Чтение онлайн

— Сколько наших шагов составит сторона квадрата три на три?

Тайрон задумался.

— Думаю, около семи.

— Скорее, десяти, — с сомнением произнес Фабрис.

А я стала соображать. Шаг мальчишек составляет сантиметров сорок, значит, триста делить на сорок, как раз выйдет семь с половиной. А мой шаг — покороче, поэтому, наверное, около десяти. Что ж, значит, хотя бы меры здесь похожие.

— А давайте, вы измерите одну сторону, а я — другую? А потом наоборот?

На том и порешили.

Квадрат определили, осталось его вскопать, попутно выкорчевывая мелкие коренья, которые оставались в земле после файербола Креса. Мерзость, но деваться некуда.

Поплевав на ладошки, мы с Фабрисом принялись за дело.

Лопата была великовата для десятилетнего ребенка. Одно дело долбануть ею кого-то спине со всего размаха, другое — работать, как в колхозе. Но я старалась. А вот Тайрон продолжал отлынивать.

— Слушай, математик, — я решила поддерживать светскую беседу. Пока. — А скажи-ка мне, если извлечь корень из шестидесяти четырех, это сколько будет?

Молчание.

Математик, ага… Как же…

— Если не можешь извлечь ЭТОТ корень, бери лопату, иди извлекай другие корни!

Тайрон вспыхнул. Злобно схватил черенок и принялся с остервенением долбить сухую землю.

Стахановец, блин…

— Кайрэ Тайрон, давайте покажу, как правильно? — Фабрис неловко помялся.

— Сам справлюсь! — рявкнул гаденыш.

— Не справишься! — рявкнула я в ответ.

И мы с Тайроном уставились друг на друга, как боксеры перед боем. Черные глаза принца потемнели еще больше, еще немного и в меня полетят молнии. Но Зои Базио взгляд не отпускала. Сердито сдвинув брови, я волком смотрела на упрямого мальчишку, еще и подбоченилась. Наши гляделки продолжались несколько минут, в течение которых Фабрис копал, а мы с королевским засранцем пялились друг на друга, как ненормальные. И в итоге, Тайрон не выдержал.

— Показывай! — неожиданно благосклонно кивнул в сторону Фабриса.

Спустя десять минут процесс пошел живее.

— Кстати, по поводу второй части, — чуть не ляпнула «мерлезонского балета», но вовремя прикусила язык, — эээ… нашего задания. Есть идеи, чем будем заинтересовывать хмельона?

Копать мы закончили, даже яма для корней получилась, как надо.

— Может, танцем? — неуверенно произнес Тайрон.

Не зря я про мерлезонский балет вспомнила. Но думаю, хмельону лучше подойдут брачные пляски бабуинов. И то, не факт.

— Еще идеи?

— Может что-то спеть? — выдал свою порцию идей Фабрис.

— О, ты умеешь петь?

— Нет…

— А ты, Тайрон?

— Тоже нет, — хмыкнул принц, — Я умею… играть на нервах! Но вряд ли это поможет.

Черт, даже не поспоришь.

— И я не умею петь. А что вы скажете по поводу показательного сражения? Ммм, скажем, на палках?

Тайрон покрутил пальцем у виска.

— Ну, ты придумала! На палках дерутся только пятилетки! Не буду я так позориться!

— И что? Ты что ли сильно от них отличаешься? По уму, так точно где-то рядом! — брякнула мсительно, держа в памяти жест в мой адрес.

— Не ссорьтесь, пожалуйста! — попытался встрять Фабрис, но его никто не слушал.

Мы с Тайроном снова сверлили друг друга взглядами, и вообще напоминали бойцовских петухов.

Черт, я же старше… Что ж этот мальчишка меня так бесит? И похоже, это взаимно.

Мы замолчали. А спустя минуту меня посетила идея.

— А если рассказать хмельону сказку?

Мальчишки озадаченно и как-то синхронно зачесали затылки.

— Я не знаю сказок, — загрустил Фабрис.

— Я тоже, — и Тайрон поддержал бурчанием.

В смысле, не знаете?? По-моему, я спросила это вслух.

— Ну, мне никто их не рассказывал… А самому было скучно читать, — Фабрис прикрыл лицо рукой, а потом зачем-то наклонился за лопатой.

— Аналогично.

Уже и Тайрон отвернулся от нас и стал усиленно делать вид, что в глаз что-то попало.

Господи… Бедные дети… Надо бы выяснить, как тут воспитывались трое сирот. С Аранией-ехидной дворцовой в принципе и так было все понятно. Какие, к черту, сказки? Разве что, пела бы Тайрону перед сном оды своей исключительности и скудоумию Акилы. Вот же блин блинский… Похоже, в роли Шахерезады, придется выступать самой.

— А я вот, например, люблю сказки сочинять! Если других идей нет, может, попробуем заинтересовать хмельона чем-то, что придумала я сама?

Возражений не нашлось.

Подав сигнал Кресу, мы дождались пока он проверит качество нашего копания и отправились за хмельоном.

Волнительно…

Я начала мысленно медитировать. Один хмельон, два хмельона… сто сорок шесть хмельонов… Пока дошли до пристройки, нас уже поджидал «папенька», и я слегка расслабилась. Но план А стоило озвучить.

— Договариваемся так — я начинаю рассказывать сказку, и в это время Фабрис обливает нас всех водой. Как только хмельон желтеет, Тайрон открывает клетку и бежит к нашей яме. Ты же быстро бегаешь, Тайрон?

Тот фыркнул. Похоже, я в очередной раз принизила Его Гадство.

Взрослые не вмешивались, но, как мне показалось, были наготове.

Совместно, мы завершили приготовления с водой и я, решив поднять боевой дух команды, показала мальчишкам жест из «Трех мушкетеров» — один за всех и все за одного. Правда вместо эфесов шпаг использовали свои запясться, но судя по довольным физиономиям подельников, нововведение зашло.

Ну, что ж, мой выход…

— Глубокоуважаемый хмельон! — я остановилась на расстоянии двух метров от клетки и поклонилась в пояс. Сзади раздались смешки взрослых. Не глядя, я махнула в их сторону жестом «заткнитесь». Имеющий челюсти и яд, имеет право на уважение. — Вашему глубокоуважаемому вниманию предлагается сказка, которую я придумала сама. Прошу Вас, не судите, строго, а если понравится, поддержите… — чуть не брякнула «лайками», но вовремя сориентировалась, — изменением цвета вашего великолепного ствола!