Чтение онлайн

Он поймал ее прежде, чем она дошла до двери.

— Ты мне не скажешь?

— Потом. Твои дела срочнее моих.

— Тогда побереги себя, милая.

Она положила голову ему на плечо.

— И ты тоже, любимый. Возвращайся назад. Я не хочу оставаться одна.

Разгадка таилась в Фэлконкресте — значит, туда и надо было ехать, хотя Дюрандаль и не представлял себе, что будет там делать.

Если за Айвиуоллз и установили слежку, проливной дождь мешал соглядатаям еще больше, чем густой туман, и он смыл весь снег, на котором могли бы остаться следы. Пробираясь через сад и рощу, Дюрандаль не сомневался, что сумеет улизнуть незамеченным. Он машинально спросил Куоррела, справится ли тот с Рубакой, и получил закономерный ответ. Увы, вороной жеребец, похоже, отнесся к новому седоку с тем же энтузиазмом — вот наглец! — и вдвоем они смотрелись очень даже неплохо, передвигаясь как единое сказочное существо. Дюрандалю в результате досталась Муха, которая не отличалась ни ловкостью, ни быстротой, но зато могла беспрекословно трусить хоть весь день напролет. Поездка предстояла долгая и невеселая.

Когда первая струйка холодной воды просочилась ему за воротник, он подумал, что только вчера он фактически правил Шивиалем, а сегодня превратился в преступника просто потому, что покинул дом. Всю свою жизнь он искренне служил Королю — а теперь задумал убийство и измену. Кромман… если Кромман попадется ему в руки, убьет ли он нового канцлера? Возможно. Он слишком давно задолжал эту смерть Волкоклыку. Только мысли о неизбежных последствиях для Кэт и Куоррела заставляли его колебаться.

Он держался в стороне от основной дороги на Грендон из опасения, что случайный королевский курьер узнает его — вероятность этого была мала, но рисковать не хотелось. По той же причине он решил обогнуть стороной Стейртаун, свернув вместо этого южнее, к Грейт-Элбоу, которая, кроме того, лежала ближе к Фэлконкресту.

Из-за непогоды говорить на ходу было почти невозможно. Поэтому он изложил свои планы Куоррелу только когда они остановились в маленькой придорожной гостинице.

— Нам нужно жилье, пусть даже только на одну ночь, а один мой старый друг держит гостиницу как раз по соседству с Грейт-Элбоу. Он называет себя мастер Байлесс Твен, но на самом деле он сэр Байлесс. Он был моим Вторым, так что он такая же древняя развалина, как я. Не ухмыляйся так, глядя на своего подопечного: это непочтительно. Он может помочь нам, и уж наверняка не станет мешать. Лучше уж мне предупредить тебя сейчас: он немного… даже не очень, чтобы немного, странный. Обычно он дружелюбен со мной, но не любит ни Гвардии, ни даже нашего Ордена.

Куоррел ждал объяснений, но их не последовало.

— Я не виделся с ним уже года два… У него была хорошенькая дочь. Пусть твоя совесть и твое чутье будут тебе советчиками, но в мои дни я избегал дочерей других Клинков как огня. Ну и потом, на них легенда производит меньше впечатления.

— Я понял, милорд. Если я позволил себе в вашем доме слишком…

— Нет, я ожидал этого. В твоем возрасте я поступал точно так же. Это побочный эффект заклятия Уз.

Более того, работа Клинка, несомненно, требовала компенсации. Из четырех Клинков лорда Блуфилда один погиб, оказывая сопротивление аресту. Остальные трое были успешно захвачены Монпурсом, но только Байлессу удалось пережить ритуал освобождения, да и то ценой некоторого помрачения рассудка. Куоррелу будет спокойнее не знать этой истории, ибо Блуфилд был всего лишь первым из канцлеров Короля Амброза, попавшим в немилость.

Другим поводом для выбора таверны Байлесса в качестве штаб-квартиры было то, что Королевские Клинки избегали ее. Им не нравилось ее название: «Сломанный Меч».

Дюрандалю еще ни разу не приходилось бывать здесь зимой, и он поморщился, увидев, как жалок и уныл крытый соломой домишко под темными деревьями у дороги. Он еще больше расстроился, осознав, сколько лет прошло со времени его последнего приезда сюда, ибо женщина в дверях не могла быть никем, кроме некогда хорошенькой дочери. Она лишилась почти всех зубов, зато изрядно набрала вес и нарожала по меньшей мере троих детишек, двое из которых цеплялись за ее юбку. Она кормила грудью третьего, а в обозримом будущем, судя по всему, ожидался и четвертый. И волосы, и лицо ее не мешало бы помыть. Она смотрела на Дюрандаля, не узнавая его.

— Я могу дать вам ужин и постель, сэр, коли вы только не против приглядеть за своими лошадьми сами. Мужчин-то нет дома, только я да ребятня.

Он согласился разместить лошадей в конюшне самостоятельно. По дороге Куоррел не без ехидства заметил, что совесть его совершенно спокойна.

Несмотря на не слишком презентабельную внешность, хозяйка ухитрилась приготовить вполне пристойный ужин, да и пиво было терпимым. Накрыв стол для своих гостей, она плюхнула миски для себя и старшего сына на другой конец стола и вовсю заработала оставшимися зубами.

Весь ужин Дюрандаль беседовал с Куоррелом о лошадях, а потом объяснил хозяйке, что им выезжать рано утром, но на следующую ночь они могут вернуться. Он кинул ей через стол один золотой. Он спросил ее, как проехать на Стейртаун, проверив, насколько помнит дорогу на Фэлконкрест, не назвав при этом его вслух.

— А где сам мастер Твен в такой гадкий день? — поинтересовался он наконец.

— Ушел с Томом, сэр. То бишь, с мужем моим.

— Куда?

Она вытерла миску куском хлеба.

— Нэда искать, с Грейт-Элбоу. Пропал он. Вот они все и ищут его. Он у нас дурачок. Заблудился, поди.

Дюрандаль и Клинок обменялись взглядами, в которых явственно читался ужас.

Эту ночь Дюрандаль спал. Куоррел разбудил его, когда вторая свеча сгорела на две трети. Он запахнулся в плащ и, дрожа и зевая, выполз в ночь, обнаружив, что его прилежный Клинок уже оседлал коней и вывел их к воротам. Хотя дождь перестал, было темно как в погребе. Когда они доберутся до Фэлконкреста, это будет им на руку: шляться вокруг места, охраняемого Клинками, занятие в высшей степени опасное. Правда, пока это ставило под вопрос даже сами шансы добраться туда. Во всяком случае, лошади могли идти только шагом.

Они уже тронулись в путь, когда Дюрандаль обнаружил, что снова едет верхом на Мухе. Куоррел, не говоря ни слова, придержал для него стремя, а он и сел в седло не глядя. Ловко проделано! Спорить он был не в настроении, но если этот юнец решил, что Рубака теперь — его конь, он глубоко ошибался.

— Простая разведка? — поинтересовался Куоррел, когда они выехали ветру навстречу.

— Надеюсь, что так. Если они делают то, в чем мы их подозреваем, это должно происходить в самом замке. Там четыре комнаты — по две на каждом этаже. Место для заклинаний должно, разумеется, находиться на земле, и октаграмма расположена в комнате, которая используется сейчас как кухня. Единственная дверь из нее ведет в комнату охраны. Если повезет, я смогу подкрасться к самому окну и прислушаться. Услышу пение — значит, все так и есть. Не услышу — мы ошибались.

— Лучше разрешите это мне, милорд. Нет смысла идти обоим.

ЧЕРТ БЫ ПОБРАЛ ЭТИ УЗЫ!

— А это вообще необходимо делать? — пробормотал Куоррел, не дождавшись ответа. — По-моему, исчезновение этого деревенского дурачка достаточно убедительное доказательство. Порасспрашиваем по окрестностям Стейртауна, не пропадал ли в последнее время еще кто-нибудь — и будем знать наверняка, разве не так?

— Думаю, ты прав, и все же… Черт подери, мы же обвиняем самого Короля! Мы говорим, что он превратил свою Гвардию в волчью стаю. Боюсь, одной твоей логики мне недостаточно.