Чтение онлайн

Цель не пришлось искать долго: это была находившаяся под властью мусульман Святая земля – Палестина. Подспудно папская власть имела виды и на свою главную конкурентку – Византию.

После взаимных отлучений в 1054 году (когда папский легат отлучил от церкви константинопольского патриарха, а затем тот, с согласия императора, в свою очередь, отлучил легата) пропасть между двумя христианскими церквами, римской и греческой, стала непреодолимой. Но главным аргументом, если не для Святого престола, то для европейских государей и их рыцарей, был тот, что по богатству Византийская империя не уступала даже арабским халифатам.

Арабы, серьезно потрепанные в предыдущие два столетия византийцами и погрязшие в собственной междоусобице, к началу XI века вновь окрепли. Произошло это во многом благодаря притоку свежей крови из Средней Азии. Хлынувшие оттуда кочевые тюрки-огузы, принявшие ислам и имя турок-сельджуков, смогли невероятно быстро завоевать всю Малую Азию и создать мощную империю – конкурентку медленно загнивавшей Византии.

Угроза для последней была столь реальна, что, по одной из версий, византийский император Алексей Комнин вынужден был даже пойти на беспрецедентную меру. Он будто бы обратился с тайным письмом к западноевропейским государям с призывом защитить Константинополь от турок.

В «приглашении» императора содержался намек на то, что город богат не только христианскими святынями: «Если, сверх ожидания, вас не одушевляет мысль об этих христианских сокровищах, то я напомню вам о бесчисленных богатствах и драгоценностях, которые накоплены в столице нашей». Намек был прекрасно понят, и идеей похода на защиту Константинополя (первоначально цель формулировалась именно так) загорелся крупный французский феодал граф Роберт Фландрский. Он начал спешно сколачивать рыцарское войско для похода на турок, однако неожиданно умер, после чего идея повисла в воздухе.

Тем временем по европейским городам и весям начали блуждать идеи военного похода в Святую землю: многие влиятельные проповедники, подобные Петру Отшельнику, призывали простой христианский люд отправиться освобождать Гроб Господень и другие священные реликвии из рук неверных.

До начала XI века арабы вели себя на завоеванных территориях Ближнего Востока относительно веротерпимо: местным христианам разрешалось строить свои храмы. Все изменилось с приходом диких и необузданных турок, после чего повод для масштабной карательной акции был найден.

В 1095 году папа Урбан II призвал европейских государей и рыцарство в первый крестовый поход. Однако, прежде чем они откликнулись, произошел несанкционированный «поход босоногих».

Почти 200 тыс. мелких рыцарей, горожан и крестьян, возбужденных проповедями Петра Отшельника, прошли по Европе до самого Константинополя, разоряя и грабя города. После того как они переправились через Босфор, их наголову разбили турки. Поход закончился полным провалом.

Эта неудача заставила отнестись к организации следующего похода с предельной серьезностью. Особое внимание было уделено вопросам снабжения войск провиантом, оружием, амуницией и морским транспортом. На этот раз возглавили кампанию крупные феодалы, имевшие опыт затяжных военных действий: герцог Готфрид Бульонский (ему пришлось заложить свои земли для содержания собственного почти 70-тысячного войска), его брат Боэмунд, герцог Роберт Нормандский (сын английского короля Вильгельма Завоевателя), граф Роберт Тулузский и другие.

Первый официальный крестовый поход начался в 1096 году и продлился три года. Большинством его участников, конечно, двигали откровенно меркантильные, а отнюдь не религиозные мотивы.

Направляясь в Святую землю, крестоносцы держали в голове богатый Константинополь. Но к этому времени византийскому императору удалось самому решить свои проблемы с турками и он забыл о недавнем «приглашении на княжение» европейским государям. Пришлось Алексею Комнину применить все свое дипломатическое искусство, чтобы спровадить нежданных «защитников» в Малую Азию буквально из-под стен города.

Поход дался большой кровью. Потери облаченных в тяжелые доспехи рыцарей, которым противостояли нестерпимая жара и маневренная турецкая конница, были огромны. Так, при осаде одной из самых неприступных турецких крепостей, Антиохии, длившейся почти год, от ран и чумы погиб каждый седьмой крестоносец (в походе участвовало по разным оценкам от 300 до 600 тыс. человек). А после того, как город был взят, крестоносцы сами оказались в положении осажденных, будучи окружены подошедшими войсками султана.

Но, хотя и дорогой ценой, главная цель похода была достигнута: в 1099 году сильно поредевший крестоносный «контингент» (теперь он насчитывал всего несколько десятков тысяч воинов) взял город Иерусалим.

Во время осады и штурма рыцарям помогли венецианцы и генуэзцы, доставившие по морю необходимые боеприпасы и технику. Город был разорен и разграблен победителями, а его оставшиеся в живых защитники и мирное население – мусульмане и евреи – вырезаны с жестокостью, поразившей даже далеких от сантиментов турок.

На отвоеванной территории победители создали христианское Иерусалимское королевство, на престол которого они возвели Готфрида Бульонского. Кроме того, на прибрежной территории Ближнего Востока были созданы и другие государства крестоносцев: королевства Малая Армения и Кипр, графства Эдесса и Триполи, княжество Антиохия.

Затем фортуна отвернулась от крестового воинства. Византия, восстановившая с помощью крестоносцев свои владения в Малой Азии, не желала усиления форпостов папской власти и принялась интриговать против новоявленных государств, не гнушаясь прибегать к помощи турок. В стане победителей, которые также не считали для себя зазорным попеременно заключать союзы то с византийским императором против турок, то с турками против императора, начались свары.

В 1147 году турки взяли город Эдессу – столицу одноименного графства, после чего по инициативе французского короля Людовика VII и главного религиозного идеолога той поры Бернара Клервосского начался Второй крестовый поход, к которому присоединился германский император Конрад III.

Поход продлился два года и закончился полным провалом. После неудачной осады Дамаска основные войска крестоносцев вернулись на родину, а оставленные ими в Святой земле крепости с малочисленными гарнизонами одна за другой пали под натиском турок, которые обрели нового лидера – египетского султана Салах-ад-дина (Саладина), объединившего свой халифат с багдадским.