Чтение онлайн

Во второй раз за день мне удается довести человека до слез! По настоянию Ленивца я подхожу к миссис Лутули и неловко обнимаю ее за плечи.

— Все будет хорошо! — бормочу я. — Все будет хорошо… Возможно, моя просьба покажется вам странной, но… нет ли у вас какой-нибудь потерянной вещи Сонгвезы? Меня интересует вещь, которой она дорожит. Например, любимая сережка, которая закатилась за диван, книга, письмо… Даже носок! — Я хватаюсь за соломинки — точнее, за носки.

— Нет. Понятия не имею, зачем вам ее носки. Ничего такого у меня нет. — Миссис Лутули смотрит на меня как на ненормальную.

— Ладно. Какой у нее телефон?

— Я ей звоню с утра до вечера! Телефон сразу переключается на автоответчик!

— Можно попробовать? — прошу я. А вдруг мне Сонг сразу ответит? А вдруг мне удастся сорвать самый легкий куш за всю историю. Но нет, чудес не бывает. Я набираю номер Сонгвезы, и, как и говорила миссис Лутули, меня сразу же переключают на автоответчик.

«Вы знаете, кто я. Если захочу, сама перезвоню», — тянет хрипловатый, томный девчоночий голос. И сразу же включается официальная запись — сухая, деловитая: «Автоответчик переполнен. Пожалуйста, перезвоните позже. Автоответчик переполнен. Пожалуйста, перезвоните позже». Ясно — легкого пути у нас не будет. Значит, она не отвечает на звонки… Может быть, кому-то звонит сама?

— Вы хотя бы догадываетесь, куда Сонг могла уехать? У нее нет других родственников или близких друзей?

— Я звонила ее школьным подругам — Нонкулеко, Прийе. Они ее не видели.

— У нее есть друзья вне школы?

Миссис Лутули смотрит на меня пустыми глазами.

— Нет, я…

— Ладно, не важно. Давно вы опекаете близнецов?

— Перед смертью их бабушка составила завещание; в нем она просила меня позаботиться о внуках. Мы с ними жили рядом… Я бы все равно их не оставила. У нас принято заботиться о сиротах.

— Вам, наверное, досталось!

— Да, было тяжело. Я очень волновалась. Потом они попали на конкурс, и началось… Большой город, приемы, вечеринки… Йобург оказал на них дурное влияние. Но сами по себе они славные.

— Мне показалось, мальчики не в курсе, что Сонг пропала. Вы не волнуйтесь, им я представилась журналисткой.

— Дес — мой сын — в курсе. Он вам говорил? — Миссис Лутули неуверенно смотрит на меня, как будто их родство с Десом — преступление. — Он запретил тревожить младших. Они ведь совсем дети. Еще разволнуются. Особенно С’бусисо. Он такой ранимый — все принимает близко к сердцу.

— Я заметила.

— Мне кажется, в школе над ним издеваются. Он ничего мне не говорит, не жалуется, но иногда приходит домой с синяками. А если с Сонг что-то случилось… Как они справятся без нее? Лучше им пока ничего не знать. Не нужно им нести груз заботы. Я сказала мальчикам, что Сонг у подружки.

— Какая она, Сонгвеза?

— Умная, очень умная. Хорошо учится; круглая отличница. И совсем не похожа на С’бу. Подруги ее обожают… И мальчики тоже. — Миссис Лутули хмурит брови. Что бы это значило?

— У нее есть парень?

— Нет, что вы! — Похоже, миссис Лутули потрясена. — Сонг бы мне рассказала. Мы с ней договорились: никаких мальчиков, пока она не закончит школу!

— Как по-вашему, она счастлива?

— Иногда кажется, будто Сонгвеза злится на весь мир. Но в глубине души она совсем не злая. Просто у нее часто меняется настроение.

— Поэтому она и принимает лекарства?

Миссис Лутули как будто смущается:

— Н-нет… По-моему…

— Никаких лекарств не принимает? Даже гомеопатию или мути, народные средства?

— Народные средства принимает… Раз в месяц она ходит к сангоме. Они оба ходят. Сангома дает им лекарство, чтобы напряжение отпустило… Быть знаменитостями тяжело!

— Меня немного… настораживает, что вы не знаете о детях столько, сколько вам положено.

— Мы с ними постоянно беседуем. Я каждый вечер готовлю им ужин. Даю им с собой обеды в школу. По воскресеньям мы ходим в церковь.

— Вы знаете, что они пьют пиво и курят травку?

Миссис Лутули страдальчески кривится:

— Они просто выпускают пар, а так они хорошие детки! Не говорите мистеру Хьюрону! Пожалуйста! Они хорошие…

Я беру такси, еду в «Розебанк» и захожу в телефон-автомат. Действующий телефон-автомат в современном торговом центре — настоящий анахронизм. Кто, интересно, отсюда звонит? Может быть, брокеры с Африканской биржи или подростки, у которых закончились деньги на мобильном. И еще маргиналы вроде меня. Мне не хочется звонить по сотовому, не хочется, чтобы меня вычислили по номеру. Вдруг мне не хватит смелости говорить? Правда, вряд ли у него сохранился мой номер…

Главное, я не знаю, получится ли у меня. Разве что Прим Лутули найдет какую-нибудь потерянную вещь Сонгвезы. Значит, необходим запасной вариант. А запасной вариант неизбежно включает призраков из моей Прошлой Жизни. Ленивец мою затею решительно не одобряет.

— Редакция, — надменно произносит диспетчер. — Алло, слушаю вас!

Я откашливаюсь.

— Можно Джо… Джованни Конти? Он редактор отдела мужского журнала «Мах»…

— Замглавного редактора… Соединяю!

Я слышу обрывки радиопередачи, звуки маримбы, а потом знакомый голос врастяжку произносит:

— Алло-о!

Голос у Джованни какой-то мятый и взъерошенный, как будто он только что встал. На самом деле он долго работал над голосом. У него все не просто так — и голос, и футболки со смешными надписями, и джинсы какого-то неизвестного русского дизайнера.

— Привет, Джо.

Следует долгая пауза. Он тянет время. Наверное, не знает, что ответить. Наконец, он восклицает:

— Зинзи? Ну и дела… Ты где?