю, что здесь говорят на своем древнем языке, который, видимо, никогда не вымрет, поскольку всегда возрождается, даже если кажется, что он исчезает, и его не убьет ничего на свете. Знаете, такой характерный местный говор. Идиолект».
«Как вы меня только что назвали?» – скажет девушка.
Потом она удивленно поднимет брови, подловив его на том, что он ее недооценивает, у него изо рта вырвется смех, и когда они приедут на станцию, Арт неожиданно рассмеется над собственными предрассудками.
На доске объявлений говорится, что автобусное сообщение отменено на неопределенный срок.
Конец ознакомительного фрагмента.