Чтение онлайн

Хоть в моем теле не осталось даже капельки сил, я весь день не отходила от Ларгуса. Даже ночью, когда Карил предложил стоять на дежурстве, я отказалась от сна.

Бледность понемногу сходила, руки казались уже не такими холодными. Но веки некроманта, задрожав, поднялись лишь глухой ночью. Тогда я впервые за весь день вздохнула с облегчением.

— Больше не делай так, — это было единственное, что я смогла прошептать. На самом деле мне хотелось сказать совсем другое, но я вовремя прикусила язык. Не стоит.

— А иначе не получалось, — тихо ответил Ларгус, — континтарду надо было закрыть.

— Ты знал, что можешь не вернуться, — продолжала я, прекрасно понимая, какими наивными кажутся мои слова. Его ответ был понятен заранее, но я все равно говорила.

— И не вернулся бы без поддержки. То, что я остался жив, стало для меня неожиданностью.

— Так почему же ты…

— Иначе не мог. Это мой долг, я должен защищать этот мир. К тому же, теперь ты тоже его часть, поэтому все, что происходит с ним, касается и тебя.

Зачем он это сказал? Разумеется, он вовсе не имел в виду, что стремится защитить меня. Я просто услышала то, что хотела услышать — такова человеческая природа. Ларгус, очевидно, решил напомнить, что я тоже должна думать о спасении этой реальности. Об этом мире нужно беспокоиться больше, чем о собственной шкуре. Ведь если он погибнет, не жить никому.

…Но все равно ему лучше было бы подобрать для этого какие-нибудь другие слова.

— О континтардах некромантам тоже известно больше, чем магам стихий? — спросила я, стараясь отвлечься от мыслей, которые создавали на лице нежелательное выражение. Надеюсь, неровного света костра было недостаточно, чтобы волшебник его заметил.

— Намного. Никто не знает про прореху и все связанные с ней явления больше меня. Идя туда, я уже понимал, какой именно энергии не хватит. Магии я потратил немного, если учитывать масштабы сделанного. Но та дыра высасывала все жизненные силы. К сожалению, до сих пор мы не продумали технологии, которая позволила бы магам делиться жизненной энергией друг с другом.

— Но это безумие! Ты исследовал континтарду, разработал заклинания для ее ликвидации и даже знал, что она должна высасывать жизненную энергию. Но не продумал, что можно сделать, чтобы избежать собственной гибели во время плетения заклинания! И зная это, сознательно пошел на смерть, даже не попросив ни у кого помощи!

— Единственная помощь, о которой я до сих пор мог кого-то попросить — это умереть вместо меня. Надо объяснять, почему я не рассматривал такой возможности?

— Тогда лучше рассмотри следующее: кто бы занимался исследованиями и разработкой заклинаний для сшивания прорехи между мирами, борьбы с континтардамы и другими аномалиями, которые могут возникнуть в будущем? Из того, что я слышала, выходит, что это дело почти полностью держится на тебе. От твоей жизни, твоих знаний зависит очень многое. Поэтому естественно, что ты должен беречь себя. Но почему-то у меня сложилось впечатление, будто ты нарочно ищешь смерти.

— Однако до сих пор, как видишь, безрезультатно, — цинично улыбнулся волшебник.

— Лучше не шути о таком, — нахмурилась я. От его взгляда, тембра голоса и интонации почему-то стало жутко. — Да, я действительно не знаю, что у тебя на душе, даже не рискну предполагать, что ты можешь скрывать… Но разве это моя вина? Ты закрыт ото всех, на тебе всегда словно каменная маска. Сквозь нее невозможно ничего разглядеть — видно только то, что ты позволишь увидеть. Или то, что хочешь изобразить.

— Узнаешь симптомы? — некромант заинтересованно поднял взгляд.

— Какие еще симптомы? — услышала я собственный шепот. — Разве я произвожу впечатление замкнутого человека?

— Нет, не производишь, — пожал плечами Ларгус. — Ты, в отличие от меня, хорошо прячешься. Но мне это не нужно: я некромант, это уже объясняет, почему я держусь в тени. А вот тебе пришлось поработать, ведь подобной отговорки у тебя нет. И постаралась ты на славу: толстую холодную стену вокруг твоей души прекрасно маскируют зеленые лозы и цветы, которые облепили каждый ее сантиметр. Поэтому те, кто не попытаются тщательно порыться в густых листочках, стены даже не заметят. Но она есть, и если попробовать через нее перелезть, то становится понятно: за этой стеной пустота, только тоска и пепел. И можешь не отрицать, можешь дальше показывать зеленую стену прохожим. Однако лично мне все, что находится за сочной листвой, хорошо видно в твоих глазах. Оно не лежит на поверхности, но я умею копать глубже. И то, что я вижу, удручает. Многие не поверили бы, что человек, в душе которого происходит подобное, вообще все еще может быть жив.

В этот момент я не сомневалась, останется ли незамеченным выражение, застывшее на моем лице. Каким бы капризным ни был свет от костра, его достаточно, чтобы некромант увидел то, что хотел. Было ясно: от него ничего не скрыть. При желании он может узнать что угодно, прочитать любого, как открытую книгу. При этом сам останется за стальной завесой, к которой никто не сможет даже приблизиться. Искусный манипулятор с властным взглядом, который пронзает плоть и мысли.

— Впрочем, кто-кто, а я точно не имею права тебя в этом упрекать, — вдруг добавил Ларгус. Его голос прозвучал неожиданно мягко, а в глазах читалась горькая теплота. Он держал мою руку настолько крепко, насколько позволяло его обессиленное тело. А мне пришлось сжать зубы, чтобы удержать слезы, которые неожиданно подступили к горлу.

Неизвестно, чем бы закончилась эта немая сцена, если бы где-то вдали не раздался звонкий крик ночной птицы. Моя душа, которая последние несколько минут была будто на иголках, чуть не выскочила из тела. Я испуганно подскочила и вскрикнула, невольно «подпевая» птичке. Все это, наверное, выглядело очень забавно, потому что стало причиной искреннего смеха волшебника. Через минуту я и сама его подхватила. Напряженная атмосфера, повисшая между нами натянутой нитью, разбилась вдребезги.

— Кстати, я еще не выругала тебя за то, что ты пришел без ученика, — шутливо проговорила я тоном учительницы, которая не увидела в тетради пятиклассника домашнего задания.

— Заметила наконец! — улыбнулся Ларгус.

— Не совсем, — виновато потупилась я. — Карил оказался более наблюдательным. Почему ты рисковал силой?

— Потому что, ожидая ученика, я потерял бы не меньше часа. Вдобавок Тейн не способен одним махом телепортироваться на такое большое расстояние. Телепортировать с собой одновременно ученика и лошадь я не мог — слишком большие затраты энергии, которая необходима для заклинания. А в том, что мне понадобиться лошадь, если я выживу, сомнений не было: от сильных заклинаний на время придется отказаться. Когда же появилась континтарда, важна каждая минута. Пока существует прореха, она может стать причиной множества фатальных последствий.