Шрифт:
Глава 1. О драконах, недобром утре и словах из трёх букв
Без пяти девять. Подхожу к двери с табличкой «Победоносцев Г. И. Начальник Департамента» и слышу, как в приёмной надрывно верещит телефон. Вхожу, не успев сбросить пальто, беру трубку.
– Департамент лицензирования драконоборцев, здравствуйте. Номер заявки назовите, пожалуйста. Да, секунду. Рассмотрение назначено на двадцать пятое, на десять тридцать. Не за что, до свидания.
Переодеться, распечатать отчёты для шефа, отнести в кабинет… Звонок, возвращаюсь с полдороги.
– Департамент лицензирования драконоборцев, слушаю вас. Доброе утро. Здесь какое-то недоразумение, конечно, всё исправим. Я сейчас же свяжусь с секретарём, и он привезёт вам документы. Да, разумеется.
Звоню на внутренний номер секретаря – не берёт трубку. Звоню на мобильный – «абонент вне зоны доступа сети». Так, ну достало.
Свериться со списком внутренних номеров, набрать три цифры.
– Девочки, доброе утро, это Катя. Где у нас опять Саша? В какой ещё магазин?! Нет, я ещё не ругаюсь. Я начну ругаться, если он не перезвонит через пять минут. Время пошло.
Отнести шефу отчёты, напомнить о совещании в Министерстве, выслушать недовольное ворчание о том, что у него вагон работы и ни на какое совещание он идти не хочет.
Ну конечно, а кто пойдёт? Я, что ли?
Звонок на мобильный.
– Сашенька, золотце. Если я ещё раз услышу от твоего телефона, что ты не абонент, я тебе пришлю персональное проклятие по электронке, неделю чесаться будешь. А ну быстро перезвонил Кожемякину и объяснил, почему разрешение на копьё до сих пор не лежит у него на столе! Не мне объясни, ему. Иначе шефу будешь объяснять, я твою задницу прикрывать больше не буду.
Отчёты, отчёты, отчёты… Распечатать, отнести в канцелярию, забрать входящие документы. На середине лестницы – звонок на мобильный от шефа.
– Да, Георгий Иванович. Нет, Георгий Иванович. Ну хорошо, я дура. Мне уже идти в отдел кадров? Как зачем, заявление на увольнение писать. А, я ещё не настолько дура? Как скажете.
Сашку испепелю.
– Ты что творишь, мерзавец?! Ты знаешь, что мне сейчас Победоносцев сказал?! Ноги в руки и бегом к Кожемякину, у него турнир международный, а на копьё лицензии нет! И имей в виду, чтоб проткнуть тебя, ему лицензия не нужна. Бе-гом!
Пять минут тупо перебираю документы, ни на чём не могу сосредоточиться. Так, чаю, срочно. С шоколадкой… нет, шоколадка кончилась. И как теперь работать?
Кое-как работаю без шоколадки, от цифр уже в глазах рябит.
Звонок.
– Да. Успел? Поздравляю. С тебя шоколадка. За то, что шеф не на тебя наорал. Да я вообще ангел. До встречи.
Обед. Не отвечаю на звонки, дайте же поесть спокойно! Не отвечаю, не отвечаю, не отве…
– Департамент лицензирования драконоборцев, здравствуйте. Нет, он ушёл на обед. Нет, после обеда его тоже не будет, у него совещание в Министерстве. Завтра утром. Ничем не могу помочь. До свидания.
Пять минут, как закончился обед, из канцелярии приносят жалобу – помощнику начальника Департамента невозможно дозвониться, к начальнику невозможно попасть на приём, копия жалобы направлена в Министерство.
Ну что за люди…
Новая стопка заявок. Сколько ж людей всерьёз хотят сражаться с драконами! Заявление, характеристики копья, госпошлина, справки от нарколога и психиатра… А щитов нет. Чья заявка? Ага, ООО «Добрыня» снова отличились. Когда они список документов выучат, хотела бы я знать.
– Здравствуйте, вас беспокоит Департамент лицензирования… Да-да, я. Уже узнаете по голосу? Может быть, и причину звонка угадаете? Не позже вторника, иначе всё вернём. До свидания.
Забить заявки в базу, назначить даты рассмотрения. О, Сашка, с шоколадкой. Жизнь налаживается…
Шеф вернулся. Тоже с шоколадкой? И я всё-таки не дура? Очень рада это слышать. Кожемякин победил своего пятнадцатого дракона и выиграл турнир? За него тоже рада. И за хорошее настроение министра рада, и за солнышко на улице…
Шесть часов. Наконец-то. Отключить компьютер, одеться, попрощаться с шефом, выйти на улицу.
Звонок.
– Департамент… тьфу, то есть привет, мам. Да, куплю. Да, зайду. Хорошо.
Прийти домой, поужинать, посмотреть фильм, лечь спать.
Всю ночь во сне отвечать на звонки драконов, желающих получить лицензию на отстрел драконоборца Кожемякина.
Может, пора сменить работу?..
Говорят, что утро добрым не бывает.
Нет, я допускаю, что существуют счастливчики, которые могут даже в будний день валяться в тёплой постельке с пушистым котиком до тех пор, пока любимый человек не принесёт свежесваренный кофе со сливками, печеньками, поцелуями, а может, и чем-то погорячее.
Но это никак не про меня.
Моё утро начинается с будильника, продолжается будильником, а в особо запущенных случаях им же и заканчивается – тогда приходится выскакивать из дома в первой попавшейся одежде, ненакрашенной и голодной. Но это редко. В основном за вторым звонком следуют тапочки, зубная щётка, электрический чайник с заедающей кнопкой и пара бутербродов – запихнуть в себя в восемь утра что-то большее я не в состоянии.
Ещё одна причина, по которой моё утро далеко от доброго, – телевизор. Не то чтобы мне интересны новости, но я предпочитаю заранее быть в курсе ерунды, которую сегодня будут обсуждать в канцелярии. Успех работы в большом коллективе во многом складывается от умения поддержать важные для людей темы, и пусть лучше это будут новости, чем чужая личная жизнь. Можно, конечно, запереться в кабинете, благо, что в приёмной у шефа я сижу одна. Но о том, что могут выдумать о человеке, по каким-то причинам не желающем общения, я, к сожалению, уже имею неплохое представление.
Телевизор бубнит фоном, чайник щёлкает кнопкой, нож стучит по разделочной доске, а колбаса закончилась, надо будет забежать в магазин после работы. Киваю информации о том, куда на сей раз отправился с официальным визитом президент, показываю большой палец новости о запуске очередного космического корабля, почти перестаю слушать на фразе «переходим к местным новостям»…
Вздрагиваю.
Оборачиваюсь.
Выдыхаю.
Дикторша продолжает бодро щебетать про «пятнадцать лет назад», «городские мероприятия» и «макет в натуральную величину», пока экран демонстрирует празднично украшенную площадь и толпу молодёжи в слишком тонких для зимы балахонах. На фоне уныло торчит почти собранная городская ёлка – с некоторых пор в середине декабря ей приходится ненадолго уступать общественное внимание.