Чтение онлайн

– Все будет хорошо. Помнишь волка, который спас тебя в лесу, когда ты потерялась?

Я молча кивнула.

– Так это был Вард, – прошептал Эммет.

Я вскинула голову, удивленно вгляделась в глаза брата, пытаясь найти там намек на шутку.

– Тучи сгущаются. И если в Голстоне ты этого не замечала, то в столице увидишь, – серьезно заверил меня Эммет, сжав плечи.

***

Министр Аден Джексон в сопровождении троих телохранителей вышел из черного автомобиля. Шофер заглушил мотор и выключил фары, которые несколько минут назад осветили высокие железные ворота и глухой забор с острыми копьями наверху, деревянную вышку и охранника, широкую дорогу. Она вела к трехэтажному богатому дому с колоннами.

Слуга в белоснежной форме выбежал встречать гостей и, низко поклонившись, открыл резную тяжелую дверь. Широкий холл встретил мужчин светом хрустальной люстры и теплом. Мороз к ночи стал крепче, и министр пожалел, что не надел шапку. Уши успели замерзнуть, пока Аден поднимался по каменным длинным ступенькам крыльца и спешил к двери особняка.

Телохранители министра остались внизу, а мистер Джексон последовал за худощавым мужчиной в круглых очках. Секретарь шел быстрым шагом, слегка сутулясь и размахивая руками. Адену он напоминал крысу: длинный нос, лысая голова и неприятная ухмылка, больше похожая на оскал. Мистера Руфа Кортни министр невзлюбил с первого взгляда, но тщательно скрывал свою неприязнь.

– Он не в духе, – предупредил Адена секретарь, открывая дубовую дверь.

Министр Джексон на мгновенье перестал дышать, прежде чем вошел в полумрак комнаты. Даже у него, когда-то лучшего сыщика королевской инквизиции, перехватывало дыхание от страха.

Внутри пахло гнилью и лекарствами. Министр остановил порыв достать платок из кармана и громко сглотнул. На широкой кровати лежал мужчина, бинты покрывали его руки, плечи, грудь. Марлевые повязки местами промокли от гноя, а на лицо страшно было взглянуть. Глубокие язвы покрывали кожу, делая внешность больного отталкивающей. Единственным, что казалось прекрасным у несчастного, – это глаза: один светло-карий, второй бирюзовый. Они завораживали. Министр быстро моргнул несколько раз, пытаясь избавиться от наваждения.

– Мне пришлось долго ждать тебя, Аден, – приятным голосом произнес хозяин особняка.

– Прошу прощения, пришлось действовать быстро из-за появившейся информации.

– Я знаю, мистер Вейн арестован. А его дочь… Где она сейчас? – В голосе больного послышался металл.

Министр, волнуясь, ответил:

– С мистером Торгестом.

– А я что просил сделать?

– Оставить ее без защиты, – тихо пробормотал министр и торопливо добавил: – Никто не предполагал, что Вард решится предъявить свои права на пару. Сейчас она в логове волка, но теперь станет отвлекать оборотня, и мы без происшествий получим груз.

– Если через два дня кведи не будет у меня, ты ответишь головой, – прошипел больной.

– Все будет магистр, не беспокойтесь. Доставим в целости и сохранности, ни один артефакт не разобьется. – низко поклонился Аден. – Есть неприятная новость: Самира установила связь, и наш связной слышал, как она рассказывала обо всем оборотню. Сегодня утром приехал мистер Фелон, он заверил судью, что дотрагивался до тела мистера Хатчера еще до его транспортировки. Фелон врет и приехал по приказу Варда, чтобы тот успел устроить в инквизицию девчонку. Но ничего у него не выйдет, я уже приказал не давать разрешения.

– Зря, пусть она станет ученицей. Тогда ей придется выползти из норы мистера Торгеста, а мы ее встретим. Пора усыпить бдительность волка, отвлечь расследованием по делу Вейна, а потом нанести удар.

– Как скажете, магистр, – поклонился министр, надеясь, что разговор закончен и его отпустят.

Вдыхать испарения от больного он больше не мог и еле дышал. Если бы не девчонка, то все бы шло по плану.

– На остальных квелабах все спокойно? – продолжал задавать вопросы хозяин особняка.

– Поступила информация, что Вард направил магов и сыщиков к остальным территориям. А также заинтересовался биографией Хатчера. В Голстоне сейчас формируется новая группа…

– Не стоит, оборотень сразу догадается. Устрой мне встречу с мисс Вейн, пора нам познакомиться, – усмехнулся больной и тут же поморщился: одна из язв на щеке треснула, и потек гной.

Министр не выдержал и отвернулся, поднеся к носу платок, и еще больше ссутулился, когда услышал тихий смех магистра.

– Как ты убийства расследовал? Трупы воняют похлеще, чем я.

– Отвык. Прошу меня простить, – глухо ответил Джексон, поворачиваясь снова к больному и стараясь смотреть только в глаза. – Предлагаю организовать встречу в театре, там вам никто не помешает и не заподозрит, тем более скоро премьера.

– Отличная идея. Пусть мистер Торгест считает нас глупцами и что мы поверили в связь мистера Фелона с Тони. Оборотень успокоится и ослабит контроль. Главное, не упусти шанс, Аден. Если бы Деррик «устроил» свидание с мисс Вейн, то сейчас таких проблем не было. И что там с новыми точками?

– Разрабатывается южное направление, магистр.

– Хорошо, ступай и позови… Марту.

Больной прикрыл глаза, и Аден рванул прочь из спальни. Десять лет налаживалась система, открылось три квелаба, и если все полетит к чертям из-за оборотня, то… Министр понимал: он полетит вслед. Голстону, можно сказать, настал каюк, а кведи-лаборатории были просто необходимы: они – единственный способ стать выше оборотней и наконец поставить волков на место. Сеть слишком медленно росла в государстве, но постепенно маги начали занимать высокие посты. Одна ошибка – и план магистра провалится.

Все, кто вплетались в систему, имели свои причины: деньги, власть, а кто-то, как и Аден, ненавидел оборотней. Вард был отличным сыщиком и другом, пока не случилось то, что не должно было произойти. Никогда.

Министр быстро спустился по лестнице, не встретив секретаря. Мужчина даже радостно выдохнул и поторопился покинуть особняк.

Глава 4

Раньше я никогда не задумывалась, как живут оборотни. Они крутились в других кругах, и если отцу по работе приходилось общаться с представителями высшей власти, то студентка из академии была лишена такого удовольствия. Исключением являлся лишь случай, когда я в пятилетнем возрасте потерялась в лесу и меня спас оборотень. Даже сейчас я отлично помнила ощущение восторга от огромного зверя. Страха совсем не чувствовала, лишь детское любопытство.