Зов тьмы

Капитан Жан-Люк Пикар сидел в своем командирском кресле. Слова из записи в бортовом журнале, которую он сделал более часа назад, все еще не выходили из головы.

Бортовой журнал... Короткие, но точные доклады, сделанные не без причины: Звездному Флоту нужны факты, а не сантименты. Но иногда случается так, что факт сам по себе не играет роли, а эмоции выходят на первое место... К ним просто необходимо прислушиваться.

Краем глаза Пикар заметил, как на него смотрит советница Трои, и обернулся к ней.

Советница была бетазоидом, телепатом; она могла уловить то невидимое, что происходило сейчас в душе капитана. Но известное ей – не повод для обсуждения, тем более, здесь, на мостике. Трои и сама понимала неуместность подобных действий.

Все же, когда их глаза встретились, между ними протянулась незримая ниточка... Теплота?.. Нет, нечто большее... Взгляд женщины как бы уверял капитана, что он – не одинок. Это молчаливое признание ободрило Пикара, позволило ему спокойнее отнестись к разворачивающимся событиям. Жан-Люк почти незаметно наклонил голову в знак признательности, что было понятно только советнице.

Трои улыбнулась и вернулась к своей работе. Она тоже искала "Грегора Менделя", а вернее, его экипаж. Ее возможности уступали сканирующим и сенсорным системам "Энтерпрайза", но это не мешало ей прилагать все свои силы к поиску.

Пикар окинул взглядом мостик – не заметил ли кто-нибудь еще его возросшее волнение. Правда, если бы это и случилось, никто не подал бы виду.

Первый офицер Райкер склонился над пультом управления, разговаривая о каком-то навигационном вопросе с дежурным офицером. Хотя, наверное, старпом знал капитана лучше всех – за исключением, конечно, Трои, – но в последнее время в его поддержке и руководстве нуждались слишком многие, и он не мог уделять свое внимание только Пикару.

Дэйта, сидевший перед техническим пультом, сосредоточился на информации, выведенной на экран его монитора. Да и вряд ли заметил бы он любое изменение в душе капитана... К сожалению, у андроида имелись определенные ограничения, когда речь шла о тонкостях человеческой природы.

Ворф мог временами быть весьма проницательным, особенно, когда необходимо разобраться в менее тонких проявлениях душевной энергии. Но сейчас клингон слишком занят спорами с работниками из научного отдела, чтобы обращать внимание на что-либо, не относящееся к концентрации ионов тория. Реактивные двигатели иногда оставляют подобные частицы, и Ворф предположил, что "Мендель" мог оставить след.

Наблюдения Пикара прервал первый офицер, который спешил к нему с другого конца мостика. Осторожно, учитывая свои огромные размеры и вес, он уселся, как всегда, справа от капитана.

– Судя по всему, вы оказались правы, – сказал Райкер.

– Относительно чего, Первый?

– Относительно мер предосторожности... От Клахкиммбри ничего не осталось. Груда осколков, которые в прошлом могли быть кораблями и спутниками, но никаких доказательств, что сами клахкиммбрийцы уцелели.

Легким кивком он указал на главный экран, на котором самая отдаленная планета Трилик'кон Мах'кти растворилась в звездной структуре космоса и различалась только по белому свету, сиявшему вокруг ее полусферы.

– Если они выжили, – продолжал Райкер, – то обязательно оставили бы здесь аванпост. Ведь это входные ворота во всю систему... Но наши приборы не зарегистрировали ни единой установки на всей поверхности планеты. – Он откинулся назад. – Только пара больших шахт, подходящих для их размещения.

Пикар внимательно посмотрел на своего помощника.

– Кажется, вы недовольны?

– Немного... Конечно, я не жажду встречи с таким народом, как клахкиммбрийцы, с их правилом сначала стрелять, а потом уже разбираться.

Или... не разбираться вовсе... Но я надеялся, что хоть что-то уцелеет.

Например, культура, которая во многом изменилась после встречи с кантильяками... Ведь она предполагала более мирный способ существования.

– Да... Так было бы лучше. Тем не менее, древняя мудрость подтвердилась слово в слово: нападение кантильяков имело такую силу, что стерла клахкиммбрийцев с лица Вселенной. Видимо, их хваленый флот уничтожили еще до того, как они осознали происходящее. Остальную цивилизацию ожидала та же участь...

– Так говорил и мой дед: не думай, что ты – самый сильный, найдутся и посильнее...

– Ваш дедушка был умным человеком.

Но ум капитана не занимали ни участь клахкиммбрийцев, ни семейная мудрость Райкбров. Его мысли потекли в прежнем русле... Исследовательское судно "Грегор Мендель" и его экипаж – вот что сейчас являлось для Пикара самым важным и неотложным делом.

На какое-то время установилась тишина, прерываемая лишь звуками реактивных двигателей и приглушенными голосами офицеров. Самая дальняя планета постепенно вырастала на обзорном экране.

– Конечно, – произнес Райкер, – мне хотелось бы оставить щиты включенными... Скажем так – осторожность не помешает.

– Как вы сочтете нужным... – отреагировал капитан.

Вскоре кому-то понадобилась помощь первого офицера, и он удалился своей стремительной походкой.

Пикар, оставшись один рядом с поглощенной поисками Трои, стал внимательно рассматривать планету, заключенную в рамки экрана. Неожиданно он поймал себя на мысли, что вспоминает все данные о Триликконе Махкти.

В голове неотвязно вертелась одна мысль: два миллиарда четыреста тысяч миль... Среднее расстояние от этой планеты до центрального светила.