Чтение онлайн

– Путем долгих логических рассуждений я пришел к выводу, что если у интеллектуально развитых существ нет конечностей, с помощью которых они могли бы изменять окружающую среду, то у них развиваются другие способности.

– Все это интересно, Спок, – с ехидцей заметил Кирк. – Но какое это имеет отношение к суперкитам и другим подобным вещам?

– Самое прямое, капитан. Сверхпамять у китов компенсирует нехватку конечностей. Проще говоря, чем короче руки, тем длиннее память.

– Но почему?

– Потому что у развитой расы обязательно возникает потребность в сохранении информации. Так появилась письменность. Но у китов нет конечностей, поэтому им осталось одно – развивать память.

– И что из этого следует?

– Мозг этих существ, как губка, впитывает огромные массивы сложнейшей информации точно так же, как Яндра может запоминать с первого раза длинные музыкальные композиции. Я подозреваю, что язык, на котором кодируется такое большое количество информации, должен быть специфическим.

– Специфическим – значит музыкальным? – не унимался Кирк. – Выходит, не случайно закономерности в "шипении" и "рычании", которые мы только что слышали, обнаружились таким изощренным музыкальным слухом, какой имеют Яндра и Ухура.

– Я бы не стал называть эту систему кодов непременно "музыкальным языком", капитан, но в ней есть какие-то аналогии с музыкой. Если быть точнее, то к этой системе, возможно, применимы некоторые музыкальные законы. То, что мы называем песнями китов, есть не что иное, как самая примитивная разновидность подобного языка.

Все надолго замолчали, только сейчас заметив, что компьютер давно уже, словно заезженную пластинку, прокручивает повторяющиеся места в "песне" Зонда.

– Выходит, это все-таки язык, – наконец вздохнул Кирк. – И все, что вытворял с нами этот проходимец, всего лишь попытка поболтать. Этакая непринужденная беседа со старыми друзьями. А у нас в это время целые острова уходили под воду, – Капитан вновь задумался. – Да... Так же и наши переговоры в космосе несут на себе субкосмические и электромагнитные волны. Выходит, на Земле нарушалась глобальная атмосферная система из-за того, что Зонд повысил свой голос. Забавно... Но возникает один естественный вопрос: о чем, собственно, он собирался "поговорить".

– И что об этом удалось узнать ромуланцам, – вставил Зулу. – Смею предположить, им что-то известно. Для чего тогда Тиам просиживал часами у этих записей? Не дешифровалыцик ли он? Как близко Тиам подошел к пониманию "песен" Зонда? И не для того ли организован весь этот балаган с конференцией, чтобы...

– Все это вполне возможно, мистер Зулу, – прервал рулевого Спок. – Но сейчас нас больше должен интересовать другой вопрос: как нам самим связаться с Зондом, пока он не приблизился к сердцу федерации – Земле.

– Точно, – согласился бортинженер Скотти. – Нельзя же ждать, пока он поступит с Землей так же, как с Влаарииви.

Как и ожидалось, ромуланцы махнули рукой на предупреждение землян о том, что приближается Зонд, Тиам считал это предостережение пустой угрозой и продолжал требовать от капитана "Энтерпрайза", чтобы тот обуздал монстра.

Когда же Кирк спросил, есть ли на Влаарииви какие-либо разумные морские формы жизни, Тиам бросил на капитана такой недвусмысленный и красноречивый взгляд, что всем присутствующим стало стыдно за своего посла.

– А я предполагаю, – твердо продолжал настаивать Кирк, – что в целях нашего взаимного выживания нам надо обмениваться любой добытой информацией о Зонде. Мы, например, знаем, что вы записали и измерили излучаемую Зондом энергию, а попросту говоря, его "голос", во время предыдущего прохождения объекта по Империи. У нас есть точно такая же запись.

– Какую несусветную чушь вы несете! – гневно отверг Тиам. – До тех, пор, пока вы не приказали своему Зонду напасть на Влаарииви, никто в Империи и не подозревал о его существовании!

– Но факты упрямо говорят об обратном, – холодно доказывал Кирк. Ваша жена слышала, как вы наслаждались "голосом" объекта, по крайней море, несколько раз, причем еще задолго до того, как вас назначили главой этой миссии. А вы все время водили нас за нос.

Заявление Кирка повергло в шок даже самого центуриона, который, казалось, потерял дар речи. Первым ожил Хиран. Вложив в улыбку весь свой сарказм, капитан "Галтиза" испытующе взглянул на посла.

– Да будет вам известно, – очнулся, наконец, и сам Тиам, – что моя жена – музыкант, а но ученый. И я понятия не имею, что она слышала. Уверяю вас, что...

– Ваша супруга показала, что сегодня после утренней встречи с послом Райли вы, вернувшись на "Галтиз", заперлись в своей спальне и слушали "голос" Зонда. Если это был не его "голос", тогда чей? И почему нужно было запираться?

Такие подробности вновь ввергли Тиама в замешательство. "Все-таки этот парень не посол. Не та закваска", – подумал Кирк. Конечно же, настоящий дипломат, например, как Райли, глубоко спрятал бы свои эмоции, а не выставлял их напоказ.

– Это не касается никого, кроме членов ромуланского правительства, не смог придумать ничего лучше Тиам.

– Как знаете, посол, – спокойно произнес Кирк, то и дело поглядывая на Хирана. – Несмотря на то, что вы и не помышляете о совместной работе, сообщу вам, что скорее всего нападение Зонда на Влаарииви как-то связано с разумными или почти разумными обитателями планеты. На Земле подобные существа были уничтожены около века назад. У нас есть самые веские доводы предполагать, что нападение на Землю было спровоцировано именно этой причиной.