Чтение онлайн

Не успел Мэдисон и слова вымолвить, как Крошка уже повесила трубку, оставив его в полном недоумении.

Беда с этими непрофессионалами-любителями. Им в голову приходят идеи. В большинстве своем они просто бесполезны, но вот Крошкины… Крошкины идеи могут быть смертельно опасны.

Мэдисон прекрасно помнил вызванный Грисом хаос. Все шло хорошо, пока в дело ССО не вторгся Грис. Любители просто не понимали тонких нюансов рекламного дела.

Мэдисон снова прокрутил в голове свой план. Вполне стандартный и безошибочный. Поднять вокруг Гриса бурю общественного негодования при помощи СМИ, а затем использовать судебное разбирательство для создания такой же бури вокруг Хеллера. И даже если его величество по какой-то причине, будь то болезнь или что-то еще, не издаст скрепленного собственной печатью постановления о начале суда над Грисом, общественное мнение станет настолько важным фактором, что лорду Терну придется принять иное решение. И план сработает.

Но что же задумала Крошка? Вдруг из-за нее все сорвется? Он же только хотел поддержать в ней интерес! И вовсе не собирался толкать ее на бессмысленные действия!

Нет, он не должен допустить, чтобы блестящая победа ускользнула от него как раз в тот момент, когда она была близка как никогда прежде.

Он задумался о печальной судьбе Хеллера. Трясется, небось, в неизвестности в какой-нибудь дыре и ждет, когда Мэдисон спасет его имя для потомков. До чего же глупая трата ценного материала!

В свете ССО с Грисом и Хеллером справиться не составляло никакого труда. Чего нельзя было сказать об этой "почти женщине", Крошке! Какая потенциально опасная помеха!

— Шрифт восемнадцать пунктов, — пробормотал Мэдисон. — "Мэдисон на краю пропасти".

— Что вы сказали? — откликнулся Щелк.

— Давай домой, — бросил ему Мэдисон. — Нужно отдохнуть. Завтра у нас очень трудный денек.

В эту самую минуту, на расстоянии более чем в двадцать два световых года от Волтара, тот, о ком болела голова у Мэдисона, — Джеттеро Хеллер вовсе не трясся в мрачной темной пещере. Он преспокойно ехал себе по нью-йоркской Пятой авеню, оглушенный ревом разнаряженной толпы, которая приветствовала вступление в должность новых высокопоставленных чиновников. Во главе торжественного кортежа ехала сама Малышка, которую после принятия ею титула "сара di tutti capi" люди теперь стали называть "королева Малышка". Хеллер в форме американского армейского офицера сидел рядом с нею и улыбался в телевизионные камеры, совершенно не подозревая о той опасности, что угрожала всему его будущему на Волтаре, его доброму имени, не говоря уже о существовании Земли в будущем. Графиня Крэк, напротив, не улыбалась. Ею владело нехорошее предчувствие.

С первыми лучами солнца Мэдисон, как и было приказано, — а что еще ему оставалось делать? — стоял у входа во дворец Крошки. Ногти его выглядели не очень-то красиво: он грыз их всю ночь.

На порог вышел капитан охраны и, увидев Мэдисона, тут же ушел назад. Когда он вышел снова, на ремне, опоясывающем его серебристый мундир, висело «жало», а за спиной у него маячили двое караульных с электрическими боевыми топориками. Они встали у дверцы аэромобиля, ожидая появления королевы Крошки.

Мэдисон был совсем не расположен к ожиданию. День и без того начался достаточно скверно. Когда Щелк в таунхаусе садился в машину, было заметно, что под глазом у него зреет здоровый фонарь. Его телохранительница забралась в кабину с презрительно-отчужденным видом и на протяжении полета изо всех сил старалась не замечать своего хозяина.

Судя по нескольким туманным замечаниям, Мэдисон догадался, что Щелк, забыв об осторожности, чересчур восхищался Хайти Хеллер и его телохранительница с наложницей очистили, так сказать, свою территорию в душе слишком откровенного Щелка.

"Женщины! — подумал Мэдисон. — С ними всегда проблемы".

А тут появилась новая проблема: Крошка в мерцающем костюме черного цвета вышла из дверей, натягивая на руки длинные красные перчатки. Корона ее сползла на лоб, а пучок волос на затылке раскачивался, как хвост разъяренной кошки.

Без всяких комментариев в адрес машины она влезла в кабину и заняла лучшее место.

За нею в аэромобиль уселись капитан охраны и оба его помощника.

— Вы-то куда, черт побери? — обратилась Крошка к капитану.

— Мы не можем быть спокойны, когда ты в компании с этим человеком, — ответил тот, указывая на Мэдисона.

— Разумно, — согласилась Крошка. — Он же агент ССО, а они никогда не выполняют своих обязательств. Никогда.

В этот момент на крыльцо выскочил мажордом с охапкой свитков, сбежал по лестнице, напяливая на ходу свое церемониальное облачение, и тоже влез в аэромобиль.

После этого для Мэдисона осталось совсем мало места, и ему пришлось притулиться на каком-то выступе напротив Крошки.

— Куда мы летим? — поинтересовался он.

Не обращая на него внимания, мажордом наклонился и передал Щелку листок бумаги. Тот взглянул на него, обернулся, чтобы убедиться, что двери закрыты, и машина взлетела.

Думая, что летят они в Правительственный город или куда-то в том же направлении, Мэдисон очень встревожился, когда, преодолев тошноту, всегда сопровождающую резкий сдвиг по времени, Щелк взял курс на юго-запад.

Машина набирала высоту. Поглядев, как уменьшаются пляшущие внизу вихри, Мэдисон подался вперед, стараясь разглядеть карту на экране водителя. Но экран был пуст! Тревога, должно быть, очень красноречиво отразилась на его лице, потому что Крошка хмуро посмотрела на него и сказала:

— Успокойся, парень. Лететь еще далеко. По меньшей мере три часа.

Мэдисон протянул руку к пульту и включил музыку, надеясь, что она смягчит женское сердце. И тогда Крошка, возможно, расскажет ему, в чем дело.

Но Крошка тоже протянула руку и выключила музыку.

— Музыка мешает мне сосредоточиться, — сказала она. — Я разрабатываю план военной кампании.

— Военной? — изумился Мэдисон.

— Вот именно! Вы с Грисом стали дружками, и я просто перестала тебе доверять. Намечаются более суровые меры, парень. И не пытайся выудить у меня план битвы. Насколько я знаю, ты шпионишь для Хисста. Военные действия и шпионаж ходят рядом, рука об руку.

Она говорила по-английски, и Мэдисон ответил на том же языке:

— Я вовсе не шпион, Крошка. Я на твоей стороне.

— Это еще нужно проверить, — буркнула Крошка Буфер.

Какое-то время они летели молча, а потом у Крошки, похоже, окончательно сложился план действий — судя по тому, как лопнул у нее во рту пузырек жевательной резинки и на чересчур больших губах заиграла улыбочка.

— Хорошо бы знать, куда мы летим, — сказал Мэдисон. — В конце концов, имею я на это право — ведь мне, возможно, придется топать назад пешком.