Зов крови

Да простят меня любезнейшие мои читатели, но, взявшись за переиздание этого грандиозного боевика и бестселлера позапрошлого века, легшего краеугольным камнем в основание газетно-журнальной империи, сохранившейся до наших дней, мы не представляли себе, насколько это будет сложной задачей.

Книгу мало было перевести, в ней надо было еще и разобраться, поскольку перед нашими переводчиками встали сотни действующих лиц со своими привычками, любимыми словечками и странностями. Словно желая навредить своим будущим коллегам, наборщики позапрошлого века перепутали главы, и позже пришлось разбираться, какая глава следует за какой и какой кусок текста за чем проследует.

Изменился и характер самого вампира Варни: словно озлобленный бесконечными преследованиями, он пускается в прямой криминал, не брезгует грабежами и убийствами. Его манией становится охота за молоденькими девушками на выданье с тем, чтобы удовлетворить свои самые низменные инстинкты.

Ему смело противостоит семья Баннервортов, юная Флора Баннерворт, ее брат Генри и жених Чарльз Голланд. К ним вскоре присоединяются дядя Чарльза, отставной адмирал Белл, и его неутомимый ординарец Джек Прингл.

Не будем утомлять читателя пересказом содержания предыдущих трех томов. Вам достаточно знать, что в конце третьего тома в повествовании появляется некий барон Штольмайер из Зальцбурга, переполошивший всех обывателей местечка Андербери своим богатством. Он приобрел самое дорогое из окрестных поместий и стал свататься за одну из самых хорошеньких девушек городка. Алчная мать решила выдать дочь замуж за барона, несмотря на все ее сопротивление. Тем временем проживавший неподалеку от Андербери храбрый Джек Прингл самым активным образом вмешивается в судьбу молодого моряка, спасенного им во время шторма. Узнав о том, что оставленная им на берегу невеста готовится замуж за богача, молодой моряк приходит в отчаяние.

Есть афоризм, говорящий о необходимости ковать железо, пока горячо. По поведению миссис Вильямс можно было определить, что она руководствуется этим афоризмом в отношении к своей дочери. Наверное, она считала, что, если ударит сейчас, когда железо горячо, сможет выбить из своей дочери согласие, несмотря на ее нерасположенность, стать женой барона Штольмайера.

Свечи, которые получала бы миссис Вильямс в результате свадебной игры, были настолько ценными, что ее желание свадьбы было огромным. Она не могла позволить себе упустить такой шанс. Речь шла не только о пяти сотнях фунтов, которые барон так благоразумно пообещал ей в случае назначения дня свадьбы. Она понимала, что зять, который может легко потратить пятьсот фунтов на взятку ей, может быть отличным источником дальнейшего вытягивания денег.

«А потом, – думала миссис Вильямс, – у меня есть еще девочки. Какие у них будут возможности, ведь они будут в андерберийском доме общаться в кругу таких людей, как барон».

Перед женщиной-интриганкой, такой, как миссис Вильямс, а она ею действительно была, открывались удивительные возможности. Она решила во что бы то ни стало выдать свою дочь Хелен за барона, чтобы она стала баронессой Штольмайер Зальцбургской. Она ни на что в жизни никогда еще не решалась с такой серьезностью.

Она надеялась, что барон выберет себе кого-нибудь из других ее дочерей, тогда ей не пришлось бы преодолевать противодействие Хелен. Но такого не происходило, поэтому в жертву должна была быть принесена Хелен.

Даже если бы барон размышлял в течение двенадцати месяцев, он не придумал бы лучшего способа сделать миссис Вильямс своим ярым агентом, кроме как пообещать ей определенную сумму денег и сказать, за что конкретно данная сумма будет выплачена, потому что сейчас она считала, что откладывание свадьбы хоть на мгновение является, со стороны Хелен, преступлением, поскольку это не дает ей, миссис Вильямс, получить большую сумму денег.

Одну вещь, однако, она сделала сразу. Миссис Вильямс стала ходить к разным торговцам, которые по глупости своей больше не хотели продавать ей товары в кредит, и говорить им, что ее дочь Хелен выходит замуж и скоро станет баронессой Штольмайер и что, если они будут терпеливы и будут продолжать давать ей товары, она расплатится с ними в течение месяца.

Такая новость смутила некоторых из них, они считали, что она не сделала бы этого, если бы в этом не было доли правды. Именно такую новость, как читатель уже знает, и услышал Том, сын старого рыбака, который, рассказав ее, вызвал испуг в уме молодого человека, которого спас Джек Прингл после кораблекрушения.

На следующее утро леди получила лаконичную записку от барона, которая содержала следующие слова:

Эта записка ввергла миссис Вильямс в бешенство нетерпения. Мысль о том, что на нее уже выписан чек на пятьсот фунтов, который всего лишь нужно подписать барону и который был бы уже подписан, если бы ее дочь Хелен дала согласие, доводила ее до безумия. Она сразу же бросилась в комнату Хелен.

Бедная Хелен достаточно хорошо знала свою мать, чтобы быть уверенной, что для убеждения ее в необходимости выхода замуж за того, кто, увы, вызывал у нее только отвращение, будут использованы все методы.

С первого момента, когда ее мать провозгласила это, кажется, эта мысль лежала на ее сердце как глыба свинца. Она, казалось, после тщетного сопротивления уже была готова сдаться и сделать свое будущее несчастным и отчаянным.

– Увы! Увы! – говорила она. – Под какой несчастливой звездой я родилась, что чувствую себя такой несчастной? Что со мной станет и где мне взять терпения, чтобы выдержать то, что судьба посылает мне, или сопротивляться махинациям матери, которая заставляет меня выйти за человека, которого я не могу полюбить?