Чтение онлайн

— Врежь ему! — приказал полковник.

Но этот приказ оказался последним в его жизни.

Удар пришелся по кнопочному механизму дистанционного управления, что мирно ждал своей очереди в одном из карманов Больца.

Ангар осветила жгучая вспышка!

Батальон Смерти, их военный корабль и «Бликсо», и его экипаж, и его капитан, и Милашка — все засветилось, и в этом свечении вдруг проступили их контуры. Цвет их менялся от красного к желтому и фиолетовому, пока наконец фигуры не стали черными. Все вокруг превратилось в кварц, еще на мгновение сохраняя форму, потом обратилось в расплавленное стекло.

На базе не осталось в живых ни одного человека.

Стенные коробки, удерживавшие балки на месте, превратились в песок, который под воздействием мощного жара стал жидкостью и потек.

И вот с потрясающим грохотом стены ангара стали корежиться и поддаваться напору.

Оползание скальной породы длилось довольно долго.

Немыслимая жара расплавила каменную утробу горы.

А потом уж и вовсе ничего не осталось от базы, выстроенной Аппаратом на планете Земля.

Погребенный под кучкой стекла, некогда бывшего Милашкой, и под тоннами кипящего кварца над ним из-за нелепей задержки и своекорыстия Больца, лежал теперь прах депеши, которой предназначалось отвести от планеты беду и не допустить вторжения.

Не суждено ей было попасть к своему адресату.

О, теперь Мэдисон почти не сомневался, что сможет завершить свою работу, связанную с Хеллером. Недалеко то будущее, когда на хвосте у Хеллера-Уистера с его подачи окажутся не только Аппарат, но и Армия и Флот.

О, какие на этой почве расцветут заголовки!

Мэдисон стоял у окна верхнего этажа королевского особняка на Острове Передышки и ожидал Крошку, которая почему-то задерживалась. Он специально приземлился позади дворца, чтобы его никто не заметил. Сегодня он явился сюда с добрыми вестями, а также хотел представить Крошке некоторые доказательства.

В окно дохнул один из самых нежных и ароматных ветерков с моря, которые Мэдисон когда-либо ощущал ноздрями и кожей. Великолепный вид на долину внизу приятно успокаивал нервы. А один миленький кусочек земли, размером в десять акров, что принадлежал фермерскому хозяйству, утешил бы также и кое-кого еще: там качалась на ветру цветущая марихуана — "панамская красная", если он правильно запомнил название, когда Крошка, командуя группой работников, набранных из пятитысячного населения острова, рассказывала ему, чем она занимается.

Но умиротворяющий вид, открывающийся с террасы, сегодня не нарушался картиной каких-либо работ. Вдоль балюстрады неспешно шагала жена редактора, женщина средних лет, в маске, свободной одежде и праздном настроении. Время от времени она забывала об окружающем пейзаже и с надеждой скользила взглядом по фронтону дворца.

Ага, вот и появился тот, кого она так ждала. К ней медленным шагом приблизился бравый молодой офицер в блестящей серебряной форме. Он остановился, в восхищении всплеснул руками и поклонился. Женщина остановилась и оперлась на балюстраду. Молодой офицер подошел поближе. Он что-то тихо сказал, и та кокетливо рассмеялась. Он взял ее под руку, и они продолжили прогулку вдвоем.

Мэдисон был восхищен тем, как Крошка вышколила свой полк. Он понимал, что ее уроки не ограничивались только манерами.

Вот сзади плавной походкой вышел музыкант с "аккордным аккомпаниатором". Но исполняемая им мелодия и интонации были заимствованы из коллекции записей Крошки: там четко звучала романтическая цыганская скрипка.

Придворный офицер с дамой неторопливо спустились по широкой дворцовой лестнице и пошли по садовой дорожке, сопровождаемые пением скрипки. В саду было множество укромных уголков, и в каждом, насколько знал Мэдисон, имелась скамья с мягкой обивкой. Сквозь деревья в цвету он как раз увидел краешек одной из них.

Парочка скрылась в одном из таких уголков, и до слуха его донеслось неразборчивое бормотание, в котором слышалась страстная просьба.

Наконец, как Мэдисон и ожидал, он увидел, как на кончик скамьи аккуратно складывают женское платье.

Музыкант стоял за деревом спиной к любовному гнездышку, но скрипичная музыка не прекращалась.

Наверху закачалась цветущая ветка, музыкант с настороженным, внимательным взглядом заиграл быстрее, цветки вдруг все разом взорвались, и наземь посыпался град лепестков.

Музыка стала помягче, помедленней.

Слуга в серебристой ливрее и с серебристым подносом в руках быстро прошел по террасе и ступил в любовное гнездышко.

Немного погодя оттуда потянулся пепельно-голубоватый дымок марихуаны.

Скрипичная мелодия продолжала звучать.

Мэдисон взглянул на террасу. На ней появилась супруга еще одного издателя. Она была в маске, но Мэдисон знал, что ее муж издавал "Дейли Консерватив".

Из дворца вышел еще один офицер. Он остановился, поклонился, подошел, пошептал что-то женщине на ухо и она подала ему цветок.

Они стали медленно удаляться по другой дорожке.

За ними тоже последовал музыкант, уже другой.

Парочка вступила в другое любовное гнездышко.

Из дворца вышел и третий офицер. Он прошел к первому укромному уголку. До Мэдисона донесся его голос: "Послушай, старина, можно и мне поучаствовать?"

Над вторым гнездышком кругами закачалась цветущая ветвь.

Второй музыкант, стоя к нему спиной, играл все быстрей и быстрей.

И новый взрыв лепестков.

Музыкант улыбнулся, и из инструмента полилось что-то нежно-мечтательное.

Слуга с серебряным подносом торопливо приблизился к этому уголку.

Вскоре появилась супруга и третьего издателя.

Скрипичная музыка продолжала звучать. И Мэдисон знал, что играть она будет весь день. И что новые скрипки заиграют для многих оставшихся жен, а их было двадцать, и что будут они резвиться сегодня в этих садах, проведя накануне всю ночь в любовных утехах!

Переключившись с марихуаны на ЛСД, они получали «улеты», и у них просто отбоя не было от юных красавчиков-офицеров!