Зона влияния

Он позвонил мне на поточной лекции в институте. Не помню, что была за пара, но наверно не особо важная, раз я всё-таки умудрилась ответить на звонок. Кое-как скрываясь за тонкой спиной студента, шептала ему в трубку:

– Алло, здравствуйте.

И сразу же ответный шёпот от него:

– Привет. А что так тихо то?

Как мило, он мне подыгрывает – воодушевилась я.

– Я на паре. Неудобно говорить…

Его долгое и тихое «А…», щекотящее мое ухо.

…А вы кто? Что-то хотели?

– Увидел ваше резюме, хотел предложить работу.

Резюме… Он его нашел…

Регистрируясь на порталах с открытыми вакансиями, думала, что сама буду отправлять свои данные понравившимся работодателям, а тут впервые в жизни мне кто-то позвонил самостоятельно. Я удивилась. Неужели на сайте было так мало кандидатов, что он вышел именно на мою скромную анкету совсем без опыта работы?!

Потом я еще долго буду жалеть, что разместила информацию о себе именно там, где он меня откапал, добавила в профиле свой яркий портрет с пронзительным взглядом, приехала на собеседование, согласилась на работу, потом, правда, отказалась, но, в итоге, все равно приняла его условия… На самом деле, можно долго перечислять мои ошибочные действия, только всё это уже неважно.

Продолжая теряться между спинами и волнуясь лишь о том, чтобы лектор меня не заметил, нервно, но при этом тактично, пыталась попрощаться с незнакомцем: «Давайте я вам позже перезвоню?!». И он утрированно выдохнул: «Пока».

Пара закончилась.

Идя по коридору в поиске нужной мне аудитории, снова вызываю его по мобильному. Уже без шёпота мы продолжили:

– Меня зовут Андрей, я директор фитнес-клуба «Пальма» на Спортивной, 17. Слышали о таком?

Стало немного стыдно.

– Нет – растянула я, чтобы выразить неловкость.

– Это сеть фитнес-клубов. Хочу предложить вам рассмотреть три вакансии: бармен, график 2/2, с девяти до десяти; продавец спорттоваров, график такой же, зарплата везде – двадцать пять тыщ рублей. И вакансия личного помощника, зарплата – тридцать-тридцать пять.

Так много информации – мозг не успевает. Тем не менее, надо что-то ответить.

– А личный помощник что делает?

– Выполняет различные поручения. Если что-то заинтересовало, жду на собеседовании.

Голос у него не слишком низкий и почти не отдает старческой хрипотцой – «вроде норм мужик» – подумала я и согласилась на встречу.

***

Занятия в институте закончились, и я поехала к Андрею на собеседование.

Был ноябрь, кстати. Холодный и унылый месяц. Помню, снег уже лежал. Тогда я носила короткую шубу из искусственного меха, белую с черными пятнами, как у коровы или далматинца. Странным образом ее умудрились сшить яркими зелеными нитками, и каждый раз, когда швы где-то рвались, нити выглядывали наружу и позорили меня.

Я вышла из поезда, дошла по навигатору до нужного места. «Фитнес» стоял отдельным зданием. Заплыла туда и позвонила Андрею. «Холл, как холл. Просторный» – осматривалась я. Сейчас, в моих воспоминаниях, этот коридор с ресепшеном, с двумя девочками за стойкой, с гардеробом и почтовыми ячейками на стене – не знаю, для чего они нужны, – превратились в нечто абстрактное и непривлекательное.

Снимая фильмы, в которых есть воспоминание героев, режиссёры часто показывают их «flashbacks» очень четко, воссоздавая подробно действие за действием. Когда на самом деле люди не помнят так хорошо своего прошлого. Возрождая в голове какое-либо событие, я вижу лишь детали: признаки лица, части тела, какой-то яркий цвет на фоне общей тусклости. Например, салатовый цвет рубашки-поло моей подруги, жарящей шашлыки; матовый серый дым от тлеющих углей; прозрачно-зеленый цвет листьев на заднем фоне. Все наши воспоминания – это лишь куски чего-то, что теперь уже никогда не будут целым. Отдельные кадрики. И бесполезно полагаться на их достоверность.

Ко мне вышел высокий мужчина – «что-то» между тридцатью пятью и сорока лет. Волосы русые и тусклые, среднестатистической мужской длины, но я бы на его месте подстриглась. На нем был спортивный костюм сине-коричневых оттенков – смотрелось вполне себе стильно, и он не выглядел в нем как гопник.

Так и не дойдя до диванчика, на котором я располагалась, он просто поманил меня рукой издалека, и я покорно пошла за ним.

Собеседование проходило в магазине спортивных товаров. Помещение не очень большое. Объединяло в себе две комнатки. На вешалках и на манекенах – одежда; на полках – спортивное питание, гимнастический инвентарь. Парень лет тридцать в изношенной бежевой кофте с молнией, в джинсах и с большущей бляшкой на ремне активизировался, как только мы вошли: убрал телефон, выпрямил спину, приготовился внимать указаниям начальника. Лицо у него было такое помятое, будто последние часы он отсыпался после мощной пьянки. Я так поняла, он был одним из продавцов в этом Богом забытом месте.

Я села напротив Андрея на стул, он был в кресле. Невольно начала рассматривать его лицо. Были морщины и глубокие поры. Кожа казалась очень мягкой, а мышцы расслаблены, словно после бани. Ноги его раздвинуты, локти – на подлокотниках, из-за этого плечи чуть приподняты. На моих же коленях – сумка, под боком – шуба, достаточно объемная и тяжелая. Не сразу увидела торчащие кислотные нитки, и жаль, что они были с нами весь диалог.

– Ну смотри, – начал он. – Магазин, вот…

Слегка помахал руками.

…Здесь ты сидишь, ниче не делаешь, залипаешь в фильмы. Приходят покупатели, рассчитываешь их, выдаешь чек. Всё. Каждый месяц получаешь двадцать пять тыщ.

Я была приятно удивлена такому правдивому разъяснению должностных обязанностей продавца. Даже решила пошутить.

– А в баре наверно и текилу можно попивать?

Я его немного рассмешила.

– Это ФИТНЕС-бар – там нет алкоголя. Сначала надо будет походить на стажировку. Ниче сложного: мутишь коктейли, разливаешь чай, еду… Нужны будут какие-то шортики, футболка – там бассейн, поэтому жарко.

Продавец с бляшкой появился в дверном проеме и аккуратно отпросился покурить. Андрей дал добро.

– А что на счёт помощника личного?

– Я буду давать тебе различные поручения, ты их выполнять. Испытательный срок один месяц. Потом, если все устраивает меня, тебя, то работай дальше. Один месяц ты должна отработать полностью, тогда я те оплачиваю его. Если не отработаешь, я те ниче не должен.

«Справедливо» – подумала я.

– А какое может быть поручение?

– Найти резину для машины.