Змея
Шрифт:
– Сейчас мы повернем направо. Там находится помещение бывшей подстанции. Когда-то она была действующей, но времена поменялись, очередную ветку метро прокладывать не стали. И теперь похоже, про эту подстанцию забыли. Даже кабеля оттуда вытащили.
– Ну и зачем мы туда пойдем? – не скрывая усталости, поинтересовался Еремин, не забывая про закон сохранения энергии. Зачем им тратить свою энергию на какую-то там подстанцию. Если просто посмотреть, то лучше не надо.
– А затем, – ответил Лерыч, смахивая ладонью пот со лба, – что там как раз обитают те люди, которых ты хотел запечатлеть в своих фотографиях. Или уже все? Расхотел?
– Нисколько не расхотел, – бодро ответил Еремин, мобилизовав все силы на последний бросок, попутно размышляя над тем, как будет добираться обратно. Уж Лерыч явно не потащит его на своих широких плечах. В отличие от Еремина он выглядит бодренько. Вот что значит привычка и многоразовые тренировки. Из Еремина дух вон, а этому хоть бы что.
Пройдя еще шагов с полсотни, они остановились. В грохоте проносившегося за стеной электропоезда, они оба вдруг услышали душераздирающий крик человека. Это был даже не крик, а вопль, от которого им обоим сделалось не по себе. Продолжался он недолго и стих также внезапно, как и появился, только не там за стеной, где проходила ветка метро, а точно впереди, куда они намеревались пойти.
– Лерыч, что это? – спросил Еремин, утратив всякое желание следовать дальше. Сейчас ему хотелось только одного, замереть и не двигаться с места. Он даже задал свой вопрос не как обычно, а тихо шепотом.
Лерыч ответил не сразу. Какое-то время он молчал, словно ожидая не закричит ли тот человек еще раз и не дождавшись сказал:
– Да сам не пойму. – Он старался не терять оптимизма, но светанув ему в лицо фонарем, Еремин заметил волнение, которое Лерыч старался не выказывать и потому отвернулся, делая вид, будто внимательно всматривается вдаль туннеля.
Из правого ответвления, точно такого же туннеля, по которому они сюда пришли, тоже текла вода. Только течение в нем было не такое стремительное, а скорее неспешное, словно кто-то там в конце туннеля лениво бултыхался, придавая воде движение и не позволяя застояться.
Лерыч увидел первым.
– Что это там? – на этот раз вопрос задал он. Причем, голос его уже не казался таким уверенным, как прежде.
Еремин не ответил. Он был озадачен не меньше Лерыча.
Они оба стояли, наблюдая за тем предметом, двигавшимся в мутной воде прямо на них и пока он не приблизился, не могли определить, что это было. Но когда очертания сделались более различимы, Еремину с Лерычем показалось, что это человек. Раскинув в стороны руки, он медленно плыл по течению прямо на них.
– Ни хрена себе, – произнес Еремин в жутком волнении.
Лерыч ничего не произнес. Он старательно светил фонарем на приближающего, в то время, как Еремин прижался к влажной кирпичной стене, надеясь, что труп не заденет его и проплывет мимо.
– Вообще-то это не человек, – сказал вдруг Лерыч и наклонившись, вытащил из воды куртку довольно большого размера, внимательно ее осматривая.
Она оказалась из синтетического материала красного цвета и еще не старая. То, что она принадлежала человеку, голос которого они слышали, Еремин с Лерычем не сомневались. Другое дело, куда подевался ее хозяин.
Следующим предметом, выловленным из воды, оказалась пустая сумка.
Лерыч и ее тщательно осмотрел, но ничего такого, что бы могло их заинтересовать не нашел. А в одном из карманов куртки обнаружились деньги, целых полторы тысячи. Водой их не вымыло из кармана только потому, что он был застегнут на молнию.
– Ну и дела, – протянул загадочно Лерыч. – Такое ощущение, что эта куртка совсем недавно была на ком-то одета.
– Почему ты так решил? – спросил Еремин, не понимая, на чем строится такое заключение Лерыча.
– Все очень просто, – принялся объяснять диггер. – Смотри, она еще не успела пропитаться водой и только поэтому осталась на плаву. Иначе бы утонула. А она как ты видел плыла.
– Плыла, – повторил Еремин и на всякий случай посветил фонарем на мутное течение, может тот, кто в этой куртке совсем недавно красовался, бултыхается где-то тут рядышком. Он открыл рот чтобы сказать Лерычу о своем предположении, но Белобородов вдруг довольно ощутимо толкнул его локтем в бок и зашипел:
– Молчи…
Повинуясь голосу приятеля, Еремин замер, и они с Лерычем стояли молча и не двигаясь, прислушиваясь. Вернее, прислушивался Еремин. Как оказалось более опытный Лерыч еще раньше услышал непонятные звуки доносившиеся из темного туннеля.
Теперь и Еремин услышал их. Казалось, будто там, на недосягаемом для их фонарей расстоянии, кто купается и слышен громкий плеск воды. Или…
Другая мысль повергла Еремина в шок, особенно когда они с Лерычем услышали как плесканье довольно быстро приближается к ним.
– Кто-то плывет. Сюда, – тихо шепнул Белобородов и светанул фонарем в темный проем туннеля.
Еремин тоже поднял свой фонарь, посылая его луч туда куда светил Лерыч. Теперь в дальней части туннеля сделалось светлее и приятели увидели на поверхности мутной воды нечто такое, отчего по спинам пробежал леденящий озноб.
По воде кто-то плыл. Огромный. И этот кто-то плыл к ним.
– Лерыч… – произнес Еремин, хватая затхлый воздух широко раскрытым ртом, как это делает рыба выброшенная на берег и медленно умирающая от удушья. – Кто это?
– Невероятно… – тихо ответил Белобородов. – Этого не может быть.
– Что не может быть? Лерыч! – громко произнес Еремин, хватаясь за висевший на груди фотоаппарат.
Мощная вспышка ярко осветила туннель, и огромное существо делающее зигзагообразные движения на воде вдруг взвилось, заслонив своим туловищем весь проем туннеля и в ту же секунду рванувшись в сторону, исчезло в одном из многочисленных ответвлений туннеля, растворившись в темноте.
Преследовать его Лерыч с Ереминым и не думали. Они стояли прислонившись к кирпичной стене и молчали, бессмысленно водя фонарями в той части туннеля, где только что исчезло это нечто.