Зло против любви
Шрифт:
Так. Успокоиться. Контроль…
Брат закатил глаза:
— Она замужняя азари. Просто забудь. Тут изначально было ловить нечего. И чего ты так увлекаешься этими азари? Они же как снулые рыбины. Холодные и скучные, фу…
Я вскинулся.
— Это дело принципа, я должен… — от окна донеслись знакомые смешки, и я оборвал фразу на полуслове.
Этих мелких хулиганов тут только не хватало!
— А ты сделай вот так… — младший из них смачно облизнул ладонь, и дунул, посылая мне своеобразный воздушный «поцелуй».
— …И она сразу поймет…
— …Что ты полный придурок! — закончил за него его брат-близнец Ромр.
И они мерзко заржали в две глотки.
— А, впрочем, она уже знает об этом! — сквозь смех добавил Сторм.
Его брат, тем временем, спрыгнул на пол и начал имитировать битье головой об пол, дрыгая откляченным задом.
— Убирайтесь отсюда! Иначе уши оборву и к задницам приставлю! — я угрожающе метнулся к ним.
Со смехом они сиганули из окна, чтобы удар сердца спустя взмыть в небо двумя мелкими юркими черными ящерами.
Близнецы сделали пару крутых виражей, а потом, отлетев на безопасное расстояние, растянули в небе транспарант с картинкой того самого горшка и подписью: «Ты разбила мне сердце!»
Я заскрипел зубами, и все же не выдержал — сиганул следом за ними.
Растяжку мелкие поганцы тут же бросили, кинувшись в рассыпную.
Ну, держитесь, засранцы! Сейчас я вас поджарю!..
Гонял я их не меньше часа, и хвосты таки обоим подпалил.
Довольный, и чуть остывший, я вернулся в свою комнату.
Тут же мне навстречу шагнул не на шутку взволнованный брат:
— Наконец-то! Скорее, нужно спешить! Мама в коме. На ее теле характерные следы от кристалла душ, а рядом — остаточные следы варовского портала. Отец слетел с катушек, и уже на пол-пути к их континенту!
Я замер лишь на один удар сердца, а потом снова взмыл ввысь.
Наследник последовал вслед за мной…
Пулло.
После того, как вернулся в пятиединый мир, первым делом отправился в святилище.
Увы, был только одни бог, которого я мог попросить о помощи.
В божественных делах даже самые могущественные из смертных бессильны, так что ни о какой гордости не может быть и речи. Да и нет ее у меня… Если ради возвращения Ари придется унизиться, я пойду на это без раздумий.
— Мой бог, взываю к тебе! — нож в моей руке опустился, перерезая горло жертве.
Тело забилось на алтаре в предсмертной агонии. Кровь потекла по специальным желобкам в белом мраморе, заполняя рисунок из борозд на полу.
Вот процесс завершился, и в центре вспыхнул столб ревущего пламени.
Тайком я облегченно перевел дух. Первая часть дела позади. Он пришел.
— Наконец-то ты взял копье в свои руки! Я уже заждался. Но ты не прошел церемонию по всем правилам… — последняя часть фразы знакомо вдавила в пол, недвусмысленно намекая на недовольство божества.
— У меня мало времени, — кратко ответил ему я.
Какое-то время Уо молчал, сканируя мою память.
— Я разберусь с этим, — коротко бросил бог.
Меня затопила волна радостного облегчения — в помощи он не отказал.
— Но церемонию пройдешь, как положено, и чтобы никаких копий на троне! — угрожающе прорычало божество.
Пламя опало, а потом и вовсе погасло.
Я остался доволен тем, как все прошло.
Отделался малой кровью, все могло быть намно-ого хуже.
Скорее всего, гнев Уо был перенаправлен на неведомое божество, затеявшее свою игру. Ему я искренне не завидовал. Зря он это затеял. Ой, зря…
Чуть больше часа спустя.
Сопровождаемый копиями, шасс вполз в гостевую комнату моей резиденции.
— Я вс-с-се узс-с-снал, — сказал он, склоняя голову.
— Зс-с-смеелюды ни при чем.
— Я знаю, уже выяснил это, пока тебя не было, — равнодушно ответил я, разглядывая содержимое бокала в своих руках.
Копия жены, сидящая на моих коленях, вложила мне в рот сладкую ягоду.
Я облизнул ее пальцы. М-м…
Хвост шасса дернулся, но Шеграсс промолчал.
— В таком с-с-случае, не хочеш-ш-шь ли узс-с-снать пос-с-следние новос-с-сти зс-с-смеиного континента? — предложил он.
Я уже знал, что он попросит у меня взамен.
— Клятва правды и неразглашения, — спокойно сказал я.
— Взс-с-саимная, — с готовностью отозвался змеелюд.
С деловым мужчиной и разговаривать приятно — понимаем друг друга с полуслова.
Когда с клятвами было покончено, хвостатый выложил обещанные сведения.
Да, за такую информацию не жаль потраченных усилий.
Услышанное было еще одним косвенным доказательством того, что к пропаже душ змеелюды не имели никакого отношения. Времени и сил у тех из них, кто теоретически мог все это провернуть, просто не было.
Я также выполнил свою часть сделки — рассказал Шеграссу о том, как узнал о невиновности шассов и варов.
Змей присвистнул.
— И ты отпус-с-стил повелителя? Он же зс-с-сатаит зс-с-сло!
В ответ я только равнодушно пожал плечами:
— Это же повелитель, он всегда и на всех таит зло, не на тебя, так на твоего дедушку. Натура такая.
Шеграсс в задумчивости свил хвост кольцами.
В чем-то он был прав, ведь стереть повелителю память нельзя, как и взять под ментальный контроль.