Чтение онлайн

— Иди за этой леди! — визгливо крикнула миссис Дэш и затем добавила обычным голосом: — Она плохо знает английский.

— А на каком языке она говорит?

— На ирландском. Они называют его гэльским. Пожалуйста мисс Смит, предоставьте моему бедному ребенку кров! Джениву передернуло от ее резкого тона, но миссис Дэш была права: ребенок сейчас — самое главное. Дженива подобрала узел и повела служанку к золоченой карете. Это оказалось не легче, чем тянуть за собой осла, девушка как будто чего-то боялась. И неудивительно, она попала в чужую страну, оказалась среди людей, не говоривших на ее родном языке, а потом еще ее тряхнуло, когда карета съехала в канаву, и, возможно, она ушиблась. А теперь ее отдают незнакомым людям.

Дженива начала успокаивать ее тихим ласковым голосом. Она сама провела большую часть жизни, путешествуя с матерью и отцом, морским капитаном, по странам, языка которых не знала, и убедилась, что даже если люди не понимают слов, они догадываются об их смысле по тону говорящего.

В конце концов ее усилия увенчались успехом: служанка повернула к Джениве усыпанное веснушками лицо и ускорила шаги.

Еще один из всадников спешился и теперь стоял наготове у дверцы кареты. Дженива передала ему узел служанки, от которого исходил какой-то кислый запах.

— Думаю здесь никто не говорит по-гэльски?

— Никто, насколько мне известно, мисс Смит.

— Жаль. Но все же поспрашивайте.

Всадник распахнул дверцу, и Дженива подтолкнула девушку в теплую глубину кареты затем забралась сама и закрыла дверцу.

Талия пошевелилась, и ее глаза широко раскрылись.

— Так, что у нас здесь?

Несмотря на возраст, леди Талию можно было назвать красивой благодаря ее пушистым седым волосам и большим голубым глазам. При этом она упорно продолжала одеваться как совсем молодая девушка и всегда отличалась добротой. Они подружились, и именно поэтому Дженива отправилась с ними в это путешествие.

— Одному из проезжающих потребовалась помощь, — сказала Дженива, сообразив, что дурной запах исходил не только от узла горничной. — Вернее, двоим. Горничной и ребенку. Горничная говорит только по-гэльски.

— Боже мой, Боже мой! — Невзирая на тяжелый неприятный запах, Талия имела вид человека, которому доставили большое удовольствие. Принимая во внимание утомительное путешествие, вероятно, она обрадовалась развлечению.

Карета тронулась, и Дженива выглянула, чтобы помахать миссис Дэш в знак того, что все устроилось. Ей следовало бы сказать, что они пришлют помощь, но это было и так понятно.

Однако что-то остановило ее. На лице женщины не было радостной улыбки облегчения от того, что ее дитя оказалось в добрых руках, оно выражало совсем другое чувство, похожее на торжество.

Не потому ли, что миссис Дэш теперь рассчитывала получить доступ в знатную семью Трейсов? Нет, подсказывала Джениве ее интуиция, здесь крылось что-то другое, и, возможно, она еще пожалеет о своем добром поступке.

Три часа спустя Дженива поняла, что интуиция, как всегда, не обманула ее.

Они довольно скоро добрались до гостиницы «Лев и единорог» в Хокеме, но никаких признаков мистера Дэша там не оказалось.

Перед ними предстало довольно заурядное заведение, совсем не походившее на те заранее выбранные ими роскошные гостиницы, в которых они предполагали останавливаться по дороге: просто когда они прибыли сюда, уже стемнело, а в гостинице имелись свободные комнаты, и Талия настояла, чтобы они переночевали здесь.

— Понимаю, — усмехнулась Дженива. — Вам хочется узнать, чем кончится эта история.

— Но почему бы и нет, дорогая? О, чай с бренди. Как приятно.

Хитрый хозяин изо всех сил старался заманить богатых постояльцев, и Дженива не стала вмешиваться; однако она беспокоилась об уставших старых дамах и не хотела и дальше заставлять лакеев ехать верхом на лошадях при таком морозе.

Мистер Линчболд показал им пару хороших, но расположенных на разных этажах апартаментов. Леди Каллиопа выбрала первый этаж, потому что была не в состоянии подниматься по лестнице, так как практически почти не могла ходить, и лакеи в сопровождении личной горничной внесли ее туда в большом крепком кресле.

Дженива с Талией и ее горничной, Реджиной, поднялись на второй этаж, где им предоставили просторную спальню с прилегающей к ней гостиной. Камины уже горели, и в комнатах было достаточно тепло. Слуги леди Трейс внесли туда все их вещи необходимые для удобства старой дамы. Предполагалось, что Дженива будет спать вместе с Талией на большой кровати, а Реджина устроится на выдвигавшейся из-под нее кровати для слуги.

Ужин обещали подать в течение часа, и Талия спустилась в комнату сестры, а Дженива посчитала своим долгом остаться и приглядывать за нянькой и ребенком.

Во время короткого пути им с трудом удалось вытянуть из ирландки имена: ее — Шина О’Лири и ребенка — Шарлин, которое они немедленно переделали в Чарли.

Чарли Дэш. Он вызывал тревогу, и неприятности уже начинались. Чем скорее появятся его родители, тем лучше.

Дженива подперла рукой голову, кружившуюся от бренди» и попыталась сообразить что ей делать.

Как только они приехали в гостиницу, она все рассказала ее хозяину, и Линчболд обещал послать помощь. Но не забыл ли он об этом, обрадовавшись знатным гостям? А даже если и забыл, где же мистер Дэш?

Подозрения роились, как темные тучи на горизонте, а Дженива была не из тех, кто сидит сложа руки перед надвигающейся грозой. Завернувшись в теплую шаль, она отправилась выяснять обстановку и уже почти подошла к лестнице, когда волна ледяного воздуха снизу подсказала ей, что кто-то только что приехал.

— Эй, там! Хозяин!

В холодном воздухе до нее донесся властный голос мужчины. Он живо напомнил ей голос отца, отдающего приказания с капитанского мостика одного из своих кораблей, и она на минуту замерла, охваченная воспоминаниями, а затем подошла к перилам и посмотрела вниз.