Чтение онлайн

— Принцесса не в себе! — сказал Дуглас Темплтон с горячностью. — Она слишком поражена смертью супруга, которого так любила. На что она обрекает себя и своего ребёнка, если отрекается от законных прав Раканов?

— Принцесса и её сын ни в чём не будет знать нужды, покуда я жив! — решительно отрезал Робер. — Мой дом отныне – их дом.

Маркиза Эр-При, мгновенно оценив ситуацию, шагнула навстречу плачущей Мэллит.

— Если позволите, я буду называть вас дочерью, — ласково сказала она.

Мэллит не сдержалась и тихонько заплакала, спрятав лицо на груди у маркизы.

Робер повернулся к Борнам, Темплтону и Саво.

— Друзья, её высочество сказала своё слово, — проговорил он. — Она не желает, чтобы за дело Раканов лилась кровь. Сложите оружие, распустите наёмников и оставьте гибельную идею возродить Талигойю.

— Всей душой солидарен с герцогом! — воскликнул кардинал Левий, чьи надежды склонить мятежников к миру сразу воскресли. — Необходимо сейчас же начать мирные переговоры!

— Ваша светлость! — произнёс епископ Риссанский, возмущённый до глубины души. — Неужели вы призываете ваших друзей сдаться Алве?

— Сдаться? — проговорил Удо Борн тоном человека, не верящего своим ушам. — Накануне сражения? Да все скажут, что мы просто струсили!

— Сдаться? — эхом повторил капитан Карваль. — Монсеньор, о чём вы? При чём здесь Раканы и Талигойя?! Разве ради них мы поднялись на борьбу с Олларами?

— Так у вас были другие цели? — удивлённо спросил Робер.

Никола Карваль с глубоким изумлением взмахнул руками:

— Мы сражаемся за вас, монсеньор, и за Эпинэ! — И его теньенты наперебой подхватили: — Мы за вас, за вас, монсеньор!

Робер остолбенел, недоверчиво переводя взгляд с одного лица на другое.

— За меня? — произнёс он, когда смог, наконец, выговорить хоть слово. — Кто внушил вам эту нелепую идею? Штанцлер?

— Ваш дед, монсеньор, должен был стать суверенным государем Великой Эпинэ! — заявил Карваль с горячностью. — Нам не нужны ни Оллары, ни Раканы! Мы призываем вас на трон и готовы сражаться за вас до последнего вздоха!

— Чем мы хуже Ноймара или Кэналлоа? — тут же подхватил граф Агиррэ. — Почему бы нам не иметь своего герцога или соберано? Разве мы обязаны терпеть над собою потомков марагонского бастарда? Нет!

— Все Оллары ублюдки и потомки шлюх! — звонко выкрикнул его оруженосец.

— Офицеры Резервной армии тоже присягнули на верность вашему дому! — заявил Роберу полковник Люра. — Если пожелаете, у вас под рукой сегодня же соберётся целая армия.

— Да здравствует герцог Робер, государь Великой Эпинэ! — зычно возгласил барон Горуа, и его оруженосец, барон Гайар, подхватил мальчишеским фальцетом:

— Виват!

— Вы с ума сошли, господа? — спросил потрясённый Иноходец, ошеломлённо поворачиваясь то к одному, то к другому.

Ну и дела творятся в родной провинции! Хорошенькую же кашу заварил его покойный дед в компании с покойным Штанцлером. Жаль, что Валме не прибил старого интригана раньше.

— Я полагаю, господа, — осторожно проговорил барон Гаржиак, вклинившись между Карвалем и Агиррэ, — что мы должны выслушать самого герцога, прежде чем навязывать ему наши идеалы.

— Да-да, выслушаем его светлость! — поддержал друга барон Шуэз.

— Великая Эпинэ?.. Но это же бред и химера, господа, — развёл руками Робер. — Если мой дед и верил в неё, то это простительно лишь потому, что он был стар и не здоров рассудком. Что же касается графа Штанцлера, то я убеждён: он ни на мгновение не разделял ваших заблуждений. Кансилльер умел пользоваться людьми, поддерживая в них иллюзии ради своих делишек, и весьма грязных к тому же. Что хорошего вы получили в результате? Разве вы способны сопротивляться силам Алвы? Он разобьёт вас, как всех и всегда.

Барон Горуа разочарованно лязгнул латами.

— Немыслимо! — произнёс он про себя. — Герцог Эпинэ – и трусит!

— Значит, вы готовы просто сдаться на милость Ворона? — презрительно поинтересовался у Робера епископ Риссанский.

— Однажды в Варасте я уже был в руках герцога Алвы, — ответил Робер. — И не имею причин жаловаться.

— Повторяю: герцогу Алве можно доверять, — снова настойчиво заговорил кардинал Левий. — Герцог Окделл свидетельствует это так же, как и его светлость!

Никола Карваль недоверчиво смотрел на Робера, словно надеясь, что тот шутит.

— Ваш дед посвятил последние годы жизни делу создания Великой Эпинэ, — проговорил он. — А вы, едва явившись, уже готовы предать его? Как это возможно?

— Великой Эпинэ не существует, капитан, и никогда не было, — повторил Робер терпеливо. — Я не стану подталкивать вас к гибели, соглашаясь потворствовать вашим несбыточным мечтам.

— Если так, — выкрикнул граф Агиррэ, — то нам не нужен предатель в наших рядах! Я сам стану герцогом и поведу войска в битву!

— О-о! — протянул барон Шуэз, оглянувшись на Агиррэ и пристально глядя на него. — Так вот что на самом деле у вас на уме, граф! Маленькая собственная корона, не так ли?

Граф Агиррэ спохватился, что ненароком выболтал свою заветную мысль.

— Я сказал это просто в качестве примера, — возразил он, быстро осадив назад. — Великая Эпинэ сама выберет себе короля, когда придёт срок.

Робер пожал плечами: тайные замыслы Агиррэ не вызывали у него ничего, кроме брезгливости.

— То есть вы намерены съесть зайца, которого ещё не поймали, сударь? Неужели вы полагаете, что способны справиться с армией Алвы, которая стоит в двух шагах отсюда?